Грозовой перевал (Бронте)/Глава 28
из цикла «Грозовой перевал»
Краткое содержание главы[ред.]
На пятый день заточения Нелли Дин к ней пришла служанка Зилла. Она рассказала, что в Гиммертоне считают Нелли и молодую Кэтрин утонувшими в болоте, а Хитклиф распорядился держать Нелли взаперти и передать её в Скворцы. Он также сообщил, что Эдгар Линтон умирает и Кэтрин должна поспеть на его похороны.
Нелли немедленно покинула комнату и вошла в дом. Там она увидела Линтона, который один лежал на диване. На вопросы о Кэтрин он ответил, что она заперта наверху и что Хитклиф запретил ей уходить. Линтон повторил слова отца: Кэтрин якобы ненавидит его, хочет его смерти и не должна получить его деньги.
Нелли напомнила Линтону, как Кэтрин заботилась о нём зимой, приносила книги, пела ему и приходила в непогоду. Она обвинила его в неблагодарности, эгоизме и союзе с отцом против жены. Линтон признался, что не выносит её слёз и предпочитает лежать один, даже когда понимает, что ей тяжело.
Линтон рассказал, что после смерти Эдгара владельцем Скворцов должен стать он, а имущество Кэтрин уже считается собственностью Хитклифа. Кэтрин предлагала ему книги, лошадь и птиц, чтобы он достал ключ, но Линтон отказался. Тогда она предложила медальон с портретами матери и дяди.
Кэтрин отдала Линтону портрет матери, но попыталась сохранить портрет Эдгара. Хитклиф вмешался, избил её и раздавил медальон каблуком. Линтон зажмурился, однако сначала считал, что Кэтрин заслужила наказание за толчок. Позже он увидел её окровавленное лицо и понял, что она тяжело ранена и напугана.
Линтон сообщил, что ключ от комнаты находится у него, но отказался сказать Нелли, где заперта Кэтрин. Нелли решила не тратить время на поиски Хитклифа и отправилась в Скворцы, чтобы сообщить Эдгару о спасении дочери.
Эдгар лежал при смерти, ослабевший и погружённый в скорбь. Услышав, что Кэтрин жива и вечером может вернуться, он потерял сознание от потрясения. Нелли рассказала ему о насильственном удержании на Грозовом Перевале, стараясь не усиливать его страдания подробностями о жестокости Хитклифа.
Эдгар понял, что Хитклиф стремится завладеть не только землями Линтонов, но и личным состоянием Кэтрин. Он изменил завещание: капитал дочери должен был перейти под контроль опекунов и оставаться её пожизненным достоянием, а после её смерти перейти к детям. Так Линтон или Хитклиф не смогли бы унаследовать деньги.
Нелли послала за поверенным Грином и отправила вооружённых людей требовать освобождения Кэтрин. Грин задержался, сославшись на дела, а посланцы вернулись без девушки: Хитклиф заявил, что она больна и не может выйти. Нелли решила утром силой взять Грозовой Перевал, если Кэтрин не выдадут добровольно.
Около трёх часов ночи Нелли услышала стук в дверь и увидела Кэтрин. Девушка рассказала, что Линтон испугался её угроз и достал ключ, пока Хитклиф не поднялся наверх. Кэтрин вышла через комнату покойной матери, вылезла в окно и спустилась по ели, а затем до рассвета добралась до Скворцов.
Кэтрин хотела сразу увидеть отца. Нелли напоила её, умыла и попросила не жаловаться Эдгару на Линтона, чтобы последние минуты его жизни не были омрачены. Кэтрин поняла причину этой просьбы и пообещала скрыть правду. При встрече отец и дочь молча поддерживали друг друга.
Эдгар умер спокойно и счастливо, успев увидеть возвращение Кэтрин. После его смерти поверенный Грин распорядился имуществом, уволил почти всех слуг и пытался изменить место захоронения, но Нелли воспротивилась. Позже Кэтрин объяснила, что Линтона наказали за помощь в её побеге, однако он всё же позволил ей вырваться из дома.
Персонажи[ред.]
Цитаты[ред.]
– Мистер Эдгар умер? Не может быть! – закричала я. – Ох, Зилла, Зилла! – Нет, нет. Сядьте, моя добрая миссис Дин, – ответила она. – Никак, вам дурно? Он не умер.
– Разве она стала бы приходить на Грозовой Перевал, если бы ненавидела вас? – продолжала я. – Подумайте сами! А что до ваших денег, так она даже не знает, что они у вас будут.
– Я зажмурил глаза, – ответил он, – я всегда жмурюсь, когда отец у меня на глазах бьет лошадь или собаку, он это делает так жестоко!
– Я ухожу к ней. И ты, мое дорогое дитя, тоже придешь к нам! – Больше он не двигался и не говорил, только все глядел восхищенным лучистым взором, пока не перестало биться его сердце и не отлетела душа.