Атау-кере (Бокеев)/Глава 3
из цикла «Атау-кере»
Очень краткое содержание[ред.]
Двое путников медленно шли из аула в горы: один верхом, другой пешком.
Пьяный Таган падал в траву, терялся, и Ерик, найдя его, ударил плетью, но тот не почувствовал боли. Собаки в горах не трогали Тагана, будто чуяли в нём что-то особое, и это удивляло Ерика.
Заночевали они у пчеловода Захара и его жены. За столом хозяйка жалела измождённого гостя, а Ерик грубил ему. Напившись домашнего пива, Таган произнёс речь:
Почему мы всё время лжём, смеёмся фальшиво, короче — живём фальшивой жизнью, а? Почему мы не признаём, что мы лишние в этом мире, никому не нужные жалкие несчастные существа?
Он говорил, что считает себя талантом и жертвой тех, кто спаивает умных людей. Захар уложил его спать в сарае. Утром Ерик вылил ему на голову ведро воды, и путники двинулись дальше.
На жайлау у табунщиков дети приняли Тагана за нищего, и это слово больно задело его: когда-то он сам так оскорблял жену. Пока Ерик думал о незнакомой девушке с другого берега реки и о том, почему у него нет детей, Таган пил кумыс и мечтал умереть, упав с коня. Ерик поссорился со старым охотником-фронтовиком, а затем оба путника ушли в горы.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Поиски пропавшего Тағана в горах[ред.]
Два путника из аула, который казахи называли Бек-Алка, а русские — Фадиха, двигались медленно: если бы пчеловод ехал один на своём резвом коне, он давно бы обогнал спутника. Но позади него плёлся спившийся попутчик, и приходилось сдерживать шаг.
Как-то раз Таган, потихоньку допив бутылку водки, совсем выбился из сил и потому рухнул ничком в густую траву, где мог бы затеряться даже жеребёнок, и лежал не шевелясь.
Долго не оборачиваясь, пчеловод вдруг обнаружил, что спутник исчез. Решив, что тот сбежал, он в панике поскакал назад той же дорогой, обшаривая заросли и кустарники, но безуспешно — в густой траве и человек, и верблюд могли затеряться бесследно. Отчаявшись, он закричал, зовя Тагана по имени, и в этот момент прямо из-под ног взлетел огромный улар, напугав коня. Разозлённый пчеловод, не разобравшись, выстрелил в сторону птицы, и тут из травы донёсся жалобный вскрик — это оказался сам Таган, задетый плетью седока.
Ещё каким бы жестоким его ни считали, сам Ерик вздрогнул и повернул Кокбести назад. Он бросился на помощь Тагану... Обе собаки разом прекратили лай, будто его ножом отрезали, и притихли, усевшись в двух местах.
Пьяница не почувствовал боли от удара и продолжал лежать неподвижно, глядя в никуда. Пчеловод удивился, но виду не подал и велел двигаться дальше.
Ночлег у Захара и Марфы. Философствования пьяного Тағана[ред.]
К вечеру путники добрались до одинокого дома в ущелье, где их встретили лаем две собаки. Хозяином оказался гостеприимный русский пчеловод, который пригласил их внутрь.
Его жена, добрая и чуткая женщина, накрыла на стол свежую рыбу, мёд и хлеб. Она с сочувствием заметила исхудалые руки Тагана и его необычно длинные ресницы.
Пчеловод-хозяин угостил гостей домашним пивом. Изголодавшийся и измученный Таган жадно набросился на еду и напиток, быстро опьянел и принялся произносить длинные монологи о лицемерии людей, о ненужности собственной жизни и о том, что общество само превратило его в пьяницу. Он философствовал, обращаясь то к хозяину, то к пчеловоду, утверждая, что все живут неправдой, и требуя признать, что мир не изменится, если такие, как он, исчезнут.
Устав слушать эти рассуждения, пчеловод вышел на улицу, а хозяин отвёл захмелевшего гостя спать в сарай, где хранились ульи. По дороге Таган обнял хозяина за шею и признался ему в любви к русскому народу, сравнивая судьбы двух народов и рассуждая о том, кто из присутствующих на самом деле опаснее для мира — пьющие простые люди или трезвые начальники.
У запойных пьяниц лишь одно отличие от тех, кто лишь слегка пригубливает, братья. Они никогда не думают, что завтра тоже будет день. Словно наступит конец света, они хотят всё выпить и осушить сегодня.
Оставшись один в сарае, Таган продолжал произносить свои «лекции» несуществующей аудитории, а затем затянул хриплую песню, которую пел уже десять лет подряд.
Парень без изъяна,
В кармане ни тиына,
Пью не потому, что хочется пить
А из упрямства пью, хала-лау, алау-лау...
