Игрок (Достоевский)/Глава 7
из цикла «Игрок»
Краткое содержание главы[ред.]
Наутро Алексей распорядился, чтобы гостиничный счёт ему выписывали отдельно. У него оставалось шестнадцать фридрихсдоров, однако он уже надеялся разбогатеть за игорным столом и внутренне чувствовал себя состоятельным человеком, хотя ещё ничего не выиграл.
Алексей собирался немедленно пойти к мистеру Астлею, жившему в соседней гостинице, но к нему неожиданно пришёл Де-Грие. Их отношения давно были напряжёнными: француз открыто проявлял пренебрежение, а Алексей ненавидел его и сразу понял, что визит связан с важным делом.
Де-Грие сообщил, что выступает посредником генерала. Он попросил Алексея отказаться от намерения продолжить вчерашний конфликт с бароном, предупредил, что барон не станет его принимать, и пообещал от имени генерала позднее вернуть ему место в доме и сохранить жалованье.
Алексей ответил, что не намерен отступать. Он объяснил, что барон пожаловался на него генералу как на слугу, добился его увольнения и тем самым лишил возможности сразу принести извинения: теперь окружающие решили бы, что он извинился только из страха потерять место.
Поэтому Алексей собирался сначала потребовать от барона умеренного извинения за оскорбительное обращение. Лишь после этого он был готов искренне извиниться перед бароном и баронессой за собственное поведение. Де-Грие счёл такие требования нарочитой придирчивостью и попыткой досадить генералу.
Во время спора выяснилась причина тревоги генерала. Он был влюблён в мадемуазель Бланш де Коменж и рассчитывал на брак с ней, но ожидал известий из России о состоянии богатой родственницы, которую Алексей назвал «бабуленькой». Возможный скандал с раздражительным прусским бароном мог повредить планам генерала.
Де-Грие призвал Алексея проявить благодарность к семье, где его прежде принимали и уважали. Алексей напомнил, что его выгнали. Тогда француз перешёл к угрозам: заявил, что власти могут выслать молодого человека, а барон способен приказать лакею выставить его за дверь.
Алексей спокойно сообщил, что не станет обращаться к барону лично. Он намеревался попросить мистера Астлея стать посредником и секундантом. Поскольку Астлей был племянником лорда Пиброка и обладал высоким общественным положением, барону пришлось бы его принять. Эта перспектива испугала Де-Грие, понявшего, что конфликт действительно может разрастись.
Когда уговоры не помогли, Де-Грие передал Алексею запечатанную записку Полины. Она потребовала прекратить историю, напомнила о его обещании слушаться её и о Шлангенберге, заявила, что он ей нужен, а также попросила простить её за вчерашнее. Алексей побледнел и задрожал, но согласился подчиниться.
Алексей догадался, что французу велели передать записку лишь в крайнем случае, если обычные уговоры не подействуют. После ухода Де-Грие он пообещал себе ещё рассчитаться с ним. Затем его поразили общая тревога из-за недавних угроз и власть француза над Полиной: несмотря на её явное отвращение к Де-Грие, одного его слова оказалось достаточно, чтобы она написала требуемую записку.
Персонажи[ред.]
Цитаты[ред.]
Я вот сейчас же отправлюсь к мистеру Астлею и попрошу его быть моим посредником, одним словом, быть моим second. Этот человек меня любит и, наверное, не откажет. Он пойдет к барону, и барон его примет.
Мне показалось, что вы намерены продолжать эту историю. Вы рассердились и начинаете школьничать. Но тут есть особые обстоятельства... Вы мне нужны и сами обещались слушаться. Вспомните Шлангенберг.
первая — что из таких пустяков, из нескольких школьнических, невероятных угроз мальчишки, высказанных вчера на лету, поднялась такая всеобщая тревога! и вторая мысль — каково же, однако, влияние этого француза на Полину?