Сердце на ладони (Шамякин)/Глава 20

🤖

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он ещё не прошёл редакторскую проверку. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

Шамякин, Иван Петрович

Сердце на ладони. Глава 20

бел. Сэрца на далоні. 20 · 1964

Краткое содержание главы
из цикла «Сердце на ладони»

Оригинал читается за 6 минут

Для этого пересказа надо написать микропересказ в 190—200 знаков.

Краткое содержание главы

Семен Парфенович Гукан испугался, узнав о неожиданном визите депутатов Антона Яроша и Кирилла Шиковича. Сначала он хотел не принимать их, но понял, что отказ будет неприличным, и велел секретарше впустить посетителей. Он оставил при разговоре своего заместителя Кушнера, стараясь изобразить радушие и одновременно показать, что очень занят.

Ярош и Шикович сообщили, что пришли просить помощи женщине. Ей, недавно перенёсшей тяжёлую операцию на сердце, требовалась небольшая отдельная квартира, поскольку раньше она снимала угол и теперь нуждалась в медицинском наблюдении. Гукан и Кушнер уточнили обстоятельства, после чего Шикович назвал её: Софья Степановна Савич.

Услышав фамилию, Гукан заметно изменился: побледнел, замолчал и долго не поднимал глаз. Он понял, что речь идёт о дочери Савича, осуждённого им как врага. Несмотря на то что Софья несколько лет жила и работала в городе, председатель уклончиво пообещал лишь рассмотреть возможность поставить её на очередь.

Шикович напомнил, что Софью можно выписать из больницы уже через десять дней, и потребовал действовать быстрее. Он также заявил, что женщина имеет право вернуться в принадлежавший ей дом, поскольку судебного решения о конфискации имущества нет. Гукан резко возразил: в доме разместили ясли, а возвращение здания дочери Савича якобы означало бы выселение сотни детей.

Между Гуканом и Шиковичем возник открытый конфликт. Гукан утверждал, что вина Савича доказана всеми органами, и обвинял Шиковича в попытке пересмотреть историю подполья ради своей статьи. Шикович хотел напомнить председателю, что именно он погубил Софью, но Ярош удержал его от ссоры, поскольку прежде всего стремился добиться для женщины комнаты.

К неожиданности Гукана, Кушнер поддержал депутатов. Он предложил предоставить Софье квартиру в новом доме на Элеваторной, который через неделю должны были сдать речники, а решение оформить через исполком и гарантийное письмо. Его спокойное и практичное предложение снизило напряжение и показало, что законный выход существует.

Сцена завершилась внезапной вспышкой Гукана. Кушнер, забывшись, высунулся в окно и сорвал зелёный колючий каштан. Председатель тут же закричал на него, обвиняя в том, что тот ободрал всё дерево, и тем самым вновь проявил мелочную властность.

Персонажи

Семён Парфенович Гукан — взрослый мужчина, председатель горисполкома; властный, нервный, лицемерный и склонный прикрывать личную неприязнь бюрократическими нормами.

Кирилл Шикович — взрослый мужчина, коммунист и работник редакции, депутат; прямой, настойчивый и принципиальный защитник Софьи Савич.

Антон Кузьмич Ярош — взрослый мужчина, хирург, председатель комиссии и депутат горсовета; сдержанный, опытный и тактически осторожный сторонник Софьи.

Софья Степановна Савич — взрослая женщина, одинокая работница; дочь Савича, перенёсшая тяжёлую операцию на сердце и нуждающаяся в отдельном жилье и медицинском наблюдении.

🤝

Кушнер — взрослый мужчина, заместитель Гукана; честный, простой и рассудительный чиновник, предложивший практическое решение жилищной проблемы.

Цитаты

— Женщина в больнице. После тяжелой операции... — На сердце, — подсказал Шикович, разглядывая на этот раз руки Гукана, в которых тот вертел толстый зеленый карандаш.

— Тогда она займет свой дом. Судебного решения о конфискации имущества нет. Дом принадлежит ей, — сказал Шикович, глядя на этот раз не на Гукана, а на Яроша.

— Нет, товарищ Шикович, доказана! Очень даже доказана! Всеми органами. И не думайте, что если вы нашли какую-то знахарку и она наплела вам сказок, так вы уже совершили переворот в истории подполья.

— Могу, — с доброй улыбкой отвечал Кушнер.— Ровно через неделю речники сдают дом на Элеваторной. Напишем гарантийное письмо, они дадут, а мы им возместим. Такой случай!

— Ясли? — на миг остолбенел председатель, а потом широко взмахнул руками, точно журавль на взлете крыльями, и закричал, казалось, даже обрадованно: — Чудесно! Чудесно! — И обращаясь к Кушнеру: — Ты слышал? Выбросим на улицу детей!

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 230 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

За основу пересказа взято отдельное издание романа в переводе А. и З. Островских (Минск: Беларусь, 1966). Иллюстрации созданы с помощью ИИ.

Читайте далее:

Сердце на ладони. Глава 21 →