Война и мир (Толстой)/Том 2/Часть 3/Глава 4
из цикла «Война и мир. Том 2. Часть 3»
Очень краткое содержание[ред.]
Петербург, август 1809 года. Князь Андрей Болконский хотел представить императору записку о новом воинском уставе.
Император проигнорировал его, поэтому документ передали через старого фельдмаршала. Вскоре князя вызвали к военному министру, графу Алексею Андреевичу Аракчееву.
В приёмной министра царила атмосфера покорности и страха. Очередь двигалась медленно.
Вдруг послышались из-за двери раскаты неприятного голоса, и бледный офицер, с трясущимися губами, вышел оттуда, и схватив себя за голову, прошёл через приёмную.
В кабинете министр встретил гостя грубо. Он заявил, что новые законы не нужны, и вернул документ с безграмотным отказом. Однако он всё же зачислил князя в комитет по уставу, подчеркнув, что жалованья не будет. Тот с улыбкой согласился.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Возвращение князя Андрея в Петербург и холодный прием при дворе[ред.]
В августе 1809 года в Петербург приехал князь Андрей Болконский.
В это время на пике славы находился Михаил Михайлович Сперанский.
Тогда же император Александр I восстанавливался после травмы.
При посещении двора камергер столкнулся с ледяным приемом монарха, который дважды прошел мимо в полном молчании. Это лишь укрепило давние подозрения молодого человека.
Князю Андрею всегда ещё прежде казалось, что он антипатичен государю, что государю неприятно его лицо и всё существо его. В сухом, отдаляющем взгляде... князь Андрей ещё более чем прежде нашёл подтверждение этому...
Решив не передавать государю свою записку о военном уставе лично, он отдал её старому фельдмаршалу.
Вскоре просителю назначили встречу с военным министром.
В приемной графа Аракчеева[ред.]
В назначенное время граф явился в приемную. Он никогда раньше лично не встречался с графом Алексеем Андреевичем Аракчеевым.
Ожидая своей очереди, посетитель внимательно наблюдал за собравшимися. Эта приемная явно отличалась особенным характером.
На неважных лицах, ожидающих очереди аудиенции в приёмной графа Аракчеева, написано было чувство пристыженности и покорности; на более чиновных лицах выражалось одно общее чувство неловкости...
Среди присутствующих выделялся один томящийся генерал.
Когда гость попросил доложить о себе еще раз, на него надменно посмотрел дежурный.
Он с насмешкой велел дожидаться своего череда. Вскоре в кабинет зашел молодой офицер.
Аудиенция длилась долго. Внезапно из-за двери раздались раскаты грубого голоса. Выбежав оттуда, бледный военный в ужасе схватился за голову и бросился прочь. Следом подошла очередь графа.
Разговор с Аракчеевым о военном уставе[ред.]
Войдя в опрятный кабинет, посетитель увидел за столом сурового хозяина. Тот даже не смотрел на вошедшего, сразу грубо спросив, чего просит гость. Молодой человек ответил, что ничего не просит, а лишь явился по воле государя, переславшего его записку.
Министр сменил тон на презрительный и заявил, что читал документ. Он упрекнул визитера в том, что все нынче пишут новые законы, а старые исполнять некому. Посетитель учтиво поинтересовался дальнейшей судьбой своего предложения.
В ответ хозяин кабинета поднялся и достал бумагу. Он сообщил, что наложил резолюцию и совершенно не одобряет проект.
На бумаге поперег её, карандашом, без заглавных букв, без орфографии, без знаков препинания, было написано: «неосновательно составлено понеже как подражание списано с французского военного устава...»
Прочитав этот неграмотный и весьма странный отзыв, проситель спокойно поинтересовался, в какой именно комитет передано его дело. Министр ответил, что документ направлен в комитет о воинском уставе, а сам автор зачислен в его члены, но строго без жалованья. Молодой человек лишь улыбнулся и ответил, что и не желал оплаты. Повторив свои слова о службе без жалованья, чиновник холодно распрощался с гостем и тут же крикнул, чтобы звали следующего.
За основу пересказа взято издание главы из 5-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.