Война и мир (Толстой)/Том 2/Часть 1
из цикла «Война и мир. Том 2»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, начало 1806 года. Молодой гусарский поручик Николай Ростов вернулся из армии в отпуск и был радостно встречен семьёй.
Николай был принят обществом как герой и лучший жених Москвы. Его отец устроил торжественный обед в Английском клубе в честь князя Багратиона. На обеде присутствовал Пьер Безухов.
Пьера мучили слухи о близости одного офицера к его жене. На обеде офицер нагло провоцировал Пьера, и тот вызвал его на дуэль. В Сокольницком лесу Пьер, никогда не державший пистолета, ранил противника. После дуэли Пьер объяснился с женой, выдал ей доверенность на имения и уехал в Петербург.
В Лысых Горах ждали известий о князе Андрее, пропавшем после Аустерлица. Его жена готовилась к родам. В ночь родов князь Андрей неожиданно вернулся, но молодая княгиня умерла, родив сына.
«Я вас всех люблю и никому дурного не делала, и чтò вы со мной сделали?» говорило её прелестное, жалкое, мёртвое лицо. В углу комнаты хрюкнуло и пискнуло что-то маленькое, красное...
Осенью Ростовы вернулись в Москву. Друг-гусар сделал предложение сестре Николая — пятнадцатилетней Наташе Ростовой.
Наташа ему отказала. Николай сдружился с тем самым офицером и проиграл ему в карты сорок три тысячи. Вернувшись домой, он услышал пение сестры и растрогался. Со слезами признавшись отцу в проигрыше, он отослал долг и уехал догонять полк.
Подробный пересказ по главам[ред.]
Названия глав — условные.
Глава 1. Возвращение Николая Ростова в Москву. Встреча с семьёй[ред.]
В начале 1806 года из армии в отпуск вернулся молодой гусарский поручик.
Вместе с ним ехал его друг, гусарский офицер, который также направлялся домой в Воронеж. Николай уговорил товарища заехать с ним в Москву и остановиться у Ростовых. На предпоследней станции друг встретил знакомого и выпил с ним три бутылки вина, после чего крепко заснул на дне саней.
По мере приближения к Москве Николай всё больше волновался и нетерпеливо торопил ямщика. Когда сани въехали в город, он стал узнавать знакомые места — угол, где стоял извозчик, лавочку, где покупали пряники. Наконец показался родной дом с знакомым карнизом и отбитой штукатуркой. Николай на ходу выскочил из саней и побежал в сени.
В доме было тихо, в передней горела одна свеча. Старый слуга спал на ларе, а выездной лакей вязал лапти. Увидев молодого барина, лакей вскрикнул от радости и бросился объявлять о его приезде. Николай, не желая никому дать предупредить себя, скинул шубу и на цыпочках побежал в тёмную залу.
Не успел он добежать до гостиной, как из боковой двери вылетело что-то стремительное и стало его обнимать и целовать. Ещё одно, третье существо выскочило из другой двери. Начались объятия, поцелуи, крики и слёзы радости. Николай не мог разобрать, где папа, где сестра, кто Петя. Все кричали, говорили и целовали его одновременно. Только матери не было среди них.
Глава 2. Николай в московском обществе. Приготовления к обеду в честь Багратиона[ред.]
Младшая сестра Николая надела его сапог со шпорой и влезала во второй, когда он вышел из комнаты.
Обе девушки были в одинаковых новеньких голубых платьях — свежие, румяные, весёлые. Наташа взяла брата под руку, повела его в диванную, и у них начался разговор. Они не успевали спрашивать друг друга и отвечать на вопросы о тысячах мелочей. Наташа смеялась при каждом слове не потому, что было смешно, а потому что ей было весело и она не могла удерживать своей радости.
Ростов почувствовал, как под влиянием жарких лучей любви, в первый раз через полтора года, на душе его и на лице распускалась та детская улыбка, которою он ни разу не улыбался с тех пор, как выехал из дома.
