Война и мир (Толстой)/Том 4/Часть 2
из цикла «Война и мир. Том 4»
Очень краткое содержание[ред.]
Россия, 1812 год. После Бородина и сдачи Москвы русская армия отошла к Калужской дороге, где было продовольствие. Этот манёвр историки приписывали гениальности полководцев, но армия просто шла к запасам.
Кутузов понимал суть событий и не торопился наступать. Штабные генералы настаивали на атаке. Тарутинское сражение началось с опозданием: казаки атаковали французский лагерь, захватили пленных и орудия, но полного разгрома не вышло.
Наполеон вступил в Москву после блестящей победы.
Его положение казалось блестящим, но все распоряжения оказались бесполезны: грабежи не прекращались, дисциплина рушилась, армия разлагалась изнутри.
Пьер Безухов находился в плену у французов. Несмотря на крайние лишения, он обрёл покой и довольство собой, к которым тщетно стремился прежде.
В начале октября пленных вывели из Москвы — французы отступали. Кутузов, узнав об уходе Наполеона, прослезился:
Господи, Создатель мой! Внял Ты молитве нашей... — дрожащим голосом сказал он, сложив руки. — Спасена Россия. Благодарю Тебя, Господи! И он заплакал.
С этого момента Кутузов удерживал свои войска от бесполезных атак против гибнущего врага. Французская армия несла в себе условия собственной гибели и бежала к Смоленску — своей «обетованной земле».
Подробный пересказ по главам[ред.]
Названия глав в пересказе — условные.
Глава 1. Философия истории и значение Тарутинского марша[ред.]
Человеческому уму недоступна совокупность причин явлений, но потребность искать причины заложена в душе человека. Не вникая в бесчисленность и сложность условий, ум хватается за первое понятное сближение. В исторических событиях таким сближением представляется воля богов или воля исторических героев. Однако стоит вникнуть в деятельность всей массы людей, чтобы убедиться: воля героя не руководит массами, а сама постоянно руководима.
Причин исторического события — нет и не может быть, кроме единственной причины всех причин. Но есть законы, управляющие событиями, отчасти неизвестные, отчасти нащупываемые нами.
Открытие этих законов возможно только тогда, когда мы отрешимся от поиска причин в воле одного человека, точно так же, как открытие законов движения планет стало возможно, когда люди отрешились от представления об утверждённости земли.
Глава 2. Фланговый марш как естественное движение к запасам[ред.]
После Бородинского сражения, занятия Москвы неприятелем и её сожжения важнейшим эпизодом войны 1812 года историки признают движение русской армии с Рязанской на Калужскую дорогу — так называемый фланговый марш за Красною Пахрой. Историки приписывают славу этого гениального подвига различным лицам. Даже французские историки признают гениальность русских полководцев. Но трудно понять, в чём состоит глубокомыслие этого движения: для того чтобы догадаться, что лучшее положение армии находится там, где больше продовольствия, не нужно большого умственного напряжения.
Глава 3. Перемены в штабе армии и планы наступления[ред.]
Знаменитый фланговый марш состоял только в том, что русское войско, отступая прямо назад, после прекращения наступления французов отклонилось от принятого направления и, не видя преследования, естественно подалось туда, где было обилие продовольствия. Передвижение с Нижегородской на Рязанскую, Тульскую и Калужскую дороги было настолько естественным, что в этом направлении отбегали мародёры русской армии, и в этом направлении требовалось из Петербурга перевести армию.
Заслуга Кутузова состояла не в каком-нибудь гениальном... стратегическом манёвре, а в том, что он один понимал значение совершавшегося события... он один утверждал, что Бородинское сражение была победа...
Глава 4. Диспозиция атаки и исчезновение Ермолова[ред.]
В русской армии преобразовался весь штаб. Замещались места убитого и обиженного удалившегося военачальника. Все высшие чины армии хотели отличиться, отрезать, перехватить французов и требовали наступления. В штабе армии, по случаю враждебности главнокомандующего с начальником штаба и присутствия доверенных лиц государя, шла сложная игра партий. Но военное дело шло независимо от них, вытекая из сущности отношения масс.
Глава 5. Кутузов вынужден готовиться к сражению[ред.]
