К востоку от Эдема (Стейнбек)/Часть 4/Глава 46
из цикла «К востоку от Эдема. Часть 4»
Краткое содержание главы[ред.]
В долине Салинас-Вэлли редкие ноябрьские дожди ненадолго покрывали холмы зеленью, но редко приносили пользу посевам. С началом войны осени стали сырыми, и некоторые жители объясняли это стрельбой тяжёлых орудий во Франции.
В первую зиму американского участия в войне во Франции ещё находилось мало войск, хотя миллионы солдат готовились к отправке. Немцы продолжали наступать к Парижу, а американцы надеялись на генерала Першинга, чьи фотографии ежедневно печатали газеты.
В городе ввели ограничения на продажу белой муки: покупатели должны были брать вместе с ней вчетверо больше серой. Состоятельные люди пекли из белой муки хлеб и пироги, а серую скармливали курам.
Мужчины старше пятидесяти лет занимались строевой подготовкой в Гражданской гвардии, носили значки и спорили о командовании. На одном из занятий Уильям С. Берт умер от сердечного приступа. Другие мужчины выступали с краткими патриотическими речами в церквах и кинотеатрах.
Женщины готовили бинты, носили форму Красного Креста и вязали для солдат тёплые вещи. Лучшая кожа шла на офицерские сапоги и портупеи. Американские военные перенимали у англичан элементы формы и привычки, хотя поначалу считали наручные часы нелепостью.
В Сан-Хосе распространилась шпиономания, и жители Салинаса тоже начали искать внутренних врагов. Их подозрения обратились к мистеру Фенкелю, маленькому круглолицему портному немецкого происхождения, который около двадцати лет жил и работал в городе.
Фенкель всегда приветливо разговаривал с соседями и тщательно ухаживал за своим домом и забором. С началом войны его акцент стал поводом для подозрений. Он потратил много денег на облигации военных займов, но горожане решили, что так он пытается отвести от себя подозрения.
Фенкеля не приняли в Гражданскую гвардию, а клиенты перестали заказывать ему одежду. Оставшись без работы, он снова и снова сшивал и распарывал одну и ту же вещь. Прежние знакомые больше не разговаривали с ним, и он ходил по городу одинокий и подавленный.
Однажды вечером маленький Джон и его сестра Мэри встретили Фенкеля у своего дома. В ответ на его приветствие дети выкрикнули «Hoch der Keiser!». Портной испугался и заплакал, а брат с сестрой молча ушли. Став взрослым, рассказчик по-прежнему стыдился своего поступка.
Позже около тридцати мужчин вышли из пивной, промаршировали к дому портного, разнесли его забор и подожгли крыльцо. В соседнем Уотсонвилле поляка приняли за немца из-за акцента, вымазали дёгтем и выкатали в перьях.
Военные новости и слухи меняли жизнь горожан. Росли цены и заработки, люди запасали продукты, а покупательницы ссорились из-за консервов. Одни добровольно шли в армию, другие отказывались служить по моральным или религиозным убеждениям и подвергались за это преследованиям; многие жертвовали средства ради победы.
Рассказчик вспоминал о жестокости смерти на поле боя и горе семей, получавших известия о гибели близких. Он отмечал, что некоторые впоследствии начинали гордиться своей потерей или извлекали из неё выгоду, а другие наживались на войне, покупая на часть доходов военные облигации. Жители Салинаса переживали всё это так, словно подобное происходило впервые.
Персонажи[ред.]
Цитаты[ред.]
Ни одна живая душа не замечала его смешного выговора, но как только началась война, мы вдруг спохватились: да он же немец! К нам затесался настоящий немец.
Мы с моей маленькой сестренкой тоже обижали мистера Фенкеля, и при воспоминаниях об этом меня до сих пор от стыда бросает в пот и комок подкатывает к горлу.
Они в щепки разнесли побеленный заборчик у мистера Фенкеля и подожгли крыльцо. Ни один кайзеровский прихвостень не уйдет от нас! Теперь Салинас может прямо смотреть в глаза Сан-Хосе.
Никакого величия в смерти на поле боя нет. Чаще всего такая смерть являет собой отвратительное зрелище: растерзана живая человеческая плоть, пролита горячая кровь.