Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 3/Глава 33
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 3»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, сентябрь 1812 года. Пьер Безухов проснулся поздно и вспомнил о своём намерении убить Наполеона.
Он взял пистолет и кинжал, спрятал оружие под одеждой и вышел на улицу. Москва горела с разных сторон. Пьер шёл к Арбату, почти не замечая ни пожаров, ни французских солдат вокруг. Однако Наполеон уже давно въехал в Кремль, и намерение Пьера было обречено на провал.
На пустыре у Поварской Пьер услышал отчаянный плач женщины. Та кричала, что в горящем доме осталась её маленькая дочь Катечка. Пьер немедленно вызвался помочь и пошёл вслед за служанкой к охваченному огнём флигелю.
Действие это было в особенности сильно на Пьера потому, что Пьер вдруг, при виде этого пожара, почувствовал себя освобождённым от тяготивших его мыслей. Он чувствовал себя молодым...
Французский солдат подсказал Пьеру, что в саду за домом слышал детский плач. Под скамейкой Пьер нашёл трёхлетнюю девочку в розовом платьице. Та испугалась незнакомца и отчаянно сопротивлялась, но Пьер схватил её и побежал искать выход из горящего сада.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Пробуждение Пьера и решение убить Наполеона[ред.]
Пьер Безухов проснулся 3 сентября поздно, с тяжёлой головой и смутным чувством стыда за вчерашний разговор с французским офицером. Слуга Герасим заблаговременно положил на письменный стол пистолет, и этот предмет тут же напомнил Пьеру о том, что ему предстояло сделать в этот день.
Пьер торопился действовать и не позволял себе лишних раздумий. Однако, взяв пистолет в руки, он столкнулся с первым же затруднением: нести оружие открыто по улице было невозможно, а спрятать большой пистолет под кафтаном не получалось. Вдобавок пистолет оказался незаряженным. Тогда Пьер решил взять купленный им у Сухаревой башни тупой зазубренный кинжал в зелёных ножнах и спрятал его под жилет.
Но как будто главная цель Пьера состояла не в том, чтоб исполнить задуманное дело, а в том, чтобы показать самому себе, что не отрекается от своего намерения и делает всё для исполнения его...
Путь по горящей Москве[ред.]
Подпоясав кафтан и надвинув шапку, Пьер вышел на улицу, стараясь не встретить капитана Рамбаля. Пожар, который накануне вечером казался далёким, за ночь разросся и охватил город с разных сторон.
Москва горела уже с разных сторон. Горели в одно и то же время Каретный ряд, Замоскворечье, Гостиный двор, Поварская, барки на Москве-реке и дровяной рынок у Дорогомиловского моста.
Путь Пьера лежал через переулки на Поварскую и оттуда на Арбат к церкви Николы Явленного — именно там он в воображении своём назначил место для покушения. Улицы были пустынны, в воздухе пахло гарью. Редкие прохожие — и русские с испуганными лицами, и французы с лагерным видом — с удивлением смотрели на огромного мрачного человека, который, в отличие от всех остальных, не обращал на французов никакого внимания. У одного дома трое французских солдат попытались заговорить с Пьером, но он лишь покачал головой и пошёл дальше. Часовой у зелёного ящика грозно окрикнул его, и только повторный крик и звук взятого на руку ружья заставили Пьера обойти другой стороной улицы. Он ничего не замечал вокруг, целиком поглощённый своим намерением и страхом потерять решимость в нужный момент. Между тем Наполеон уже более четырёх часов назад въехал в Москву и теперь сидел в Кремлёвском дворце, отдавая приказания о тушении пожаров и успокоении жителей. Пьер этого не знал и продолжал идти вперёд.
Мольба отчаявшейся матери[ред.]
По мере приближения к Поварской дым становился гуще, а жар — ощутимее. Проходя по тропинке вдоль незастроенного места, Пьер вдруг услышал отчаянный женский плач и остановился, словно пробудившись от сна. В стороне от тропинки на пыльной траве были свалены домашние пожитки: перины, самовар, образа и сундуки. Рядом с ними сидела Марья Николаевна — немолодая, худая женщина в чёрном салопе и чепчике, которая надрывно рыдала и раскачивалась.
Рядом стояли две девочки лет десяти-двенадцати с бледными испуганными лицами, старуха-нянька держала на руках плачущего мальчика лет семи, а грязная босоногая служанка сидела на сундуке и обдёргивала опалённые волосы. Муж Марьи Николаевны — невысокий, сутуловатый человечек в виц-мундире с колесообразными бакенбардами — молча перебирал сундуки. Когда женщина увидела Пьера, она бросилась к его ногам.
Батюшки родимые, христиане православные, спасите, помогите, голубчик!... кто-нибудь помогите... Девочку!... Дочь!... Дочь мою меньшую оставили!... Сгорела! О о о! Для того я тебя леле...
Муж пытался успокоить жену, предполагая, что младшую дочь Катечку унесла сестра. Но Марья Николаевна в ярости назвала его истуканом и злодеем. Она объяснила Пьеру, что огонь перекинулся на их дом внезапно: все выскочили в чём были, а маленькая Катечка осталась. Пьер спросил, где именно оставили девочку, и по его оживившемуся лицу женщина поняла, что этот человек готов помочь.
Спасение Катечки из огня[ред.]
Марья Николаевна крикнула служанке Аниске, чтобы та проводила Пьера. Молодая босоногая девушка с белесой косой вышла из-за сундука и повела его вперёд по тропинке.
Пьер словно очнулся от тяжёлого забытья: глаза его засветились, и он быстрыми шагами пошёл за Аниской, обогнал её и вышел на Поварскую. Улица была застлана чёрным дымом, языки пламени вырывались из-за крыш. Французские солдаты преградили путь, но Аниска провела Пьера переулком через соседние дворы. Вскоре она указала ему на небольшой деревянный флигель, горевший ярко и жарко: одна сторона уже обрушилась, из окон и из-под крыши вырывалось пламя. Жар был так силён, что Пьер невольно описал дугу вокруг флигеля и оказался у большого дома, где французские солдаты занимались мародёрством — таскали вещи и отнимали добро у русских. Пьер не стал задерживаться на этой мысли. Пожар захватил его: вид огня, грохот рушащихся стен, запах дыма и жара подействовали на него возбуждающе, он почувствовал себя молодым, ловким и решительным. Пьер обежал флигель и уже собирался броситься внутрь, когда французский солдат крикнул ему из окна, что слышал детский плач в саду за домом, и тут же выскочил наружу, чтобы помочь.
Солдат побежал с Пьером в сад и указал на скамейку, под которой лежала трёхлетняя девочка в розовом платьице — это и была Катечка. Француз весело бросил: «Надо быть человечным, мы все смертны» — и умчался обратно к товарищам. Пьер бросился к девочке, но та, увидев чужого, закричала и попыталась убежать.
Пьер схватил девочку и поднял на руки. Катечка завизжала и принялась кусать его руки сопливым ртом. Пьера охватило чувство ужаса и гадливости, однако он сделал над собой усилие и не бросил ребёнка. Вернуться прежней дорогой уже не было возможности: Аниски нигде не было видно, путь преграждал огонь. Прижимая к себе всхлипывающую и мокрую девочку, Пьер побежал через сад в поисках другого выхода.
За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.