Записка о необходимости наступления и сведения казаков о незакрытом левом фланге французов были последними признаками необходимости отдать приказание о наступлении. Наступление было назначено на 5-е октября. Четвёртого октября утром главнокомандующий подписал диспозицию. Диспозиция была очень хорошая, как и в Аустерлице, но ни одна колонна не пришла в своё время и на своё место. Офицер, посланный к одному из генералов с диспозицией, не мог его найти весь день. Наконец вечером офицер нашёл генерала на балу у другого военачальника за цепью.
Глава 6. Ночной марш и начало Тарутинского сражения[ред.]
На другой день рано утром дряхлый главнокомандующий встал, помолился Богу, оделся и с неприятным сознанием того, что он должен руководить сражением, которого не одобрял, выехал из Леташевки к месту, где должны были быть собраны наступающие колонны. Он ехал, засыпая и прислушиваясь, не началось ли дело. Подъезжая к месту, он заметил кавалеристов, ведших лошадей на водопой, хотя они должны были быть далеко впереди в засаде. Проехав дальше, он увидал пехотные полки с ружьями в козлах, солдат за кашей. Офицер доложил, что никакого приказания о выступлении не было. Главнокомандующий побагровел и, придя в состояние бешенства, напустился на подвернувшихся офицеров, угрожая руками и крича.
На другой день войска с вечера собрались в назначенных местах и ночью выступили. Была осенняя ночь с чернолиловатыми тучами, но без дождя. Некоторые колонны остановились, некоторые шли целую ночь и очевидно зашли не туда. Один небольшой отряд с казаками попал на своё место и в своё время. Перед зарёй к начальству привели перебежчика из французского лагеря. Пленный говорил, что войска, вошедшие в Фоминское, составляют авангард всей большой армии.
Глава 7. Ход Тарутинского сражения[ред.]
Граф с казаками остановился у крайней опушки леса. Ему предложили попытаться взять в плен французского командующего. После споров генерал-майор с двумя казачьими полками решился ехать с проводником. Но когда он уехал, граф засомневался, что проводник не обманщик, и послал адъютанта вернуть генерала. Когда тот вернулся, граф, взволнованный отменённою попыткой и близостью неприятеля, решил наступать. Казаки полетели через ручей к лагерю. Один испуганный крик первого увидавшего казаков француза — и всё, что было в лагере, побежало куда попало. Казаки взяли полторы тысячи пленных, 38 орудий, знамёна и, что важнее всего, лошадей, сёдла, одеяла. Со всем этим надо было обойтись, и казаки занялись этим. Французы, не преследуемые более, стали опоминаться и принялись стрелять.
Бесчисленное количество свободных сил (ибо нигде человек не бывает свободнее, как во время сражения, где дело идёт о жизни и смерти) влияет на направление сражения...
Глава 8. Наполеон в Москве. Блестящее положение и роковые ошибки[ред.]
Император вступил в Москву после блестящей победы. Сомнения в победе не могло быть, так как поле сражения осталось за французами. Русские отступили и отдали столицу. Москва, наполненная провиантом, оружием и богатствами, была в руках императора. Русское войско вдвое слабее французского в продолжение месяца не делало ни одной попытки нападения. Положение императора было самое блестящее. Для того чтобы удержать это блестящее положение, нужно было сделать самое простое: не допустить войско до грабежа, заготовить зимние одежды и правильно собрать провиант. Император, этот гениальнейший из гениев, ничего этого не сделал. Напротив, он употребил свою власть на то, чтобы выбрать самое глупое и пагубное.
Глава 9. Распоряжения Наполеона в Москве[ред.]
В военном отношении император тотчас по вступлении в Москву строго приказал генералу следить за движениями русской армии, рассылал корпуса по разным дорогам и приказал найти русского главнокомандующего. Потом он распоряжался об укреплении Кремля и делал гениальный план будущей кампании. В дипломатическом отношении он призывал к себе пленных офицеров, подробно излагал им всю свою политику и великодушие и отправлял в Петербург для переговоров. В отношении юридическом велено было найти виновных пожаров и казнить их. В отношении административном Москве дарована конституция, учреждён муниципалитет. В отношении продовольствия войска император предписал всем войскам поочерёдно ходить в Москву за провиантом. В отношении религиозном приказал вернуть священников и возобновить служение в церквах. В торговом отношении было развешано провозглашение, призывавшее жителей вернуться.
