Война и мир (Толстой)/Эпилог/Часть 2/Глава 10
из цикла «Война и мир. Эпилог. Часть 2»
Очень краткое содержание[ред.]
В философском отрывке рассматриваются понятия свободы и необходимости. Наше восприятие поступка зависит от знания связи человека с миром, прошедшего времени и причин действия. Чем больше нам известно, тем менее свободным кажется человек.
Абсолютные свобода и необходимость невозможны. Человек не может быть полностью свободным, так как всегда ограничен пространством, непрерывным временем и цепью причин. Полная необходимость тоже недостижима: разум просто не способен охватить бесконечное множество всех условий.
Истинная жизнь познаётся только через постоянное соединение разума, диктующего законы необходимости, и сознания, выражающего сущность свободы. Всякая наука стремится подчинить непостижимые явления законам разума, непременно оставляя необъяснимый остаток жизненной силы.
Точно так же в истории, то, чтò известно нам, мы называем законами необходимости; то, чтò неизвестно, — свободой. Свобода для истории есть только выражение неизвестного остатка от того, чтò мы знаем о законах жизни...
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Переменчивость представлений о свободе и необходимости[ред.]
Автор доказывал, что баланс свободы и необходимости в оценке поступков всегда менялся в зависимости от связи с внешним миром, времени и выявленных причин.
Почему абсолютная свобода невозможна: пространство, время и причинность[ред.]
Писатель доказывал, что человек никогда не мог обладать абсолютной свободой, так как его действия всегда были ограничены тремя фундаментальными условиями. Во-первых, всякий индивид неизбежно находился в физическом пространстве. Любое действие обуславливалось телом человека и окружающими его материальными объектами. Даже самое простое движение совершалось лишь в том направлении, где встречалось меньше препятствий. Полностью независимое существование в отрыве от внешнего мира оказывалось физически невозможным.
Во-вторых, философ указывал на неразрывную связь человека со временем. Каждый совершённый поступок был намертво прикован к тому моменту, когда он произошёл. Прошлое нельзя было изменить или вернуть, а любое действие являлось единственно возможным в ту конкретную секунду. Невозможность отменить уже сделанный выбор доказывала отсутствие абсолютной свободы во времени.
В-третьих, автор подчёркивал, что любое человеческое действие всегда имело свою причину. Разум исследователя всегда требовал найти основание для совершившегося явления. Даже желание совершить поступок без видимой причины само по себе становилось причиной этого поступка. Отсутствие первопричины прямо противоречило базовым законам логики.
Резюмируя эти доводы, автор делал вывод.
Для того чтобы представить себе человека совершенно свободного, не подлежащего закону необходимости, мы должны представить его себе одного вне пространства, вне времени и вне зависимости от причин.
Почему абсолютная необходимость невозможна: бесконечность условий[ред.]
Точно так же мыслитель обосновывал невозможность абсолютной необходимости. Чтобы признать поступок всецело подчинённым строгим законам, требовалось обладать исчерпывающим знанием всех обстоятельств. Но количество пространственных условий было бесконечно великим, поэтому полное знание оставалось недостижимым.
Аналогичная ситуация складывалась со временем и с цепью причинно-следственных связей. Время было бесконечным, а цепь причин не имела ни начала, ни конца. Узнать всю последовательность мотивов человек не мог. К тому же, полное отсутствие свободы уничтожало бы саму суть человека.
Именно поэтому писатель формулировал следующее утверждение.
Итак, для того чтобы представить себе действие человека, подлежащее одному закону необходимости, без свободы, мы должны допустить знание бесконечного количества пространственных условий... и бесконечного ряда причин.
Разум и сознание как два источника познания: форма и содержание[ред.]
Автор выделял два фундаментальных источника познания: разум и сознание. Разум диктовал законы необходимости, утверждая бесконечность материи, течения времени и цепи причин. Сознание же выражало сущность свободы. Личность ощущала себя центром бытия, находящимся вне времени и выступающим причиной собственной жизни.
В этой философской системе свобода выступала содержанием, а необходимость — формой.
Только при разъединении двух источников познавания, относящихся друг к другу как форма к содержанию, получаются отдельно, взаимно исключающиеся и непостижимые понятия о свободе и о необходимости.
Свобода как предмет истории и метафизики; необходимость как предмет разума[ред.]
Рассматривая научный подход, писатель сравнивал изучение общества с естествознанием. Силы природы, такие как гравитация, оставались непостижимыми, но наука описывала законы, которым они подчинялись. Точно так же сила свободы воли становилась понятной лишь тогда, когда разум определял законы необходимости — от неизбежности смерти до глобальных исторических процессов.
Всякое знание являлось лишь подведением жизненной сущности под законы разума. Свобода сама по себе оставалась предметом метафизики. Однако проявление этой свободы в пространстве, времени и причинных связях составляло основу истории.
В точных науках непознанный остаток знаний о природе учёные называли жизненной силой. В исторической же науке всё достоверно известное относилось исключительно к законам необходимости, а непознанный остаток человеческой природы и поступков традиционно именовался свободой.
За основу пересказа взято издание главы из 7-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1981). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.