Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 2/Глава 33
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 2»
Очень краткое содержание[ред.]
Поле между Бородиным и флешами Багратиона. Началось главное действие сражения. Густой дым скрыл местность, и Наполеон Бонапарт ничего не мог разглядеть.
С поля боя к нему скакали адъютанты с докладами. Из-за быстро меняющейся обстановки все их вести запаздывали и оказывались ложными. Опираясь на них, император отдавал бессмысленные приказы.
Генералы на поле боя тоже пытались командовать, но в хаосе битвы рядовые солдаты их не слушали.
Они не боялись взыскания... потому что в сражении дело касается самого дорогого для человека — собственной жизни, и иногда кажется, что спасение заключается в бегстве назад, иногда в бегстве вперёд...
Эти хаотичные метания толпы не меняли положения войск, а лишь несли смерть от пуль и ядер. Вне зоны огня офицеры восстанавливали дисциплину, но под обстрелом она снова исчезала.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Начало Бородинского сражения: расстановка сил и первые атаки[ред.]
Главное действие Бородинского сражения произошло на пространстве 1000 сажен между Бородиным и флешами Багратиона... На поле... произошло главное действие сражения, самым простым, бесхитростным образом.
В стороне от этого участка произошли два более слабых столкновения: на одном фланге действовал Уваров.
На другом фланге вступил в бой Понятовский.
Наполеон на кургане: дым и туман скрывают поле боя[ред.]
Сражение началось с канонады. В густом дыму на флеши пошли дивизии, которые вели Дессе и Компан.
За атакой наблюдал Наполеон Бонапарт.
От Шевардинского редута, на котором стоял Наполеон... Наполеон не мог видеть того, что происходило там, тем более что дым, сливаясь с туманом, скрывал всю местность.
Солнце било ему прямо в лицо. Сквозь пелену иногда мелькали силуэты и блеск штыков, но разобрать, чьи это войска, было невозможно.
Хаос в центре сражения: никто не понимает, что происходит[ред.]
Император смотрел в подзорную трубу, бродил взад и вперёд, но обстановка оставалась загадкой. Ни с кургана, ни с самих флешей нельзя было понять ход боя.
В течение многих часов под неумолкающим огнём там попеременно появлялись то русские, то французские солдаты. Они сталкивались, стреляли друг в друга, падали и в слепой панике бежали назад, не зная, что им делать.
Ложные донесения адъютантов и беспомощность Наполеона[ред.]
С поля боя беспрестанно скакали гонцы с докладами, но все они были ложны. Ситуация менялась быстрее, чем вестовой успевал проехать пару вёрст до ставки.
Примчался адъютант, которого прислал Вице-король (Евгений Богарне).
Он доложил о захвате моста. Император приказал переправляться, но мост уже отбили русские. В этой схватке случайно участвовал Пьер Безухов.
Другой гонец сообщил, что атака провалилась, а маршал Даву убит.
На самом деле полководец был лишь слегка контужен, а флеши уже заняли другие французские войска. Основываясь на этих неизбежно ложных донесениях, правитель отдавал совершенно бесполезные и невыполнимые распоряжения.
Самовольные действия войск и власть случая над битвой[ред.]
Находившиеся ближе к линии огня военачальники пытались самостоятельно руководить битвой. Свои распоряжения отдавал маршал Ней.
Конницей распоряжался Мюрат.
Но их приказы, как и воля правителя, почти не выполнялись. Всё происходило вопреки планам: солдаты, отправленные вперёд, под огнём картечи бежали назад, а те, кому велели стоять, внезапно бросались на показавшегося неприятеля.
В самом пекле сражения людьми двигал только инстинкт самосохранения. Оказавшись перед лицом смерти, они действовали сообразно минутному порыву, совершенно не боясь наказаний от начальства.
Все их набегания и наскакивания друг на друга почти не производили им вреда, а вред, смерть и увечья наносили ядра и пули, летавшие везде по тому пространству, по которому метались эти люди.
Как только солдаты вырывались из зоны поражения, стоявшие в тылу командиры переформировывали их. Они восстанавливали дисциплину и неумолимо гнали толпу обратно в область огня, где люди вновь поддавались слепому страху.
За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.