Война и мир (Толстой)/Том 2/Часть 2/Глава 9
из цикла «Война и мир. Том 2. Часть 2»
Очень краткое содержание[ред.]
Россия, начало 1807 года. Князь Андрей Болконский читал письмо своего приятеля-дипломата, в котором тот с иронией описывал провалы русской армии в кампании против Наполеона.
Дочитав письмо до середины, он смял его и бросил: его раздражало, что далёкая военная жизнь всё ещё способна его волновать. Вдруг за дверью детской послышался странный звук, и князя Андрея охватил беспричинный страх.
«Всё кончено», — подумал он, и холодный пот выступил у него на лбу. Он растерянно подошёл к кроватке, уверенный, что он найдёт её пустою, что нянька прятала мёртвого ребёнка.
Однако ребёнок был жив: румяный мальчик спал, раскинувшись в кроватке, и ровно дышал. Кризис миновал, сын выздоровел. Князь Андрей почувствовал огромное облегчение. Из-за полога появилась сестра, княжна Марья. Брат и сестра молча стояли рядом с кроваткой, не желая расставаться с этим тихим миром. Уходя, князь Андрей тихо произнёс, что это единственное, что у него теперь осталось.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Письмо Билибина: разгром Пруссии и назначение старого маршала Каменского[ред.]
Князь Андрей получил письмо от своего знакомого Билибина, дипломатического чиновника при главной квартире армии.
В письме, написанном с едкой иронией, Билибин описывал происходящее в армии. Он сообщал, что Наполеон напал на Пруссию — союзницу России — и разгромил её в считанные дни, заняв Потсдамский дворец. Прусский король при этом написал Наполеону угодливое письмо с пожеланием, чтобы тот чувствовал себя в его дворце как можно удобнее. Прусские генералы сдавались французам при первом же требовании.
Пруссаки — наши верные союзники, которые нас обманули только три раза в три года... враг рода человеческого не обращает никакого внимания на наши прелестные речи и... бросается на пруссаков...
Россия оказалась втянута в войну на собственных границах. Для командования армией требовался новый главнокомандующий. Поскольку после Аустерлица сочли, что прежний командующий был слишком молод, устроили смотр восьмидесятилетних генералов и остановились на Каменском.
Приезд курьера из Петербурга, гнев маршала и его самовольная отставка[ред.]
Вскоре из Петербурга прибыл первый курьер с почтой. Чемоданы с письмами внесли в кабинет фельдмаршала. Билибина позвали помочь разобрать корреспонденцию. Когда разобрали всё, выяснилось, что писем, адресованных лично фельдмаршалу, нет вовсе. Каменский пришёл в ярость: он сам вскрыл конверты, адресованные другим лицам, и прочитал письма императора, предназначавшиеся графу Т. и князю В. После этого он написал знаменитый приказ генералу Бенигсену.
В приказе фельдмаршал объявлял, что ранен, ездить верхом не может и потому слагает командование армией на старшего по чину генерала — Буксгевдена. Затем он написал императору письмо, в котором жаловался на ссадину от седла, мешающую ему командовать, просил уволить его в деревню и сетовал, что остаётся обесславленным, не сумев выполнить возложенной на него миссии. Билибин саркастически заключал: фельдмаршал рассердился на государя и наказал всех остальных — что вполне логично.
Пултусское сражение и курьёзные маневры против Буксгевдена[ред.]
После отъезда фельдмаршала армия оказалась перед необходимостью дать сражение. Буксгевден имел право на командование по старшинству, однако Бенигсен не признавал этого и самостоятельно дал бой под Пултуском. Это сражение было объявлено великой победой, хотя, по мнению Билибина, таковой вовсе не являлось: армия отступила. Тем не менее в Петербург отправили курьера с донесением о победе, а Бенигсен не уступал командования Буксгевдену, рассчитывая получить звание главнокомандующего в награду.
Началась нелепая череда манёвров: вместо того чтобы избегать или атаковать неприятеля, армия Бенигсена всеми силами уклонялась от Буксгевдена. Переходя реку, где не было бродов, сожгли мост, лишь бы отделиться от него. В конце концов оба генерала сошлись, поссорились, дело едва не дошло до дуэли. Но в критический момент вернулся курьер из Петербурга с назначением Бенигсена главнокомандующим, и соперничество с Буксгевденом было исчерпано.
Мародёрство армии и разорение страны[ред.]
Едва разрешилось соперничество генералов, как перед армией встала новая беда — голод и мародёрство. Магазины опустели, дороги стали непроходимы.
Магазины пусты, дороги непроходимы. Православное начинает грабить, и грабёж доходит до такой степени, о которой последняя кампания не могла вам дать ни малейшего понятия. Половина полков образует вольные команды...
Мародёры дважды нападали на главную квартиру, и главнокомандующему пришлось вызывать батальон солдат, чтобы их разогнать. В одну из таких вылазок у самого Билибина унесли пустой чемодан и халат. Государь намеревался дать начальникам дивизий право расстреливать мародёров, однако Билибин опасался, что это приведёт к тому, что одна половина армии начнёт расстреливать другую.
Реакция князя Андрея на письмо; выздоровление сына и встреча с княжной Марьей[ред.]
Князь Андрей читал письмо, и оно всё сильнее захватывало его, хотя он и понимал, насколько следует доверять Билибину. Дочитав, он смял письмо и бросил его.
Не то, что он прочёл в письме, сердило его, но его сердило то, что эта тамошняя, чуждая для него, жизнь могла волновать его. Он закрыл глаза, потёр себе лоб рукою, как будто изгоняя всякое участие к тому...
Прислушавшись к звукам из детской, он вдруг испугался и на цыпочках подошёл к двери. Войдя, он увидел испуганную няньку, которая что-то прятала, и услышал за спиной шёпот сестры. Охваченный беспричинным страхом, он решил, что ребёнок умер, и в растерянности подошёл к кроватке. Однако мальчик был жив: румяный, раскинувшийся поперёк постели, он крепко спал и ровно дышал.
Князь Андрей нагнулся и, как учила его сестра, губами проверил, нет ли жара. Лоб ребёнка был влажным, волосы — мокрыми от пота. Кризис миновал, мальчик выздоровел. К кроватке неслышно подошла княжна Марья и подняла полог.
Лучистые глаза княжны Марьи, в матовом полусвете полога, блестели больше обыкновенного от счастливых слёз, которые стояли в них. Княжна Марья потянулась к брату и поцеловала его...
Брат и сестра молча постояли рядом с кроваткой, не желая расставаться с этим тихим миром, в котором они были отделены от всего остального. Наконец князь Андрей отошёл от кроватки и тихо произнёс, что это — единственное, что у него теперь осталось.
За основу пересказа взято издание главы из 5-го тома собрания сочинений Толстого в 22 томах (М.: Художественная литература, 1980). Обложка и портреты персонажей созданы с помощью ИИ.