Сердце на ладони (Шамякин)/Глава 7
из цикла «Сердце на ладони»
Начальник милиции сообщил председателю горисполкома Семёну Парфёновичу Гукану о проступке Владислава Шиковича: юноша приставал к иностранцам, называл их шпионами и говорил о бомбе. Гукан сначала потребовал действовать по закону, а затем стал рассуждать о том, кто виноват в появлении таких молодых людей. Он назвал школу, комсомол, милицию и особенно родителей.
После ухода начальника милиции Гукан позвонил секретарю горкома Сергею Сергеевичу Тарасову. Они обсудили происшествие, но Тарасов отнёсся к нему иронически и не поддержал желание Гукана сурово наказать юношу. Гукан настаивал на суде и связывал поведение Владислава с достатком его отца Кирилла Шиковича — машиной, дачей и обеспеченной жизнью. Тарасов возразил, что благосостояние само по себе не мешает правильному воспитанию, и сообщил, что вопрос о родителях-коммунистах можно обсудить на бюро горкома.
Кирилл Шикович тем временем не знал о происшествии с сыном. Последнюю неделю он работал в партархиве над книгой о городском подполье. Архивист Мина Азарович Сыроквашка помогал ему разбирать документы и восстанавливать состав первого подпольного горкома. Исследование показало, что в прежней книге Гукана были ошибки: туда попали имена людей, которые в нужное время не находились в городе.
В бумагах партизанской бригады Кирилл обнаружил анонимный листок. В нём сообщалось о провале подпольной группы, арестах и тревоге за Доктора, поддерживавшего связь с городом. Отсутствие даты и подписи не позволяло понять, было ли это письмо или дневниковая запись. Особенно заинтересовало Шиковича написание слова «Доктор» с прописной буквы: это мог быть настоящий врач или подпольная кличка.
Сыроквашка установил почерк и выяснил, что документ написал Прокоп Варава, первый комиссар партизанского отряда имени Чапаева. В других материалах Кирилл нашёл зашифрованное сообщение связной Маруси, где под бытовым рассказом о продаже продуктов скрывалась информация о выводе шестнадцати человек за город. Варава дописал ключевые сведения о встрече у Корнеевки и гибели разведчиков.
Шикович обнаружил и другую записку Варавы, в которой упоминался «Хирург», приславший немецкие лекарства. Кирилл предположил, что Доктор и Хирург могли быть одним человеком: первое имя предназначалось для узкого круга связных, а второе употреблялось в более официальном или зашифрованном контексте. Он решил разыскать живых участников бригады, чтобы выяснить судьбу Доктора, Маруси и Насти.
Исследователь задумался, почему Гукан, бывший комиссар бригады, никогда не рассказывал ему об этих связях во время совместной работы над книгой. Кирилл решил немедленно поговорить с ним и выяснить пробелы в прежнем изложении истории подполья. Он пришёл в горисполком, несмотря на совещание у Гукана, и добился встречи.
Гукан, ожидавший разговора о Владиславе, удивился, когда Кирилл показал копии архивных документов и спросил о Вараве, Докторе, Хирурге, Марусе и Насте. Гукан прочитал записки, но заявил, что не помнит связных. Он представил Вараву как талантливого, но чрезмерно доверчивого человека, который создавал сложные коды и погиб, попав в засаду начальника полиции.
Кирилл не услышал от Гукана ничего нового, однако почувствовал, что тот говорит о подпольщиках как о далёком прошлом. Гукан предложил ему заниматься насущными проблемами настоящего и напомнил о сыне. Он сообщил, что Владислав подметает дорожки в парке в качестве наказания. Кирилл испытал растерянность, стыд и злость, но, отправившись в парк, не нашёл там сына и постепенно успокоился.
В редакции Кирилл попытался заняться работой и резко исправил рецензию на неудачный спектакль. Заведующий промышленным отделом Адам Рагойша, завистливый и язвительный сотрудник, заговорил о книге Шиковича и его гонораре. После шутки Кирилла о том, что он отдаст половину денег Рагойше, тот оскорбил Владислава, намекнув на его траты в ресторанах.
Кирилл не выдержал и физически вытолкнул Рагойшу из кабинета. Редактор Станислав Иванович Живицкий вызвал его вместе с директором телестудии Алексеем Тукало, чтобы выяснить причину скандала. Тукало подтвердил, что Владислав был пьян, приставал к английским туристам и угрожал бомбой, а затем обвинил Кирилла в плохом воспитании сына.
Разговор быстро превратился в конфликт. Тукало заявил, что не станет держать хулиганов в студии и фактически собирается уволить Владислава, а Живицкий призвал не спешить. Кирилл понял, что бывший друг вызвал его не для поддержки, а чтобы осудить и заставить просить за сына. Он назвал Тукало дрянью и, избежав новой драки, вышел из кабинета, оставив Тукало испуганным и растерянным.
Персонажи[ред.]
Цитаты[ред.]
— Скажи мне, Сизоненко, кто виноват, что растут у нас такие экземпляры?.. — Все по малости. — Кто? — Школа. Комсомол. Мы. — Кто — «мы»? — Милиция, я имею в виду.
— Кто такой Доктор, «Хирург», Маруся, Настя? Вот что меня интересует. Гукан оторвался от бумаг, пытливо посмотрел на писателя сквозь очки... — Не помню, брат.
— И все?! — Тукало возмущенно бросил карандаш... — И все! Ты слышишь, Станислав Иванович? Ему этого мало! Тебе хотелось, чтоб он перевернул ресторан вверх дном или убил кого-нибудь?
— Столько лет я с тобой знаком и не знал, что ты такая дрянь. Тукало взвился: — Слышите?.. Станислав Иванович! — Как вам не стыдно, товарищи, — укорил редактор.