Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 3/Глава 26
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 3»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, 1812 год. Французские войска вступали в город. Около Арбата остановился командующий кавалерией.
Узнав, что ворота Кремля забаррикадированы, он приказал обстрелять их из пушек. Выбив немногочисленных защитников, французы заняли крепость.
Вскоре полки начали размещаться в городе. Солдаты разбредались по брошенным особнякам и лавкам.
Как только люди полков стали расходиться по пустым и богатым домам, так навсегда уничтожалось войско, и образовались и не жители и не солдаты, а что-то среднее, называемое мародёрами.
Последующий пожар Москвы стал неизбежностью. Город сгорел не из-за патриотизма русских или жестокости французов. Причина крылась в том, что деревянную столицу покинули настоящие хозяева. В их домах стали бесконтрольно жить чужие солдаты, которые жгли костры на площадях и неосторожно курили трубки.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Вступление Мюрата в Москву; перестрелка у ворот Кремля[ред.]
Во второй половине дня войска Мюрата вступили в Москву и остановились на Арбате, ожидая известий из Кремля.
Вокруг Мюрата собралась небольшая кучка людей из остававшихся в Москве жителей. Все с робким недоумением смотрели на странного, изукрашенного перьями и золотом, длинноволосого начальника.
Переводчик попытался узнать у одного из дворников дорогу к крепости, но тот не понял чуждого говора. Вскоре подоспевший офицер доложил, что ворота забаррикадированы и там возможна засада. Было приказано выдвинуть орудия. В Кремле зазвенели колокола к вечерне, что французы приняли за призыв к оружию. Из-под ворот раздались ружейные выстрелы, ранившие солдата. Французский артиллерийский офицер скомандовал открыть огонь.
Картечь ударила по заделанным воротам. Когда дым рассеялся, из-за укрытия появился человек в кафтане.
Он прицелился в неприятеля, но одновременный залп орудий и ружей сразил его. Французы подошли к воротам и обнаружили убитых и раненых. Добив выживших, они выбросили тела за ограду, после чего путь был расчищен, и войска начали размещаться на площади лагерем. Позже один известный французский историк посвятил этим безвестным защитникам крепости несколько красноречивых строк, оправдывая жестокость своих соотечественников.
Французская армия расходится по городу и превращается в мародёров[ред.]
Другие отряды проходили через Кремль и распределялись по улицам. Французские солдаты-мародёры занимали пустые и богатые дома.
Войдя в город стройными рядами, армия перестала существовать после размещения по квартирам. Люди расходились по чужим жилищам, хозяйничали в подвалах и готовили еду. Целью каждого теперь было не завоевание, а сохранение награбленного добра.
Подобно той обезьяне, которая, запустив руку в узкое горло кувшина и захватив горсть орехов, не разжимает кулака, чтобы не потерять схваченного и этим губит себя, французы... должны были погибнуть.
Командование издавало строгие приказы, запрещающие насилие и грабежи, но никакие меры уже не могли остановить этот процесс.
Жителей в Москве не было, и солдаты, как вода в песок, всачивались в неё и неудержимою звездой расплывались во все стороны от Кремля, в который они вошли прежде всего.
Кавалеристы занимали купеческие дома и дрались за лучшие места. Начальники, пытавшиеся остановить солдат, сами вовлекались в грабежи, выбирая ценные вещи. Голодное войско окончательно растворилось в пустом обильном городе.
Причины московского пожара[ред.]
Вопрос о том, кто именно виноват в уничтожении древней столицы, долгое время вызывал споры. Французы списывали трагедию на жестокий патриотизм, который проявил Растопчин.
Русские же упрекали в случившемся варварство и изуверство французской армии. Однако истинные причины заключались в совершенно иных, более объективных обстоятельствах, не зависящих от воли одного человека.
Москва должна была сгорать вследствие того, что из неё выехали жители и так же неизбежно, как должна загореться куча стружек, на которую в продолжение нескольких дней будут сыпаться искры огня.
Деревянный город, где и в мирное время при наличии хозяев регулярно случались возгорания, был обречён. Оставленные дома заняли войска. Солдаты курили трубки, жгли костры на площадях из мебели и варили похлебку. Неряшливость неприятеля в пустых зданиях многократно увеличила вероятность пожаров. Даже если поджоги и были, они не стали главной причиной.
Столица не уцелела, в отличие от Вены или Берлина, исключительно потому, что её жители отказались подносить захватчикам ключи от ворот и массово покинули свои дома.
За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.