Глава 10. Бездействие распоряжений Наполеона[ред.]
Странное дело: все эти распоряжения, заботы и планы не затрагивали сущности дела, а вертелись произвольно и бесцельно, не захватывая колёс. В военном отношении гениальный план кампании никогда не был и не мог быть исполнен. Укрепление Кремля оказалось совершенно бесполезным. Преследование русской армии представило неслыханное явление: военачальники потеряли 60-тысячную русскую армию. В дипломатическом отношении все доводы о великодушии оказались бесполезны: русский государь не принял послов. В отношении юридическом после казни мнимых поджигателей сгорела другая половина Москвы. В отношении административном учреждение муниципалитета не остановило грабежа. В отношении религиозном дело не принесло никаких результатов: священников избивали французские солдаты. В торговом отношении на провозглашение не последовало никакого ответа. Самое поразительное явление недействительности распоряжений было старание остановить грабежи и восстановить дисциплину. Грабежи продолжались, несмотря на повеления прекратить их.
Глава 11. Пьер в плену. Жизнь в балагане[ред.]
Шестого октября рано утром один из пленных вышел из балагана и остановился у двери, играя с длинною лиловою собачкой. Одеяние пленного состояло из грязной продранной рубашки, солдатских порток, кафтана и мужицкой шапки. Он очень изменился физически: не казался уже толст, хотя имел вид крупности и силы. Борода и усы обросли нижнюю часть лица, волосы на голове курчавились шапкою. Выражение глаз было твёрдое, спокойное и оживлённо-готовое. Ноги его были босые.
Он смотрел то вниз по полю, то вдаль за реку, то на собаченку, то на свои босые ноги. Вид этих босых ног напоминал ему всё то, что он пережил и понял за это время, и воспоминание это было ему приятно. Погода стояла тихая, ясная с лёгкими заморозками — так называемое бабье лето. В воздухе, на солнце, было тепло. На всём лежал тот волшебно-хрустальный блеск, который бывает только в эту пору осени. Французский капрал вышел из-за угла балагана и подошел к пленному. Он прислонился к двери и предложил трубку. Пленный расспросил его, что слышно о выступлении, и капрал рассказал, что почти все войска выступают.
Глава 12. Духовное преображение Пьера в плену[ред.]
Прошло четыре недели с тех пор, как пленный был в плену. Несмотря на то что французы предлагали перевести его из солдатского балагана в офицерский, он остался в том балагане, в который поступил с первого дня. В разорённой и сожжённой Москве он испытал почти крайние пределы лишений, но переносил легко и радостно своё положение. Именно в это время он получил то спокойствие и довольство собой, к которым тщетно стремился прежде.
Отсутствие страданий, удовлетворение потребностей и вследствие того свобода выбора занятий... представлялись теперь Пьеру несомненным и высшим счастьем человека.
Глава 13. Начало выступления французов из Москвы[ред.]
В ночь с шестого на седьмое октября началось движение выступавших французов: ломались кухни, балаганы, укладывались повозки, двигались войска и обозы. В семь часов утра конвой французов в походной форме стоял перед балаганами. В балагане все были готовы и ждали приказания выходить. Больной солдат, бледный, худой, с синими кругами вокруг глаз, один не обутый и не одетый, сидел на своём месте и равномерно стонал. Пленный, обутый в башмаки, подошёл к больному и присел перед ним. В то время как он подходил к двери, снаружи подходил капрал. И капрал, и солдаты были в походной форме. Капрал шёл к двери, чтобы затворить её. Перед выпуском надо было пересчитать пленных.
Глава 14. Марш пленных через разорённую Москву[ред.]
Пленных офицеров отделили от солдат и велели им идти впереди. Офицеров было человек тридцать, солдат человек триста. Пленные офицеры, выпущенные из других балаганов, были гораздо лучше одеты и смотрели на пленного в его обуви с недоверчивостью и отчуждённостью. Проходя через один из кварталов мимо церкви, вся толпа пленных вдруг пожалась к одной стороне, и послышались восклицания ужаса и омерзения. Пленный смутно увидел что-то прислонённое к ограде церкви. Из слов товарищей он узнал, что это был труп человека, поставленный стоймя у ограды и вымазанный в лице сажей.
