Война и мир (Толстой)/Том 4/Часть 4/Глава 1
из цикла «Война и мир. Том 4. Часть 4»
Очень краткое содержание[ред.]
Ярославль, конец 1812 года. После смерти князя Андрея его близкие находились в глубоком трауре и тяжело переживали утрату.
Вскоре жизнь заставила княжну Марью выйти из оцепенения.
Из-за бытовых проблем она занялась переездом в Москву. Она позвала с собой Наташу, но та наотрез отказалась.
Девушка целыми днями сидела одна, мысленно возвращаясь к умершему. Она корила себя за неосторожные слова в их последнем разговоре и в своём воображении пыталась всё исправить.
Если б я сказала то, чтò думала, я бы сказала: пускай бы он умирал, всё время умирал бы перед моими глазами, я была бы счастлива в сравнении с тем, чтò я теперь. Теперь... Ничего, никого нет.
В тот миг, когда ей казалось, что она постигла тайну смерти, в комнату ворвалась испуганная горничная с письмом. Она принесла весть о новом несчастье с братом Наташи.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Общее горе Наташи и княжны Марьи[ред.]
После смерти князя Андрея Наташа и княжна Марья одинаково тяжело переживали утрату.
Обе женщины были морально сломлены и берегли свои раны от любых внешних раздражителей, будь то шум на улице или слова сочувствия. Боль от потери была невыносимой.
Вид умирающего животного всегда вызывает у людей страх, напоминая о неизбежном конце.
Но когда умирающее есть человек и человек любимый, тогда кроме ужаса, ощущаемого перед уничтожением жизни, чувствуется разрыв и духовная рана, которая так же, как и рана физическая, иногда убивает...
Оставшись вдвоём, они почти не разговаривали, избегая упоминаний о будущем и обходя всё, что имело отношение к умершему. Слова казались им лишними, способными лишь разрушить святость совершившегося перед ними таинства смерти.
Возвращение княжны Марьи к повседневным заботам[ред.]
Однако печаль не могла длиться вечно. Княжна Марья первой вернулась к делам из-за писем родных. К тому же её племянник Николушка простудился.
Вскоре приехал управляющий Алпатыч с отчётами и посоветовал перебираться в Москву. Кроме того, женщине приходилось советоваться с воспитателем племянника, Десалем.
Жизнь шла своим чередом.
Как ни тяжело было княжне Марье выйти из того мира уединённого созерцания, в котором она жила до сих пор, как ни жалко и как будто совестно было покинуть Наташу одну, — заботы жизни требовали её участия...
Одиночество Наташи и её мысленные разговоры с князем Андреем[ред.]
Оставшись совершенно одна, Наташа начала избегать подругу, которая ушла в приготовления к отъезду. Княжна предложила забрать девушку с собой. Мать Наташи с радостью дала согласие.
Эту идею поддержал и отец Наташи, надеясь, что смена обстановки поможет истощённой дочери.
Но девушка наотрез отказалась уезжать, в слезах умоляя оставить её в покое. Она целыми днями сидела в углу дивана, сжимая тонкими пальцами что-нибудь из одежды, и смотрела в одну точку. Любое вторжение в её уединение вызывало у неё раздражение и нетерпеливое ожидание ухода незваного гостя.
Мысленно она постоянно обращалась туда, куда ушёл её возлюбленный. Эта неизведанная сторона жизни теперь казалась ей гораздо ближе и понятнее, чем окружающая пустая реальность, полная страданий. В своём воображении она вновь и вновь видела его лицо, слышала голос и перебирала в памяти их последние разговоры.
Вспоминая его слова о том, что связывать себя с больным — это мучение, она жалела о своём ответе. Тогда она уверяла, что он поправится. Теперь же она мысленно исправляла ту ошибку и говорила ему иное:
«ужасно для вас, но не для меня. Вы знайте, что мне без вас нет ничего в жизни, и страдать с вами для меня лучшее счастие». И он брал её руку и жал её так, как он жал её в тот страшный вечер...
В эти сладостные и одновременно мучительные мгновения на её глаза наворачивались слёзы, но суровая реальность вновь возвращала её к осознанию пустоты.
Внезапное известие о новом несчастье[ред.]
Вдруг в комнату вошла Дуняша.
Сквозь слёзы она сообщила о страшном несчастье с братом.