Наташа показала брату красную метину на руке — она сожгла себя линейкой, чтобы доказать любовь своей подруге. Она рассказала, что та отказалась от обещания Николая и просила считать его свободным. Ростов сказал, что ни в чём не берёт назад своего слова, но Наташа объяснила, что так нельзя — это будет выглядеть, как будто он женится насильно.
Вернувшись в Москву из армии, Николай был принят домашними как лучший сын и герой, родными — как милый и почтительный молодой человек, знакомыми — как красивый гусар и один из лучших женихов Москвы. У старого графа в этот год было достаточно денег, так как были перезаложены все имения, и Николай завёл своего рысака, модные рейтузы и сапоги с острыми носками и серебряными шпорами.
Глава 3. Торжественный обед для Багратиона в Английском клубе[ред.]
В начале марта старый граф был озабочен устройством обеда в Английском клубе для приёма князя Багратиона.
Граф в халате ходил по зале, отдавая приказания клубному эконому и знаменитому повару о спарже, свежих огурцах, землянике, телятине и рыбе. Ему было поручено от клуба устройство торжества, потому что редко кто умел так на широкую руку устроить пир и был готов приложить свои деньги. Повар и эконом с веселыми лицами слушали приказания, зная, что при нём можно будет хорошо поживиться.
На другой день, 3 марта, во втором часу 250 человек членов клуба и 50 гостей ожидали дорогого гостя и героя Австрийского похода. После Аустерлицкого поражения в Москве были найдены причины этому событию — измена австрийцев, дурное продовольствие, измена некоторых военачальников, неопытность государя. Но войска были признаны героями, а героем из героев стал князь Багратион, прославившийся Шенграбенским делом.
Глава 4. Пьер на обеде. Столкновение с Долоховым[ред.]
Во всех комнатах клуба стоял стон разговаривающих голосов. Большинство присутствовавших были старые почтенные люди, малая часть — молодёжь, в числе которой были гусарские офицеры. Среди гостей ходил по залам один богатый граф.
По приказанию жены он отпустил волосы, снял очки и был одет по моде, но с грустным и унылым видом. Его окружала атмосфера людей, преклонявшихся перед его богатством, и он с рассеянной презрительностью обращался с ними. Пьер много и жадно ел и пил, но те, кто знал его, видели, что в нём произошла большая перемена. Он молчал всё время обеда, щурясь и морщась, глядел кругом себя. Лицо его было уныло и мрачно.
Его мучили намёки на близость одного офицера к его жене и полученное утром анонимное письмо. Пьер не поверил ни намёкам, ни письму, но ему было страшно смотреть на этого офицера, сидевшего перед ним.
Всякий раз, как взгляд Пьера встречался с прекрасными наглыми глазами Долохова, он чувствовал, как что-то ужасное поднималось в его душе, и скорее отворачивался. Когда стали пить за здоровье красивых женщин, Долохов с серьёзным выражением, но с улыбкой в углах рта, обратился к Пьеру с бокалом и сказал: «За здоровье красивых женщин и их любовников».
Глава 5. Дуэль Пьера с Долоховым[ред.]
Когда раздавали листки с кантатой, Долохов перегнулся и выхватил листок из рук Пьера. Пьер взглянул на Долохова, и что-то страшное поднялось в нём и овладело им. Он нагнулся через стол и закричал: «Не смейте брать!» Долохов посмотрел на него светлыми весёлыми жестокими глазами и сказал: «Не дам». Бледный, с трясущейся губой, Пьер рванул лист и проговорил: «Вы... негодяй!.. я вас вызываю». В ту же секунду он почувствовал, что вопрос о виновности его жены был решён утвердительно.
На другой день в 8 часов утра Пьер приехал в Сокольницкий лес, где уже были Долохов с секундантами. Пьер имел вид человека, занятого какими-то соображениями, совсем не касающимися предстоящего дела. Когда всё было готово, Пьер взял пистолет и стал расспрашивать о способе спуска, так как до сих пор не держал в руках пистолета.
Глава 6. Объяснение Пьера с Элен. Разрыв супругов[ред.]
