Сердце на ладони (Шамякин)/Глава 2

🤖

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он ещё не прошёл редакторскую проверку. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

Шамякин, Иван Петрович

Сердце на ладони. Глава 2

бел. Сэрца на далоні. 2 · 1964

Краткое содержание главы
из цикла «Сердце на ладони»

Оригинал читается за 22 минут

Микропересказ

Кирилл ждёт Гукана, спорит с близкими о воспитании детей, а затем на рыбалке обсуждает с председателем замысел повести о подполье. Разговор прерывает его падение в реку и неожиданный смех Гукана.

Краткое содержание главы

Председатель горисполкома Гукан не приехал к обеду, хотя Кирилл Шикович ждал его в загородном доме. Закончив работу над статьёй, Кирилл сначала был оживлённым и добрым, но ожидание сменилось голодом, раздражением и злостью. Валентина Андреевна, хорошо понимая настроение мужа, не стала его упрекать и предложила спокойно подождать гостя.

Кирилл отправился к доктору Ярошу, который лежал у ручья под дубом и читал английский журнал. Шикович назвал Гукана свиньёй, а Ярош напомнил, что прежде председатель отзывал его с дальних командировок, называя работу партийным поручением. Кирилл объяснил, что пригласил Гукана искренне поговорить и надеется, что за прошедшие годы взгляды гостя могли измениться. Ярош посоветовал ему запастись терпением и простить возможную задержку.

Пока Ярош читал, Кирилл размышлял о старости, ухудшении зрения и собственной неспособности изучить иностранные языки. Он завидовал образованности друга, но оправдывал себя тем, что его поколению было не до языков. Кирилл также любовался небом, тучами и природой, однако считал, что газета иссушила его воображение и лишила его свежих сравнений. Чтобы поднять настроение, он предложил тайком выпить коньяка, но Ярош назвал его авантюристом.

За обедом на веранде собрались обе семьи, однако Ира не вышла к столу. Это вызвало раздражение Кирилла: он строил дачу вместе с Ярошем, надеясь таким образом бороться с семейным эгоизмом и индивидуализмом детей. Шикович обвинил жену в том, что её неорганизованность поддерживает безответственность детей. Галина Адамовна возразила, что родители должны подавать пример, а воспитание должно действовать незаметно, без постоянных наставлений.

Спор о воспитании перерос в эмоциональную ссору. Кирилл стал доказывать, что честно и много работает, не ворует и не кривит душой. Он утверждал, что главным способом формирования человека является труд, и спрашивал, почему его дети всё же растут эгоистами. Валентина Андреевна защищала детей, а Галина Адамовна замечала, что одних слов недостаточно. Эти слова особенно задели Кирилла, который всю жизнь верил в силу слова и зарабатывал литературным трудом.

После ухода Галины на кухню Кирилл успокоился и заметил смущение Виктора и живой интерес Наташи. Виктор, длинный и нескладный подросток, стеснялся разговоров взрослых о воспитании, тогда как Наташа внимательно слушала отца и была им увлечена. Ярош тем временем заботился о порядке на столе. Когда разговор возобновился, Кирилл предположил, что детей слишком балуют и им следует давать меньше благ, чем давал его строгий отец.

Наташа неожиданно возразила, что детям нужно давать всё именно потому, что они дети. Её непосредственность рассмешила взрослых, и напряжение ослабло. После обеда погода изменилась: небо затянули тяжёлые тучи, но духота усилилась. Наташа уснула на раскладушке, а Кирилл задремал в шезлонге, время от времени вставляя в разговор женщин и Яроша нелепые реплики о наказании Хама.

Ярош решил идти на рыбалку и позвал Кирилла. Валентина Андреевна шутя опрокинула шезлонг вместе с мужем, заставив его подняться. По дороге мужчины наслаждались запахом сена, воды, цветов и приближающегося дождя. Виктор остался у ручья охотиться за щукой на спиннинг, а Ярош и Кирилл пошли дальше, к любимому рыбацкому месту доктора.

У места слияния ручья и реки они увидели рыболова, занявшего берег. Им оказался Гукан, которого они тщетно ждали к обеду. Он был одет в старомодный белый костюм и кепку, напоминавшие о прошлом, и ловил сразу на несколько удочек. Ярош с уважением отметил его рыбацкое мастерство, увидев полное рыбой ведёрко, а Кирилл насмешливо рассматривал председателя в необычной для него роли.

