Сердце на ладони (Шамякин)/Глава 11

🤖

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он ещё не прошёл редакторскую проверку. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

Шамякин, Иван Петрович

Сердце на ладони. Глава 11

бел. Сэрца на далоні. 11 · 1964

Краткое содержание главы
из цикла «Сердце на ладони»

Оригинал читается за 13 минут

Для этого пересказа надо написать микропересказ в 190—200 знаков.

Краткое содержание главы

Перед операцией Антон Ярош ночевал в городе, а его друг Кирилл Шикович спешил туда на автомобиле. Дорога задержала его: на железнодорожном переезде долго маневрировал старый паровоз, и Кирилл, оказавшийся первым у закрытого шлагбаума, яростно ругался на сторожиху, машиниста и железнодорожные порядки.

В больнице его не сразу пропустила пожилая дежурная. Шикович сначала доказывал, что приглашён самим Ярошем и является корреспондентом, затем назвался ассистентом и стал утверждать, что без него операция сорвётся. Ожидая решения, он сердился на Антона и мысленно придумывал ему суровое наказание за возможную шутку.

Неожиданно молодая медсестра пригласила Кирилла пройти. От её прикосновения и близости к юности он почувствовал себя моложе, бодрее и свежее. В предоперационной сестра помогла ему надеть стерильную одежду и провела к другим врачам и практикантам, которые ожидали начала операции.

Шикович разглядывал инструменты и аппараты, но не понимал их назначения. Услышав, как молодые врачи обсуждают поездку на пляж, он возмутился: в то время как должна была решиться судьба человека, они думали об отдыхе. Ему казалось, что присутствующие слишком спокойны и не осознают опасности происходящего.

Дверь в операционную открылась, и Кирилл увидел Яроша в стерильной одежде. Высокий хирург рядом с невысоким Майзисом показался ему почти сверхчеловеком. Однако Антон узнал друга, улыбнулся по-прежнему просто и объявил, что операция ответственная, хотя не чрезвычайная. Он потребовал полной тишины и разрешил части присутствующих наблюдать за происходящим по телевизору.

Практиканты оттеснили Шиковича, но Ярош сам позвал его в операционную. Там Кирилл увидел Машу, готовившую инструменты, и Майзиса. Антон шутливо спросил, не боится ли друг, а затем посоветовал ему сесть с краю на случай обморока. Спокойствие хирурга поразило Шиковича: он помнил, как Антон волновался, рассказывая о плане операции, но теперь тот казался уверенным в победе.

Санитары доставили больную — Зосю Савич. Шикович видел её впервые, однако уже месяц представлял после рассказов Яроша. Он сразу узнал в ней маленькую, измученную болезнью женщину и заметил в её взгляде красоту, обаяние, мужество и добрый интерес. Зося спокойно встретила взгляд хирурга и показала, что понимает происходящее и готова довериться врачам.

Врачи подключили к пациентке датчики и аппараты, среди которых особенно запомнился прибор на ухе, позднее названный ему оксигемометром. Кирилл торопил врачей, считая их медлительность преступной, и тревожился всё сильнее. После сообщения Майзиса о готовности Ярош потребовал наркоз, и Зося уснула.

Под яркой лампой хирург обозначил место разреза. Шикович испугался, понял, что действительно не переносит крови, но заставил себя смотреть. Перед ним оказалось живое человеческое сердце в раскрытой груди. Его величие и уязвимость настолько поразили Кирилла, что он потянулся рассмотреть его лучше.

Работа врачей ускорилась. Ярош ощупывал сердце пальцами, уточняя диагноз, и оно оказалось на его широкой ладони, продолжая биться. Когда хирург взял скальпель, Кириллу стало дурно.

Шикович видит сердце Зоси на ладони Яроша

Он попытался выйти, но у двери увидел на телевизионном экране продолжение операции: палец хирурга проткнул маленькое сердце, и Шикович потерял сознание.

Кирилл очнулся в кабинете главного хирурга. Медсестра привела его в чувство нашатырём и объяснила, что обморок бывает у многих. На его вопрос она ответила, что Зося жива, а врачи зашивают сердечную сорочку. Эта спокойная формулировка вернула ему иронию, но вид операции ещё несколько раз возникал перед глазами, вызывая дрожь.

Пока врачи продолжали борьбу за жизнь Зоси, Шикович посмотрел на часы и понял, что операция длится уже около двух часов. Он решил написать о ней, хотя Ярош не хотел публичности, а также рассказать о самой женщине и её отце. Мысли о работе восстановили его душевное равновесие, после чего Кирилл вспомнил, что к полудню его вызывают на заседание бюро горкома.

Персонажи

Кирилл Васильевич Шикович — около 45-50 лет, корреспондент, полный лысоватый мужчина; эмоциональный, любопытный и ироничный, тяжело переносит кровь, но стремится понять людей и рассказать об операции.

Антон Кузьмич Ярош — около 35-45 лет, главный хирург и друг Шиковича; высокий, крупный, уверенный и сосредоточенный специалист, скрывающий тревогу за внешним спокойствием.

Зося Савич — 36 лет, больная женщина; маленькая, измученная болезнью, но сохранившая красоту, мужество и доверие к врачам, подвергшаяся сложной операции на сердце.

🧑🏻‍⚕️

Майзис — взрослый мужчина, первый ассистент Яроша и хирург; невысокий, профессиональный и спокойный, участвует в подготовке и проведении операции.

👩🏻‍⚕️

сестра в белом халате — молодая женщина, больничная сестра; приветливо встречает Шиковича, помогает ему переодеться, а после обморока приводит его в чувство и сообщает о ходе операции.

Цитаты

— Товарищи! Не скажу, что операция чрезвычайная. Однако ответственная. Больной — тридцать шесть лет. В таком возрасте с таким диагнозом на этом столе она — первая. Прошу! Никаких комментариев.

А она живая. Такая же, как все. Даже красивая. Большие глаза, и во взгляде их не страх, а как бы удивление и добрый интерес ко всему, что ее окружает. Зося Савич! Шикович видит ее впервые.

Сердце лежит на его широкой ладони. Живое сердце на ладони! И бьется, бьется, словно хочет вырваться. Но в другой руке хирурга блеснул скальпель. И эта сталь над живым сердцем — она всему виной.

— Что там?
— Зашивают сердечную сорочку. Я по телевизору смотрела.
Кирилл чуть не закричал. Черт возьми, как они говорят о таких вещах! «Зашивают сердечную сорочку». Будто ночную сорочку зашивают!

За основу пересказа взято отдельное издание романа в переводе А. и З. Островских (Минск: Беларусь, 1966). Иллюстрации созданы с помощью ИИ.

Читайте далее:

Сердце на ладони. Глава 12 →