Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 3/Глава 1

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

🐢

Толстой, Лев Николаевич

Война и мир. Том 3. Часть 3. Глава 1

рус. дореф. Война и миръ. Томъ III. Часть третья. I · 1865

Краткое содержание главы
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 3»

Оригинал читается за 7 минут

Микропересказ

Люди привыкли объяснять ход истории волей правителей. Но это заблуждение. Как математика познаёт движение через бесконечно малые величины, так и науке об истории следует изучать волю простых масс.

Очень краткое содержание

Абсолютная непрерывность движения непонятна человеческому уму. Люди привыкли делить его на отдельные единицы, из-за чего возникает множество заблуждений. Математика смогла разрешить эту проблему только тогда, когда ввела понятие бесконечно малых величин и научилась их суммировать.

Историческая наука совершает ту же ошибку. Она выделяет произвольные события или рассматривает волю отдельных исторических личностей как причину происходящего. Например, движение миллионов людей в Европе в начале XIX века традиционно объясняется действиями Наполеона. Однако деятельность правителей — это не причина войн, а лишь следствие сложения бесчисленных людских произволов. Сумма воли масс сама по себе создает и уничтожает диктаторов.

Чтобы постичь истину, истории необходимо перенять математический подход и полностью сменить фокус внимания.

Для изучения законов истории, мы должны изменить совершенно предмет наблюдения, оставить в покое царей, министров и генералов, а изучать однородные, бесконечно малые элементы, которые руководят массами.

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 202 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Подробный пересказ

Деление пересказа на главы — условное.

Парадокс Ахиллеса и черепахи. Бесконечно малые величины в математике

Разделение непрерывного движения на произвольные отрезки всегда порождало множество человеческих заблуждений.

Для человеческого ума непонятна абсолютная непрерывность движения. Человеку становятся понятны законы... движения только тогда, когда он рассматривает произвольно-взятые единицы этого движения.

Ярким примером такого заблуждения служил древний софизм, согласно которому быстрый герой никогда не мог догнать черепаху. Ошибка заключалась в допущении прерывных единиц там, где совершалось безостановочное действие.

Математика смогла преодолеть эту преграду, лишь когда ввела в обиход новые понятия.

Принимая всё более и более мелкие единицы движения, мы только приближаемся к решению вопроса, но никогда не достигаем его. Только допустив бесконечно-малую величину... мы достигаем решения вопроса.

Использование таких величин восстанавливало непрерывность и помогало исправлять логические ошибки мышления.

Дифференциал истории: поиск законов в непрерывном движении масс

Подобные принципы оказались применимы и к отысканию законов исторического процесса. Движение человечества совершалось непрерывно и вытекало из бесчисленного множества людских произволов.

Главной целью истории оставалось постижение законов этого масштабного движения. Однако разум привычно дробил поток на отрезки, пытаясь анализировать изолированные события, хотя одно всегда вытекало из другого.

Наука постоянно уменьшала рассматриваемые единицы, надеясь приблизиться к истине, но допущение обособленного начала любого явления несло в себе ложь.

Только допустив бесконечно-малую единицу для наблюдения — дифференциал истории, т. е. однородные влечения людей и достигнув искусства интегрировать... мы можем надеяться на постигновение законов истории.

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 203 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Критика историков: почему великие люди не являются причиной событий

В начале девятнадцатого века Европа переживала необыкновенные потрясения. Миллионы людей перемещались из одного конца континента в другой, грабили, убивали и торжествовали. Жизнь пришла в усиленное движение, которое сначала стремительно нарастало, а затем постепенно шло на спад.

Пытаясь объяснить причины этих сдвигов, исследователи сводили всё к деятельности нескольких десятков человек в Париже, называя это революцией. Затем они описывали биографию полководца, утверждая, что именно влияние отдельных личностей породило все события и определило их законы.

Подобный подход вызывал закономерное отторжение, так как самое слабое явление выдавалось за первопричину великих сдвигов. В действительности лишь совокупность стремлений огромных масс создала и революцию, и самого императора, и только эта воля могла их впоследствии уничтожить.

Примеры ложной причинности и истинный путь изучения истории

Ошибочность традиционных исторических суждений становилась очевидной на простых примерах. Когда стрелка часов подходила к определённой цифре, начинался церковный благовест. Но из этого совпадения не следовало, что положение стрелки служило причиной движения колоколов.

Аналогичная ситуация возникала при наблюдении за паровозом: раздавался свист и крутились колёса, но свисток не являлся движущей силой машины. Крестьяне связывали весенний холодный ветер с распусканием дубовых почек, замечая одновременность этих явлений. Но сила ветра находилась вне влияния дерева, и их связь была лишь простым совпадением условий.

Чтобы понять, почему звонили колокола, ехал поезд или дул ветер, требовалось полностью сменить точку наблюдения и начать изучать законы механики, пара и атмосферы. Тот же принцип предстояло применить и в исторической науке.

Для подлинного изучения законов истории следовало кардинально изменить сам предмет исследования. Необходимо было навсегда оставить в покое монархов, министров и генералов. Истинный путь заключался в тщательном изучении однородных, бесконечно малых элементов, которые в действительности руководили огромными человеческими массами. Никто не мог предсказать, насколько успешным окажется этот метод, но лишь на этом направлении лежала возможность уловить подлинные закономерности. Однако исследователи продолжали тратить усилия на описание речей и деяний правителей.

За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.