Противники начали сходиться. Пьер быстрыми шагами пошёл вперёд, сбиваясь с дорожки, держа пистолет в вытянутой руке. Пройдя шагов шесть, он выстрелил. Дым помешал ему видеть, но другого выстрела не последовало. Из-за дыма показалась фигура Долохова — одной рукой он держался за левый бок, другой сжимал опущенный пистолет. Лицо его было бледно и дрожало. Долохов опустился на снег, поправился, поднял пистолет и стал целиться. Он выстрелил и промахнулся. Пьер схватился за голову и пошёл в лес, приговаривая: «Глупо... глупо! Смерть... ложь...»
Долохов выздоровел. Николай особенно сдружился с ним в это время. Он узнал, что Долохов жил с матерью и горбатой сестрой и был самым нежным сыном и братом. Пьер в последнее время редко виделся с женой. В ночь после дуэли он не пошёл в спальню, а остался в кабинете. Такая буря чувств, мыслей, воспоминаний поднялась в его душе, что он не мог ни спать, ни сидеть на месте.
Утром в кабинет вошла сама графиня в белом атласном халате. Она пришла говорить о дуэли. С презрительной улыбкой она спросила: «Это ещё чтò? Чтò вы наделали?» Пьер не мог ответить. Элен продолжала: «Вам сказали, что Долохов мой любовник, и вы поверили! Но чтò же вы этим доказали? То, что вы дурак». Пьер хрипло прошептал: «Не говорите со мной... умоляю». Элен сказала: «Нам лучше расстаться». Пьер вскочил и, схватив мраморную доску со стола, закричал страшным голосом: «Вон!!»
Кто прав, кто виноват? Никто. А жив и живи: завтра умрёшь, как мог я умереть час тому назад. И стòит ли того мучиться, когда жить остаётся одну секунду в сравнении с вечностью?
Через неделю Пьер выдал жене доверенность на управление великорусскими имениями и один уехал в Петербург.
Глава 7. Известие о судьбе князя Андрея после Аустерлица[ред.]
Прошло два месяца после получения известий в Лысых Горах об Аустерлицком сражении и о погибели одного князя, и, несмотря на все розыски, тело его не было найдено, и его не было в числе пленных.
Старый князь понял из официального известия, что русские были разбиты. Через неделю пришло письмо, в котором сообщалось, что князь Андрей пал героем с знаменем в руках впереди полка, но до сих пор неизвестно — жив ли он или нет. Получив это известие, старый князь на другой день пошёл на утреннюю прогулку, был молчалив и гневен. Когда вошла его дочь, он бросил стамеску и сказал неестественным голосом: «Получил известие. Убит!»
Глава 8. Роды княгини Лизы. Рождение сына[ред.]
Утром 19 марта маленькая княгиня сказала, что ей нехорошо. Княжна Марья испуганно побежала за акушеркой. Через пять минут княжна услышала, что несут кожаный диван в спальню. Несколько женщин тихими шагами проходили туда и оттуда. Княжна Марья сидела одна в своей комнате, то садилась в кресло, то бралась за молитвенник, то становилась на колени перед киотом. Во всех концах дома было разлито чувство ожидания чего-то великого и непостижимого.
Была одна из тех мартовских ночей, когда зима высыпает свои последние снега и бураны. Навстречу доктору из Москвы были высланы верховые с фонарями. Таинство торжественнейшее в мире продолжало совершаться. Прошёл вечер, наступила ночь, и чувство ожидания не падало, а возвышалось.
Глава 9. Возвращение князя Андрея. Смерть жены[ред.]
Вдруг на лестнице показались лицо и фигура князя Андрея в шубе, обсыпанной снегом. Он вошёл и обнял сестру. Княжна не могла говорить. Князь Андрей быстрыми шагами пошёл на половину княгини. Маленькая княгиня лежала на подушках, чёрные волосы прядями вились у её воспалённых щёк, румяный ротик был раскрыт, и она радостно улыбалась. Князь Андрей вошёл и остановился перед ней. Она видела мужа, но не понимала значения его появления. Муки вновь начались, и князь Андрей вышел из комнаты.
