Война и мир (Толстой)/Том 4/Часть 2/Глава 5
из цикла «Война и мир. Том 4. Часть 2»
Деление пересказа на главы — условное.
Утро перед сражением. Обнаружение путаницы в войсках[ред.]
На следующий день рано утром дряхлый главнокомандующий проснулся, помолился и оделся.
С неприятным чувством, что ему предстоит руководить сражением, которого он совершенно не одобрял, старик сел в коляску. Он выехал из Леташевки к месту сбора наступающих армейских колонн.
Кутузов ехал, засыпая и просыпаясь и прислушиваясь, нет ли справа выстрелов, не началось ли дело? Но всё ещё было тихо. Только начинался рассвет сырого и пасмурного осеннего дня.
Приближаясь к Тарутину, полководец обратил внимание на кавалеристов. Они вели своих лошадей на водопой прямо через дорогу, по которой ехала его коляска. Остановив повозку, он расспросил солдат и выяснил, что они принадлежали к той колонне, которая уже должна была находиться далеко впереди в засаде. Решив, что произошла ошибка, он поехал дальше. Но вскоре он увидел пехотные полки. Солдаты вовсе не готовились к наступлению: их ружья стояли в козлах, а сами они в одних подштанниках занимались кашей и дровами. Он приказал позвать командование.
Этот военный прямо доложил главнокомандующему, что никакого приказания о выступлении полкам не поступало.
Гнев Кутузова на штабных офицеров[ред.]
Полководец хотел возмутиться, но тотчас замолчал. Он велел позвать старшего офицера, вылез из экипажа и начал тяжело ходить взад и вперёд, ожидая виновных. Вскоре явился вызванный штабной военный.
Увидев его, главнокомандующий побагровел. Этот человек стал для него идеальной мишенью, чтобы выплеснуть всё накопившееся раздражение из-за сорванного наступления.
И трясясь, задыхаясь, старый человек, придя в то состояние бешенства, в которое он в состоянии был приходить, когда валялся по земле от гнева, он напустился на Эйхена, угрожая руками, крича и ругаясь...
Под горячую руку главнокомандующего случайно попался ещё один человек.
Ему также пришлось выслушать поток оскорблений от старика, кричавшего хриплым голосом и требовавшего расстрелять мерзавцев.
Внутренние переживания главнокомандующего и согласие на перенос наступления[ред.]
В эти минуты он испытывал сильные страдания. Полководец осознавал своё унизительное положение: человек с величайшей властью оказался поднят на смех из-за чужой халатности.
«Напрасно так хлопотал молиться о нынешнем дне, напрасно не спал ночь и всё обдумывал!» думал он о самом себе. «Когда был мальчишкой-офицером, никто бы не смел так надсмеяться надо мной... А теперь!»
Старик не мог сдержать криков, но вскоре его силы иссякли. Оглянувшись и поняв, что наговорил лишнего, он сел в коляску и молча уехал прочь.
Приступ ярости больше не возвращался. Полководец спокойно принимал оправдания от подчинённых. Один из них не осмелился показаться ему до завтра.
Другой военачальник убеждал перенести манёвры.
К уговорам присоединился ещё один генерал.
Третий офицер также поддерживал эту идею.
Выслушав их, старик был вынужден смириться и дать согласие повторить сорванное наступление на следующие сутки.
За основу пересказа взято издание главы из 7-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1981). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.