После бенефиса (Чехов)
Деление пересказа на разделы — условное.
Выручка и просьба друга[ред.]
После бенефиса, спектакля, сбор с которого предназначался одному из актёров, трагик Унылов сидел в номере гостиницы «Венеция» с приятелем Тигровым. На столе стояли выпивка и сардины. Унылов держал пачку денег и радовался успеху, особенно любви молодых зрителей.
Он с удовольствием вспоминал, как гимназисты кричали с галёрки, и хвастался перед другом:
Шестнадцать раз вызвали! И «ам поше» не дурно: 123 рубля 80 копеек! Выпьем!
Тигров, игравший роли благородных отцов, попросил у него двадцать рублей на поездку в Елец: там умер его дядя, и, возможно, осталось наследство. Вернуть деньги он не обещал и просил их по дружбе.
Унылов опасался, что денег на всё не хватит, и принялся записывать предстоящие расходы на бумаге из-под коньяка. Он хотел дать Тигрову двадцать рублей, послать двадцать пять сестре, которая уже три года просила помощи, сшить себе костюм и выкупить заложенные фрак и часы. За гостиничный номер и обед он решил заплатить позже.
Список всё рос: друзья вспомнили о табаке, обуви, шапке для Тигрова и револьвере для спектакля, который отказывался покупать антрепренёр — хозяин театрального предприятия. Тигров предложил даже приобрести чучело лисицы, чтобы оно радовало Унылова по утрам, но тот счёл это роскошью. Затем они прибавили одежду, лекарства, бумагу, средство от насекомых и наконец зимнее пальто.
Поняв, что выручки не хватит, Унылов предложил другу отказаться от поездки. Тигров возмутился: будь у него деньги, он бы ничего не пожалел для приятеля, а доставшиеся от родителей десять тысяч уже раздал актёрам. Унылов уступил и отдал ему двадцать рублей.
Проводы на вокзале[ред.]
Перед уходом Тигров попросил не говорить товарищам о его отъезде: пусть антрепренёр думает, что актёр в запое, иначе рассердится. Он также уговорил Унылова проводить его до вокзала, опасаясь, что по дороге зайдёт в трактир и пропьёт деньги.
По пути Унылов заглядывался на витрины и объяснял, почему на бенефисе не было полного сбора: богатые зрители отправились на свадьбу к купцу Чудакову. На вокзале друзья уселись в зале первого класса и закурили. До отправления оставалось время, и Унылов вместо пива заказал бутылку красного вина на прощание.
Через полчаса они допивали вторую бутылку. Унылов рассуждал, что актёрам следует вести своё дело сообща, на паях, а не зависеть от антрепренёра. Услышав второй звонок, он убедил Тигрова остаться и уехать ночным поездом. Опьяневший Унылов уверял друга, что ценит его артистическое сердце, и обещал заказать ему костюм и купить даже лисицу.
Ещё через час актёры всё сидели за столом. Унылов мечтал снять летний театр и платить Тигрову двести рублей в месяц, а затем велел подать дичь, ликёры и сигары.
Застолье в «Бель-вю»[ред.]
На вокзале к ним подошёл комик Дудкин и предложил ехать в «Бель-вю», где собрались другие актёры.
Унылов заплатил по вокзальному счёту тридцать шесть рублей двадцать копеек, не взяв сдачи. Он уговорил Тигрова забыть о дяде до завтра и попросил вернуть данные ему двадцать рублей.
В «Бель-вю» приятели заказали устриц и рейнского вина. Наливая Тигрову, Унылов обещал купить ему сапоги и предложил тост:
Кто любит искусство, тот… За искусство!
За столом говорили об искусстве, солидарности и совместной работе актёров. Поездка в Елец, покупки, выкуп заложенных вещей и уплата долгов отодвинулись на неопределённое время: счёт «Бель-вю» поглотил всю бенефисную выручку.