Он сел дожидаться в соседней комнате. Жалкие, беспомощные стоны слышались из-за двери. Вдруг страшный крик раздался в соседней комнате, потом послышался крик ребёнка. Князь Андрей, всхлипывая, заплакал. Доктор вышел из комнаты бледный, с трясущейся челюстью. Князь Андрей вошёл в комнату жены. Она мертвая лежала в том же положении. То же выражение было на этом прелестном детском личике с губкой, покрытою чёрными волосиками: «Я вас всех люблю и никому дурного не делала, и чтò вы со мной сделали?»
«Ах, чтò вы со мной сделали?» всё говорило оно, и князь Андрей почувствовал, что в душе его оторвалось что-то, что он виноват в вине, которую ему не поправить и не забыть.
Глава 10. Выздоровление Долохова. Ростов адъютантом в Москве[ред.]
Участие Ростова в дуэли было замято стараниями старого графа, и Ростов был определён адъютантом к московскому генерал-губернатору. Вследствие этого он не мог ехать в деревню со всем семейством, а оставался в Москве. Долохов выздоровел, и Ростов особенно сдружился с ним. Старушка-мать Долохова часто говорила Ростову про своего сына: «Он слишком благороден и чист душою для нашего развращённого света. Добродетели никто не любит».
Меня считают злым человеком, я знаю... и пускай... У меня есть обожаемая... мать... а на остальных я обращаю внимание только на столько, на сколько они полезны или вредны. И все почти вредны, в особенности женщины.
Глава 11. Предложение Денисова Наташе. Объяснение Николая с Соней[ред.]
Осенью семейство Ростовых вернулось в Москву. В начале зимы вернулся и Денисов. Это первое время зимы 1806 года было одним из самых счастливых для Николая и для всего его семейства. Николай привлёк в дом родителей много молодых людей. В доме Ростовых завелась особенная атмосфера любовности. В числе молодых людей был Долохов, который понравился всем, исключая Наташи. Она настаивала на том, что он злой человек.
Глава 12. Бал у Иогеля. Мазурка Денисова с Наташей[ред.]
На третий день Рождества должен был быть бал у танцовального учителя. У него были самые весёлые балы в Москве. Наташа была в первый раз в длинном платье на настоящем бале и была влюблена во всех. Николай с Денисовым ходили по залам. Заиграли мазурку. Денисов не хотел танцевать, но Наташа упросила его. Он вышел, крепко взял за руку свою даму, приподнял голову и, выждав такт, пристукнул ногой и упруго отскочил от пола. Он не слышно летел по зале, то кружил даму, то падал на колени, то вскакивал и пускался вперёд с такой стремительностью, как будто намерен был перебежать через все комнаты. Несмотря на то, что учитель не признавал эту мазурку настоящей, все были восхищены мастерством Денисова.
Глава 13. Прощальная пирушка Долохова. Николай начинает играть в карты[ред.]
Через два дня Ростов получил от Долохова записку: «Так как я в доме у вас бывать более не намерен и еду в армию, то нынче вечером я даю прощальную пирушку — приезжай». Ростов приехал в английскую гостиницу. Человек двадцать толпилось около стола, за которым сидел Долохов и метал банк. Светлый холодный взгляд Долохова встретил Ростова у двери. Долохов сказал: «Можешь поставить». Ростов вспомнил странный разговор с Долоховым: «Играть на счастие могут только дураки». Долохов медленно сказал ему: «Помнишь, мы говорили про игру... дурак, кто на счастье хочет играть; играть надо наверное, а я хочу попробовать».
Глава 14. Николай проигрывает сорок три тысячи Долохову[ред.]
Николай почувствовал необходимость взять карту и начать игру. Долохов убил десять карт сряду у Ростова. На Ростова было написано до 800 рублей. Он поставил семёрку червей. Выигрыш или проигрыш этой карты означал многое — из данных отцом 2000 рублей оставалось 1200, и Николай дал честное слово не брать больше денег до весны. Он с замиранием сердца смотрел на руки Долохова и думал о доме, о счастье. Семёрка легла не на ту сторону. Он проиграл больше того, что мог заплатить.