Это вы сделали меня пьяницей... ПОЧЕМУ МЫ ВСЁ...
Хозяйка же, услышав через стену эти крики, с грустью размышляла о том, до чего может довести человека пристрастие к спиртному, и жалела несчастного гостя с такими красивыми глазами.
Ночные раздумья Еріка о тайной возлюбленной и смысле жизни[ред.]
Пока Таган спал в сарае, пчеловод отвёл своего коня на пастбище и, забивая колышек для привязи, погрузился в мысли о загадочной девушке, которую видел издалека уже несколько лет — она появлялась по ту сторону реки Катын раз в неделю, по пятницам, в красном платке.
Он до сегодняшнего дня не знает, кто она... Вот с девичьей весны этого Алтая она, как недостижимая мечта, стоит перед глазами... днём и ночью не выходит из грёз и снов.
Он никогда не решался переправиться через бурную реку, чтобы познакомиться с ней, и лишь издали кричал ей вопросы, оставшиеся без ответа. Размышляя о своей размеренной, но пустой жизни, он вспомнил и о своей жене, на которой женился слишком рано и по недоразумению молодости.
Облокотившись... погружённый в думы Ерик впервые прошептал: ПОЧЕМУ У МЕНЯ НЕТ РЕБЁНКА? Он сам испугался собственного голоса и, словно стремясь поскорее забыть этот вопрос, направился к дому.
Утреннее пробуждение и разговоры о пчёлах[ред.]
Наутро разбудить Тагана оказалось непросто — пришлось облить его водой из ведра. Проснувшись, он тут же начал ворчать и требовать пива, а также язвительно шутить над пчеловодом, называя его «гестаповцем» за холодный душ.
Хозяин лишь посмеивался над острым языком гостя. После завтрака во дворе завязался разговор о пчеловодстве: хозяин рассказал, что у него нет породистых пчёл, как у гостя, зимой он оставляет мёд самим пчёлам, а мёд использует для прокорма семьи, не тратя деньги на сахар. Пчеловод одобрительно отозвался о таком бережливом подходе, назвав хозяина «настоящим большевиком».
Собравшись в путь, путники попрощались с хозяевами. Марфа, глядя вслед уходящим, снова посетовала на печальную судьбу спутника пчеловода, отметив его удивительно длинные ресницы, а хозяин задумчиво повторил про себя запомнившуюся ему фразу пьяницы о том, почему люди стали такими жестокими.
Встреча с табунщиком. Спор с аңшы о морали и справедливости[ред.]
Путники продолжили путь — пчеловод верхом, а Таган пешком — и вышли к широкой долине Жалпаксаз, где паслись многочисленные табуны лошадей и стояли юрты кочевья. По дороге туда пчеловод вновь предавался размышлениям о хрупкости мирной жизни простых людей перед лицом ядерной угрозы, нависшей над всем человечеством, и завидовал безмятежности табунщиков, которые не производят оружия.
На подходе к стойбищу трёх собак заинтересовал именно Таган — они окружили его, будто старого знакомого, что немало удивило детей, наблюдавших за странным зрелищем. Один из мальчишек в шутку крикнул: «Смотри, это же нищий!» — и это неожиданно задело Тагана за живое, напомнив ему давний случай из прошлой благополучной жизни.
В юрте их радушно принял хозяин стойбища — многодетный табунщик, угостивший гостей свежим кумысом.
Пока хозяин отлучился доить кобылиц, а Таган задремал у порога, во двор въехал верхом пожилой седобородый охотник-фронтовик, чья собака, в отличие от прочих, не проявила к пьянице никакого интереса.
Старик тут же начал подшучивать над пчеловодом, называя его «таёжным миллионером» и намекая на его богатство, накопленное на продаже мёда, а тот в ответ поддел старика насчёт строительства бомбоубежища. Перепалка становилась всё острее — охотник припомнил давнюю обиду за украденные капканы на сурков, а пчеловод отшучивался, что не все фронтовики одинаково честны, приводя в пример деревенских ветеранов, один из которых стал муллой, а другой тронулся умом и ловит мышей.
Разгорячённый старик пригрозил вызвать пчеловода на состязание в меткости, называя его молодым нахалом, забывшим уважение к старшим, но хозяин юрты вовремя вмешался, пригласив всех к столу, чтобы утихомирить ссору.
Заметив странного спутника пчеловода, охотник спросил, кто это, и, узнав, что тот, судя по всему, обычный бродяга, а не вор, всё равно проворчал, что вид этого человека почему-то напоминает ему предателей военного времени. Простившись с хозяевами, путники — один верхом, другой пешком — спустились в ущелье, заросшее елями, и вскоре скрылись из виду среди гор.