Война и мир (Толстой)/Том 4/Часть 3/Глава 14
из цикла «Война и мир. Том 4. Часть 3»
Деление пересказа на главы — условное.
Проезд французского маршала и смятение пленных[ред.]
Утром среди пленных и французских конвойных произошло внезапное радостное смятение. Послышались громкие команды, и колонну начали рысью объезжать хорошо одетые кавалеристы. Люди напряжённо ожидали появления начальства. Пленных поспешно столкнули с дороги в кучу, а конвойные выстроились. Вскоре прогремела карета цугом на серых лошадях, и Пьер мельком заглянул внутрь.
В роскошном экипаже сидел маршал.
Взгляд маршала обратился на крупную, заметную фигуру Пьера, и в том выражении, с которым маршал этот нахмурился и отвернул лицо, Пьеру показалось сострадание и желание скрыть его.
Вслед за каретой скакал генерал.
Солдаты и офицеры конвоя суетливо собрались вместе, их лица выражали крайнее волнение. Пьер слышал, как в толпе французов возбуждённо перешёптывались, пытаясь узнать, что именно сказал главнокомандующий во время своего короткого проезда мимо колонны. Это событие нарушило привычный ритм изнурительного пути.
Ослабевший Платон Каратаев и страх Пьера за свою жизнь[ред.]
Во время вынужденной остановки, когда арестанты сбились в плотную толпу, Пьер неожиданно заметил Платона Каратаева.
Пьер не видел своего ослабевшего товарища всё нынешнее утро и теперь с тревогой смотрел на него.
Каратаев в своей шинельке сидел, прислонившись к берёзе. В лице его, кроме выражения вчерашнего радостного умиления при рассказе о безвинном страдании купца, светилось ещё выражение тихой торжественности.
Обессиленный пленник уже не мог продолжать идти вместе со всеми из-за обострившейся болезни и лихорадки.
Каратаев смотрел на Пьера своими добрыми круглыми глазами, подёрнутыми теперь слезою и видимо подзывал его к себе, хотел сказать что-то. Но Пьеру слишком страшно было за себя.
Животный страх за собственную жизнь оказался сильнее сочувствия. Пьер сделал вид, что не замечает этого отчаянного призыва, и поспешно отошёл прочь. Когда колонна снова тронулась в путь, он оглянулся: Каратаев оставался сидеть у обочины, а рядом с ним стояли двое французов. Пьер больше не оборачивался и, прихрамывая, побрёл в гору.
Выстрел позади колонны и гибель Каратаева[ред.]
Сзади, с того места, где остался сидеть больной товарищ, раздался ружейный выстрел. Пьер отчётливо слышал этот звук, но его рассудок попытался отгородиться от реальности. Он заставил себя вспомнить о прерванных вычислениях и принялся в уме считать оставшиеся переходы до Смоленска, отгоняя осознание трагедии.
Вскоре мимо Пьера торопливо пробежал французский солдат с ружьём.
Позади него следовал второй французский солдат.
На лицах обоих конвоиров читалась неестественная бледность. Один из них робко и виновато взглянул на Пьера. В этом взгляде промелькнуло нечто, живо напомнившее Пьеру выражение лица молодого солдата во время расстрелов в Москве. Пьер посмотрел на юношу и вспомнил, как несколько дней назад этот француз случайно сжёг свою рубаху на костре, а товарищи громко над ним смеялись.
Позади тоскливо завыла собака. Пьер мысленно обозвал её глупой, отчаянно пытаясь подавить нахлынувшую боль. Пленные, шагавшие рядом с ним, вели себя так же: они не стали оглядываться ни на звук выстрела, ни на вой. Но строгое и мрачное выражение на их лицах говорило о том, что все всё поняли.
За основу пересказа взято издание главы из 7-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1981). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.