Психопаты (Чехов)
Деление пересказа на разделы — условное.
В одной из маленьких комнат своей квартиры бывший чиновник провинциального коммерческого суда Семён Алексеич Нянин обедал с сыном Гришей. Бледный и всегда встревоженный отец робко заглядывал сыну в лицо.
Гриша, отставной поручик, живший на содержании родителей, пил рюмку за рюмкой и без умолку говорил.
Разговор о войне и холере[ред.]
Гриша начал с событий в Болгарии и Румелии и предсказал, что вслед за Грецией и Сербией в войну вступят Турция, Англия и другие страны. Когда Нянин нерешительно предположил, что и Франция не останется в стороне, из соседней комнаты раздалась жалоба больного жильца Фёдора Фёдорыча: он просил пожалеть его и прекратить разговоры о политике.
Гриша не обратил на него внимания и продолжил перечислять государства, которые, по его мнению, могли оказаться втянуты в войну. Отец ещё больше побледнел, и оба перестали есть. Оба они были трусливы и боялись какой-то неопределённой беды: старик обычно молчал, а Гриша говорил до тех пор, пока не пугал себя окончательно. Он заявил, что отца будущая война не затронет, а ему самому придётся отправиться на фронт.
Затем Гриша заговорил о холере и стал уверять отца, что во время эпидемии живых больных будут по ошибке увозить за город вместе с мертвецами. Фёдор Фёдорыч снова закашлялся и пожаловался, что жильцы, надымив табаком и навоняв дешёвой водкой, хотят добить его своими разговорами. Гриша спросил, чем они ему не нравятся. Услышав, что жилец не любит невежества, он посоветовал ему не слушать.
Кражи и бесконечный процесс[ред.]
Гриша продолжил пугать отца: в банках и местных учреждениях постоянно крадут деньги, а кассиры бегут. Когда Нянин спросил, что из этого следует, сын нарисовал ему картину всеобщего воровства:
Проснешься в одно прекрасное утро, выглянешь в окно, ан ничего нет, всё украдено.
Наконец Гриша перешёл к судебному процессу Мироновича по делу об убийстве Сарры. Он утверждал, что процесс никогда не закончится: при любом приговоре останутся вопросы к другим участникам дела, Семёновой и Безаку, а признание Семёновой может смениться отказом от своих слов. Отец слушал, как сын воображал всё новые расследования.
По фантазии Гриши, защитник Карабчевский будет снова и снова требовать новых поисков и экспертиз. За гирей пошлют водолазов под Тучков мост, а когда её не найдут, выпишут водолазов из Англии и оборудование из Америки. Спорящих экспертов дополнят новыми, пригласят французского врача Шарко, снова выкопают тело Сарры и вызовут парикмахеров исследовать найденные волосы.
Гриша представил, как в Неве найдут несколько гирь и вызовут купца, который их продавал. Тот вспомнит среди своих покупателей Нянина — и отца потребуют в суд. При этих словах Нянин, бледный и растерянный, вскочил и начал нервно ходить по комнате.
Угроза невиновному[ред.]
Гриша развил свою выдумку: Карабчевский станет пронзать отца глазами и расспрашивать, где он был в ночь убийства, а найденные волосы сличат с его волосами. Нянин возразил, что все знают: убивал не он. Но Гриша уверял отца, что невиновность не поможет:
Начнут тебя кружить и до того закружат, что ты встанешь на колени и скажешь: я убил!
Гриша добавил, что привёл отца лишь в пример: сам он человек свободный и холостой и, если захочет, завтра же уедет в Америку. Фёдор Фёдорыч снова застонал и потребовал, чтобы они наконец замолчали. Обед кончился; отец и сын умолкли и легли каждый на свою кровать, но тревога не оставила ни того ни другого.