Сердце на ладони (Шамякин)/Глава 35
из цикла «Сердце на ладони»
Краткое содержание главы[ред.]
После встречи в кино Славик решил настойчиво добиваться Маши. Он звонил в больницу, но девушка либо не подходила к телефону, либо отвечала на его предложения встретиться насмешками. Узнав адрес её новой квартиры, Славик дважды приходил к дому, однако не решался войти: он знал, что Маша живёт вместе с Зосей Савич, прославленной в газете как героиня.
Славик считал себя независимым и свободным от условностей, но перед дверью Машиной квартиры почувствовал себя неопытным школьником. Наконец он позвонил и увидел незнакомую женщину в халате. На вопрос о Маше она пригласила его войти и подождать, но затем спросила, является ли он сыном Кирилла Васильевича. Славик из-за смущения неудачно пошутил, заявив, что не знает ни Кирилла, ни Мефодия. Женщина после этого отказалась впустить его и захлопнула дверь.
Оставшись на лестничной площадке, Славик пожалел о своей лжи и снова стал ждать Машу возле дома. Она долго не появлялась, а терпения ему не хватало. В больницу он продолжал звонить и однажды заявил Маше, что умрёт. В ответ она пообещала прийти на его похороны, не принимая его ухаживания всерьёз.
В следующую субботу Славик встретил Машу на катке вместе с Тарасом. Тарас учил её кататься, поскольку девушка только начинала уверенно стоять на коньках. Славик пришёл без коньков, но, увидев соперника, немедленно решил присоединиться. Он заставил школьного товарища одолжить ему коньки, хотя те оказались малы и сильно жали.
Несмотря на боль, Славик выехал на лёд и подлетел к Маше. Он шутил, называл её мисс марсианкой и обещал за полчаса сделать из неё рекордсменку. Маша доброжелательно отнеслась к его появлению, а Тарас предупредил Славика, что тот легко одет и может простудиться. Поддерживаемая обоими молодыми людьми, Маша стала кататься увереннее.
Славик пытался оттеснить Тараса и остаться с Машей наедине. За его шутками о неуклюжести соперника скрывалось желание унизить его. Он хотел серьёзно поговорить с Машей и добиться её расположения, но этому помешало появление Яроша, Наташи и Вити. Вокруг Маши собралась почти семейная компания, а затем Антон Кузьмич продемонстрировал такое мастерство катания, что Славик понял: удивить всех ему нечем.
Ситуацию окончательно испортил школьный товарищ, который выкрикнул на весь каток требование вернуть коньки. Славик не смог продолжить разговор с Машей. В течение следующей недели он писал ей длинные письма, хотя вообще не любил писать. Все послания казались ему чрезмерно сентиментальными. Славик понимал, что должен доказать серьёзность своих чувств, но не умел выразить их так, чтобы Маша ему поверила.
Тем временем в комитете комсомола Володя Клетень и Вера Кутькина обсуждали поступок Славика. Вера, отвечавшая за морально-бытовые вопросы, потребовала вызвать его на заседание из-за того, что он обидел Нину Бойкач. Нина сама не жаловалась, но, по словам Веры, плакала по ночам и чахла. Кутькина считала, что подобное поведение нельзя оставлять без общественного разбирательства.
Тарас возражал против немедленного вмешательства комитета. Он считал, что сначала товарищи должны поговорить со Славиком в бригаде, поскольку никто точно не знал, что произошло между ним и Ниной. Кроме того, Тарас опасался, что Славик решит, будто бригадир добивается его наказания из ревности к Маше. Тарас любил Машу, но не хотел избавляться от Славика и превращать его в личного врага.
Вера подозревала Тараса в желании прикрыть своего любимца и обвиняла его в зазнайстве. Она настаивала, что бригада коммунистического труда обязана следить за моральным поведением своих членов. Тарас, несмотря на раздражение, решил ограничиться разговором в бригаде и пообещал самостоятельно уладить вопрос в комсомольском комитете.
На собрание Славик и Генрих пришли последними. Генрих заранее поверил, что Славик виноват, и сердился на него, хотя тот во время работы был особенно внимателен и безошибочно выполнял обязанности помощника. В комнате общежития Славик сразу почувствовал, что разговор будет посвящён ему. Ходас ходил по комнате с угрожающим видом, Костя пытался сдержать товарищей, а Тарас и Лопатин ждали начала обсуждения.
Когда Тарас спросил, что у Славика было с Ниной, тот отверг обвинения и заявил, что товарищи без разрешения вторгаются в его личную жизнь. Генрих ответил, что мораль бригады даёт им право и даже обязывает вмешиваться, если от поведения человека страдает девушка. Ходас требовал исключить Славика, а Костя, напротив, защищал его и утверждал, что тот никогда не подводил товарищей.
В страхе и раздражении Славик решил, что Тарас использует историю с Ниной как предлог для расправы из-за Маши, и открыто признался: он любит её. Тарас подтвердил, что тоже любит Машу, но отрицал желание мстить. Он поставил Славику условие: если тот честен перед Ниной и бригадой, пусть на следующий день приходит работать, а Тарас уладит дело в комитете; если же Славик совершил подлость и не признаётся, ему следует не приходить, потому что правду всё равно выяснят и его выгонят с позором.
Персонажи[ред.]
Цитаты[ред.]
Он понимал, что только вера в серьезность его признания может вызвать ответное чувство. Лишь так можно победить соперника, а не дуэлью, дракой, ссорой, пренебрежением, фиглярством или еще какой-нибудь глупостью.
— По морали мещанской мы, очевидно, действительно не имеем права лезть в душу, как ты говоришь, когда дело касается твоих отношений с девушкой. По нашей морали, я думаю, имеем это право. Обязаны!
— Что? Нашел повод, бригадир? Хочешь отомстить? Так знай... Я люблю Машу! Все сразу умолкли. Тарас опустил глаза, лоб его побелел, а шея налилась кровью.
— Решаем так... Если ты честен перед Ниной, перед нами, приходи завтра в бригаду и работай. Мы слова больше не скажем. В комитете я улажу... Если же ты совершил подлость и не имеешь мужества сознаться, не приходи.