Поймали меня, заперли меня. В плену держат меня. Кого меня? Меня? Меня — мою бессмертную душу! Ха, ха, ха!.. Ха, ха, ха!.. — смеялся он с выступившими на глаза слезами.
Глава 15. Известие о французах в Фоминском. Кутузов и мирные предложения[ред.]
В первых числах октября к главнокомандующему приезжал ещё парламентёр с письмом от императора французов и предложением мира. Главнокомандующий отвечал, что о мире речи быть не может. Вскоре после этого из партизанского отряда получено донесение о том, что в Фоминском показались войска, что они состоят из дивизии и что дивизия эта, отделённая от других войск, легко может быть истреблена. Солдаты и офицеры опять требовали деятельности. Штабные генералы настаивали у главнокомандующего об исполнении предложения. Главнокомандующий не считал нужным никакого наступления. Послан был небольшой отряд, который должен был атаковать дивизию.
Глава 16. Болховитинов везёт известие в главный штаб[ред.]
По странной случайности это назначение получил скромный генерал, которого никто не описывал составляющим планы сражений, но который всегда находился там, где было труднее всего. Вечером одиннадцатого октября один из офицеров приехал к начальству с пойманным пленным французским гвардейцем. Пленный говорил, что войска, вошедшие в Фоминское, составляют авангард всей большой армии, что император французов был тут же. Из всех известий стало очевидно, что там, где думали найти одну дивизию, теперь была вся армия французов. Решено было послать донесение в штаб. Для этого избран толковый офицер, который в полтора часа проскакал тридцать вёрст по грязной дороге.
Глава 17. Кутузов получает весть об уходе Наполеона из Москвы[ред.]
Главнокомандующий, как и все старые люди, мало спал по ночам. Он лежал на своей кровати, облокотив тяжёлую большую голову на пухлую руку, и думал, открытым одним глазом присматриваясь к темноте. Он знал, что зверь ранен, но жив ли, силён ли он был или только притаился, охотник не знал этого. Вдруг послышался стон этого зверя. Стон этот была присылка парламентёра в лагерь с просьбой о мире. Главнокомандующий ждал доказательств, и чем дальше проходило время, тем нетерпеливее он становился. В соседней комнате зашевелилось и послышались шаги. Главнокомандующий окликнул вошедших. Пока лакей зажигал свечку, один из генералов рассказывал содержание известий. Главнокомандующий спросил с холодною строгостью, кто привёз известие. Ему позвали посланного. Главнокомандующий хотел сказать что-то, но вдруг лицо его сморщилось, он махнул рукой и повернулся в противную сторону, к красному углу избы. Он сложил руки и сказал дрожащим голосом: «Господи, Создатель мой! Внял Ты молитве нашей... Спасена Россия. Благодарю Тебя, Господи!» И он заплакал.
Глава 18. Стратегия Кутузова. Бесполезность наступлений[ред.]
Со времени известия о выходе французов из Москвы и до конца кампании вся деятельность главнокомандующего заключалась только в том, чтобы властью, хитростью, просьбами удерживать свои войска от бесполезных наступлений, манёвров и столкновений с гибнущим врагом. Главнокомандующий везде отступал, но неприятель, не дожидаясь его отступления, бежал назад в противную сторону. Армия императора французов не могла быть спасена ничем, потому что она в самой себе несла уже тогда неизбежные условия гибели.
Глава 19. Психология отступления французов к Смоленску[ред.]
Когда человек находится в движении, он всегда придумывает себе цель этого движения. Для того чтобы идти тысячу вёрст, человеку необходимо думать, что что-то хорошее есть за этими тысячью вёрст. Нужно представление об обетованной земле для того, чтобы иметь силы двигаться. Обетованная земля при наступлении французов была Москва, при отступлении была родина. Но родина была слишком далеко, и для человека, идущего тысячу вёрст, непременно нужно сказать себе: «нынче я приду за сорок вёрст на место отдыха». Для французов, пошедших назад по старой Смоленской дороге, конечная цель родины была слишком отдалена, и ближайшая цель, к которой стремились все желанья и надежды, была Смоленск.
Люди этой бывшей армии бежали с своими предводителями сами не зная куда, желая... только одного: выпутаться лично как можно скорее из того безвыходного положения, которое... они все сознавали.