Гукан извинился за опоздание: он не смог устоять перед редкой возможностью выбраться на природу и хотел прийти в гости со своей ухой. Ярош охотно присоединился к рыбалке, тогда как Кирилл расположился неподалёку. Гукан ловил одну рыбу за другой, измерил крупного окуня специальным прибором и взвесил его. Кирилл, сначала посмеивавшийся над рыбацким азартом, невольно восхитился дотошностью председателя.

Наконец Кирилл заговорил о главном: он сообщил, что хочет вернуться к теме городского подполья в годы войны и написать документальную повесть. Гукан упрекнул его в том, что спустя шестнадцать лет строительства и мирной жизни писатели всё ещё оглядываются назад и продолжают воевать вместо того, чтобы смотреть в будущее. Шикович ответил, что каждый пишет о том, что его действительно волнует.

Гукан отнёсся к замыслу настороженно и предположил, что Кирилл собирается пересмотреть решение горкома. Председатель защищал свою прежнюю книгу и общую оценку подпольной борьбы, тогда как Шикович считал, что в ней недостаточно показаны люди и события первого периода. Гукан назвал Яроша анархистом и утверждал, что его взгляд на подполье односторонен. Кирилл мысленно возразил, вспомнив, что Ярош выступал не ради личной славы, а из-за забытых товарищей.

Разговор заставил Кирилла усомниться в своевременности собственного замысла. Он вспомнил утренние сомнения Яроша и подумал, действительно ли нужно тревожить прошлое. Однако пойманный им язь снова разжёг рыбацкий азарт. Когда Кирилл, задремав на берегу, упал в воду, Гукан испугался, а затем впервые разразился громким смехом. Шикович выбрался, держась за удилище, а его соломенная шляпа уплыла по реке. Необычный хохот председателя удивил и самого Кирилла, и вышедшего из лозняка Яроша.

Персонажи

Кирилл Шикович — взрослый мужчина, журналист и писатель, муж Валентины Андреевны и отец Виктора, Наташи и Иры; деятельный, остроумный, вспыльчивый и склонный к самоанализу, стремится написать документальную повесть о подполье.

Семён Парфёнович Гукан — пожилой председатель горисполкома, высокий худой мужчина с аскетическим лицом, глубоко посаженными глазами и седыми бровями; властный, сдержанный, дотошный, убеждённый в своей версии истории подполья и искусный рыболов.

Антон Ярош — взрослый мужчина, врач и близкий друг Кирилла; образованный, дисциплинированный, умеющий читать по-английски, спокойный, ироничный и опытный рыболов.

Валентина Андреевна — взрослая женщина, жена Кирилла и мать его детей; чуткая к настроению мужа, мягкая, терпеливая и защищающая детей, но способная решительно вмешаться в его леность.

Галина Адамовна — взрослая женщина, хозяйка дома Ярошей и мать Виктора и Наташи; невозмутимая, рассудительная и требовательная к воспитанию, предпочитающая действовать ненавязчиво.

Цитаты

— Хочу вернуться к подполью.— Шикович нарочно не оборачивался, однако почувствовал на себе долгий, пристальный взгляд председателя исполкома.

— Опять война? Шестнадцать лет строим. Вон какие города отгрохали.

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 209 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

— Не так уж много, Семен Парфенович. О нашем городе — одна ваша книга. Да и сколько там о подполье? Мимоходом. В основном — партизаны. Я хочу заглянуть поглубже... Разобраться.

— Твои дети не хуже других, — сказала с обидой Валентина Андреевна, появляясь на пороге с рюмками и стаканами в руках.

— Не хуже... Утешила! Вот так всегда своей неразумной любовью ты разрушаешь то, что я пытаюсь создать!

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 222 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

— Неправда, дядя Кирилл! Детям надо давать все! На то они дети.

Всех рассмешила ее непосредственность.

— Садитесь за стол, философы, — позвала Валентина Андреевна.

За основу пересказа взято отдельное издание романа в переводе А. и З. Островских (Минск: Беларусь, 1966). Иллюстрации созданы с помощью ИИ.

Читайте далее:

Сердце на ладони. Глава 3 →