Одно мучительное впечатление не оставляло его: эти ширококостые, красноватые руки с волосами, видневшимися из-под рубашки, эти руки, которые он любил и ненавидел, держали его в своей власти.
Запись дошла до сорока трёх тысяч. Долохов стукнул колодой, отложил её и начал подводить итог. Николай сказал равнодушным голосом: «Чтò же, не будешь еще?» Долохов серьёзно ответил: «Хорошо». Николай спросил: «Когда прикажете получить деньги?» Долохов ответил: «Завтра».
Глава 15. Возвращение Николая домой. Пение Наташи. Признание отцу[ред.]
Дома ещё не спали. Молодёжь, воротившись из театра, сидела у клавикорд. Соня и Наташа в голубых платьях, счастливые, улыбаясь, стояли у клавикорд. Денисов сидел у клавикорд и своим хриплым, но верным голосом пел сочинённое им стихотворение. Николай подошёл к матери и, молча подсев к её столу, стал смотреть на её руки. Из залы слышались смех и весёлые голоса. Денисов запел, Наташа стала петь баркароллу. Николай мрачно ходил по комнате, избегая взглядов.
Всё это, и несчастье, и деньги, и Долохов, и злоба, и честь — всё это вздор... а вот оно настоящее... Ну, Наташа, ну, голубчик! ну матушка!... как она этот si возьмёт? взяла! слава Богу!
О, как задрожала эта терция, и как тронулось что-то лучшее, чтò было в душе Ростова. И это что-то было независимо от всего в мире... Всё вздор! Можно зарезать, украсть и всё-таки быть счастливым...
Через четверть часа приехал старый граф, весёлый и довольный. Николай небрежным тоном сказал отцу: «Папа, а я к вам за делом пришёл. Мне денег нужно». — «Много ли?» — «Очень много, 43 тысячи». — «Чтò? Кому?» — крикнул граф, краснея шеей и затылком. Николай сказал: «Я обещал заплатить завтра». Граф опустил глаза и заторопился, отыскивая что-то. Он проговорил: «Да, да... трудно, я боюсь, трудно достать... с кем не бывало!» — и вышел из комнаты. Николай закричал ему вслед, рыдая: «Простите меня!» — и, схватив руку отца, прижался к ней губами и заплакал.
Глава 16. Отказ Наташи Денисову. Отъезд Ростова и Денисова в полк[ред.]
В то же время у матери с дочерью происходило важное объяснение. Наташа взволнованно прибежала к матери: «Мама! Он мне сделал предложение!» Графиня не верила: «Денисов сделал предложение? Наташа, полно, глупости!» — «Ну вот, я вам дело говорю, а вы мне говорите: глупости», — сердито сказала Наташа. Графиня сказала: «Ежели правда, что он сделал тебе предложение, то скажи ему, что он дурак». — «Нет, он не дурак», — обиженно сказала Наташа. — «Мама, я не влюблена в него». — «Ну, так так и скажи ему».
Наташа побежала в залу, где на том же стуле у клавикорд сидел Денисов, закрыв лицо руками. Он вскочил на звук её шагов. «Натали, решайте мою судьбу», — сказал он. «Василий Дмитрич, мне вас так жалко!.. Нет, но вы такой славный... а так я вас всегда буду любить», — сказала Наташа. Денисов нагнулся над её рукой. Она поцеловала его в чёрную курчавую голову. В это время вошла графиня: «Василий Дмитрич, я благодарю вас за честь, но моя дочь так молода». Денисов с опущенными глазами сказал: «Графиня, я виноват перед вами... но знайте, что я так боготворю вашу дочь, что две жизни отдам...» Он поцеловал руку графини и быстро вышел из комнаты.
На другой день Ростов проводил Денисова, который не хотел более оставаться в Москве. Николай, дожидаясь денег, провёл ещё две недели в Москве, не выезжая из дому. Соня была к нему нежнее и преданнее, чем прежде, но Николай теперь считал себя недостойным её. Он исписал альбомы девочек стихами и нотами и, отослав наконец все 43 тысячи и получив росписку Долохова, уехал в конце ноября догонять полк, который уже был в Польше.