Страшный суд (Вайль)
Современники поставляли Достоевскому случаи дешёвой мелодрамы, из которых он собирал каркас своих произведений. Читатели видят «из какого сора» вырос его гений. От его литературы идёт избыточность эффектов, романы плоские и непроработанные. Всё остальное — от Достоевского. В его мире нет цельных личностей. Источник повествования — разность потенциалов в человеческой душе.
Достоевскому нужен подсудимый, а не ангел или демон. Половина его героев — юристы. Для Достоевского понятие юридической справедливости заключается в формуле: перед законом все равны. Этому языческому римскому идеалу он противопоставляет образ христианского братства, которое исключает понятие вины и потому не нуждается в справедливости. Для Достоевского любой суд неправ, кроме одного — Страшного.
Генеральный и гениальный конфликт всего его творчества — противоречие между судом и Страшным судом. Достоевский сливает два этих понятия в одно. Суд в его книгах — это рассмотрение мотивов и поступков. Но суд ещё и разоблачение неправильных идей ради одной правильной. Высшая справедливость по Достоевскому выносится только одним судом — Страшным, который наступит в конце времён, когда будет преодолена вся неправда. Только если принять это логическое противоречие, можно принять особый реализм Достоевского.
Раскольников — жертва авторского произвола. Он должен совершить убийство потому, что суду необходим подсудимый. В свой список сверхлюдей Раскольников не включает Христа. Чтобы стать «сверхчеловеком», Раскольникову нужно принять на себя грехи человеческие и тем изжить их. Преступив закон, Раскольников стал выше справедливости. Искупив вину, он обретает братство. Порфирий Петрович олицетворяет идею возмездия, но не справедливости.
Ситуация суда стала важной для многих писателей XX века — Кафки, Камю, Булгакова.