Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 2/Глава 6
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 2»
Очень краткое содержание[ред.]
Петербург, 1812 год. В великосветском патриотическом салоне Анны Павловны осуждали французов.
Сюда часто заезжал князь Василий. Он также посещал профранцузский салон своей дочери и менял свои взгляды в зависимости от слушателей.
Однажды князь раскритиковал идею назначить главнокомандующим одного старого генерала, назвав его слепым. Но когда того всё же назначили на этот пост, князь кардинально поменял своё мнение и стал громко восхищаться полководцем.
И чему я рад, — продолжал он, — это тому, что государь дал ему полную власть над всеми армиями, над всем краем — власть, которой никогда не было ни у какого главнокомандующего. Это другой самодержец...
Когда один гость наивно упомянул слух о том, что главнокомандующий попросил государя не приезжать к армии, князь и хозяйка салона лишь осуждающе переглянулись.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Два петербургских салона и двойная игра князя Василия[ред.]
В 1812 году, после возвращения императора из армии, в столице продолжали активно действовать два совершенно противоположных по своему духу кружка.
Первым был известный патриотический салон.
Здесь собирались легитимисты, которые осуждали французов и верили самым выгодным слухам о победах русской армии.
Вторым популярным местом был кружок, которым руководила дочь влиятельного сановника.
В её салоне гости охотно опровергали жестокость врага и с большим интересом обсуждали шаги французского лидера к скорому примирению.
Связующим звеном между этими двумя разными мирами служил отец хозяйки французского салона.
Из-за своей суетливости он постоянно пытался угодить всем и нередко попадал в весьма неловкие ситуации.
Князь Василий... часто, при беспрестанных переездах из одного лагеря в другой, путался и говорил у Элен то, что надо было говорить у Анны Павловны, и наоборот.
Осуждение Кутузова в кружке Анны Павловны[ред.]
Вскоре сановник завёл разговор о военных делах, рассуждая о том, кого следовало бы назначить главнокомандующим. В беседу вступил один из гостей.
Гость высказал предположение, что всем требованиям удовлетворил бы один старый генерал.
Хозяйка салона заметила, что этот человек приносил императору лишь неприятности. Её горячо поддержал сановник, обрушившись с критикой на предложенную кандидатуру.
Разве возможно назначить главнокомандующим человека, который не может верхом сесть, засыпает на совете, человека самых дурных нравов! ...разве можно в такую минуту назначать человека дряхлого и слепого...
Никто из присутствующих гостей не стал ему возражать.
Назначение Кутузова главнокомандующим[ред.]
Вскоре старому генералу пожаловали княжеское достоинство. Это могло означать лишь почётную отставку, и суждения влиятельного сановника всё ещё казались совершенно справедливыми. Однако в начале августа собрался специальный комитет для обсуждения военных неудач.
Комитет решил, что неудачи происходили от разноначалий и, несмотря на то, что лица, составлявшие комитет, знали нерасположение государя к Кутузову... предложил назначить Кутузова главнокомандующим.
В тот же день это назначение состоялось.
Внезапная перемена во взглядах князя Василия[ред.]
На следующий день сановник вновь появился в патриотическом салоне с видом счастливого победителя. Он радостно сообщил великую новость: главнокомандующий выбран. Он заявил, что теперь во главе армии стоит настоящий человек. Гость, искавший должность попечителя, не удержался и бестактно напомнил сановнику его же недавние слова о том, что генерал слеп.
Сановник ничуть не смутился и уверенно парировал, что полководец видит достаточно хорошо. Он с восторгом добавил, что император даровал генералу беспрецедентную власть, назвав его вторым самодержцем. Хозяйка салона выразила надежду, что никто не станет вставлять палки в колёса новому командующему.
Поняв намёк, сановник шёпотом сообщил по секрету, что полководец поставил условие: наследник-цесаревич не должен находиться при армии. Он с неподдельным восхищением назвал старого генерала умнейшим человеком.
Тут наивный гость вновь проявил отсутствие придворного такта. Он добавил, что светлейший якобы потребовал, чтобы и сам монарх не приезжал к войскам. Услышав это, хозяйка и сановник мгновенно отвернулись от него, грустно вздохнув о непростительной глупости новичка.
За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.