Война и мир (Толстой)/Том 3/Часть 1/Глава 1
из цикла «Война и мир. Том 3. Часть 1»
Очень краткое содержание[ред.]
Европа, 1812 год. Началась война — событие, противное человеческому разуму. Рассказчик размышлял о причинах этого катаклизма.
Современники винили во всём действия правителей. Инициатором конфликта выступал Наполеон Бонапарт.
С другой стороны ему противостоял Александр I.
Историки объясняли войну ошибками дипломатов и амбициями монархов. Но для её начала должно было совпасть множество мелких причин, включая готовность простых солдат идти в поход. Чем выше положение человека во власти, тем больше он подчинён историческим обстоятельствам.
Царь — есть раб истории. История, т. е. бессознательная, общая, роевая жизнь человечества, всякой минутой жизни царей пользуется для себя, как орудием для своих целей.
«Великие люди» служили лишь ярлыками исторических событий, а их действия, кажущиеся произвольными, предвечно были определены.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Начало войны 1812 года и несостоятельность исторических объяснений[ред.]
В конце тысяча восемьсот одиннадцатого года началось масштабное сосредоточение сил в Западной Европе. Вскоре миллионы людей двинулись на восток. Двенадцатого июня они перешли границы, и вспыхнула война. Рассказчик отмечал, что это событие в корне противоречило разуму.
Историки с уверенностью заявляли, что причиной трагедии стало властолюбие, которое проявлял Наполеон Бонапарт.
Другие считали, что всё дело в оскорблённых чувствах, которые испытал Александр I, или же в ошибках дипломатов.
Однако все эти объяснения выглядели наивно. Невозможно было поверить, что такие ничтожные поводы заставили людей убивать друг друга.
Миллионы людей совершали друг против друга такое бесчисленное количество злодеяний, обманов, измен... грабежей, поджогов и убийств... на которые, в этот период времени, люди... не смотрели как на преступления.
Неисчислимость причин и неизбежность исторических событий[ред.]
По мере углубления в изыскания открывалось всё больше причин, и каждая из них казалась одинаково справедливой и одновременно ложной из-за своей ничтожности. Отказ французского капрала от вторичной службы имел бы такое же значение, как и дипломатические ноты. Если бы один солдат, затем второй и третий не захотели идти в поход, армия бы значительно поредела, и вторжение стало бы невозможным.
Без совпадения миллиардов обстоятельств событие не могло свершиться. Ничто не являлось исключительной причиной. Фатализм в истории признавался неизбежным для объяснения неразумных явлений. Трагедия произошла просто потому, что должна была произойти.
Должны были миллионы людей, отрекшись от своих человеческих чувств и своего разума, итти на Восток с Запада и убивать себе подобных, точно так же как несколько веков тому назад... шли толпы людей...
Две стороны жизни человека. Царь как раб истории[ред.]
Каждый индивид пользуется свободой для достижения личных целей, искренне веря в свой выбор. Но как только поступок совершался, он мгновенно становился невозвратимым достоянием истории, где приобретал не свободное, а строго предопределённое значение. В каждом человеке чётко разделялись две стороны существования: личная, зависящая от отвлечённости интересов, и стихийная, роевая.
Люди всегда бессознательно служили слепым орудием для достижения глобальных исторических целей. Их действия, сливаясь воедино, обретали иное, предрешённое значение. Выявлялась строгая закономерность: чем выше стоял государственный деятель на социальной лестнице, чем с большим количеством подчинённых он был связан, тем очевиднее становилась фатальная неизбежность каждого его шага. Считалось, что монарх являлся лишь покорным рабом истории, которая каждую минуту его жизни неумолимо использовала для собственных скрытых интересов.
Иллюзия свободы воли Наполеона и подлинная роль великих людей[ред.]
Французскому императору казалось, что возможность пролить кровь своих народов или избежать этого зависела исключительно от его воли. Однако в действительности он, как никогда прежде, подлежал неизбежным законам. Движение армий на восток складывалось из тысяч мельчайших совпадений.
Увлечение грандиозностью приготовлений, необходимость окупить огромные траты на вооружение, одурманивающие почести и безрезультатные переговоры — всё это лишь подделывалось под грядущее событие.
Приводилось сравнение с созревшим яблоком: оно падает не потому, что так захотел стоящий внизу мальчик, а из-за тяжести, усыхания стержня и воздействия ветра. Все обстоятельства выступали лишь совпадением условий, при которых совершался стихийный жизненный процесс. Лидеры государств не являлись истинными творцами эпохи.
В исторических событиях так называемые великие люди суть ярлыки, дающие наименование событию, которые, так же как ярлыки, менее всего имеют связи с самым событием.
За основу пересказа взято издание главы из 6-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.