Мастер и Маргарита (Булгаков)/Часть 1/Глава 8
из цикла «Мастер и Маргарита. Часть 1»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, психиатрическая клиника, ≈1930-е годы. Иван Николаевич Бездомный проснулся в светлой палате и постепенно вспомнил, что попал сюда после вчерашних событий на Патриарших прудах.
Выспавшись, он стал спокойнее и рассудительнее. Медсестра показала ему удобную палату с балконом и видом на реку, проводила в ванную. Затем Ивана привели в большой кабинет, где врачи подробно расспросили его о прошлой жизни и осмотрели. Иван решил молчать, но всё же отвечал на вопросы, злясь, что его держат здесь вместо того, чтобы ловить опасного иностранца.
После завтрака в палату вошёл главный врач клиники в окружении свиты.
Иван начал рассказывать о таинственном консультанте и Понтии Пилате, надеясь убедить профессора в своей правоте. Стравинский слушал внимательно, и Ивана насторожило кое-что в его словах.
Тут одно слово заставило его вздрогнуть, и это было слово «шизофрения» – увы, уже вчера произнесённое проклятым иностранцем на Патриарших прудах, а сегодня повторённое здесь профессором Стравинским.
Стравинский мягко, но убедительно показал Ивану, что тот не сможет никого поймать: явившись в милицию в казённых кальсонах с рассказом о Понтии Пилате, он немедленно вернётся обратно в клинику. Иван сник и спросил, что же ему делать. Профессор посоветовал остаться, отдохнуть и изложить всё на бумаге. Иван согласился и попросил перо и бумагу.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Пробуждение в клинике: осмотр палаты и утренние процедуры[ред.]
Около полудня Иван Николаевич Бездомный проснулся после долгого и крепкого сна в незнакомой комнате с белыми стенами.
Некоторое время он соображал, каким это образом он попал в неизвестную комнату с белыми стенами, с удивительным ночным столиком из какого-то светлого металла и с белой шторой, за которой чувствовалось солнце.
Выспавшись, Иван стал спокойнее и яснее соображал. Воспоминание о гибели знакомого по имени Берлиоз уже не вызвало у него сильного потрясения. Иван нажал кнопку звонка рядом с кроватью, и в комнате загорелся хитроумный вращающийся цилиндр с надписями: «Пить», «Няня», «Вызовите доктора». Случайно остановив его на слове «Фельдшерица», Иван вызвал полную симпатичную женщину в белом халате.
Женщина подняла штору, открыв вид на балкон, реку и сосновый бор, и пригласила Ивана принять ванну. Увидев роскошное оборудование, Иван с иронией сравнил клинику с гостиницей «Метрополь», однако медсестра с гордостью заверила, что их учреждение лучше любого заграничного и что сюда специально приезжают иностранные туристы. При слове «интурист» Иван вспомнил о вчерашнем загадочном консультанте, но сдержался и не стал ничего рассказывать. После ванны ему выдали чистую одежду, и он выбрал пижаму из пунцовой байки.
Медицинское обследование: три пути Ивана и допрос врачей[ред.]
Ивана провели по пустому коридору в огромный кабинет, который он мысленно окрестил «фабрикой-кухней» — настолько тот был насыщен медицинскими приборами, никелированными инструментами и электрическими проводами. Трое врачей в белых халатах принялись за него. Иван обдумал три возможных пути: разнести всё вокруг в знак протеста, начать рассказывать о консультанте и Понтии Пилате или замкнуться в молчании. Первый путь он отверг, опасаясь укрепить мнение о своём буйстве; второй — зная по вчерашнему опыту, что рассказу не верят; третий осуществить полностью не удалось.
Волей-неволей Иван отвечал на вопросы о прошлой жизни, болезнях и родственниках. Врачи измерили температуру, посчитали пульс, светили в глаза лампой, кололи в спину, стучали молоточком по коленям, брали кровь из пальца и локтевого сгиба. Иван горько усмехался, понимая всю нелепость происходящего.
Хотел предупредить всех об опасности, грозящей от неизвестного консультанта, собирался его изловить, а добился только того, что попал в таинственный кабинет... рассказывать всякую чушь про дядю Фёдора...
После обследования Ивана вернули в комнату и накормили завтраком. Поев, он решил дождаться главного врача учреждения и добиться от него справедливости.
Визит профессора Стравинского: Иван рассказывает о консультанте и Понтии Пилате[ред.]
Вскоре дверь распахнулась, и в комнату вошла целая свита людей в белых халатах. Впереди шёл их главный.
Впереди всех шёл тщательно, по-актёрски обритый человек лет сорока пяти, с приятными, но очень пронзительными глазами... Вся свита оказывала ему знаки внимания... «Как Понтий Пилат!» – подумалось Ивану.
Главный врач представился как доктор Стравинский и сел на табурет, тогда как все остальные остались стоять. Один из врачей с аккуратной бородкой передал ему исписанный лист с данными об Иване.
Стравинский обменялся с коллегами несколькими фразами на латыни, и Иван с тревогой расслышал слово «шизофрения» — то самое, которое накануне произнёс таинственный иностранец на Патриарших прудах. Профессор спросил Ивана, поэт ли он. Иван мрачно подтвердил это и впервые почувствовал необъяснимое отвращение к собственным стихам. Затем он изложил Стравинскому суть дела: вчера вечером на Патриарших прудах он встретил загадочного консультанта, который заранее знал о гибели Берлиоза и лично видел Понтия Пилата. Иван настаивал на том, что этого человека необходимо немедленно арестовать.
Логический поединок: Стравинский убеждает Ивана остаться в клинике[ред.]
Стравинский выслушал Ивана спокойно и предложил ему простой выход: если тот считает себя нормальным, пусть так и скажет — и его немедленно выпишут. Иван твёрдо заявил, что он нормален. Тогда профессор принялся рассуждать логически: он перечислил все вчерашние поступки поэта — иконка на груди, прыжок с забора, появление в ресторане со свечой в одном белье, драка, звонки в милицию с просьбой прислать пулемёты, попытка выброситься из окна.
Стравинский спросил, возможно ли таким образом кого-либо поймать, и предложил Ивану представить, что произойдёт, если тот прямо сейчас отправится в милицию в казённых кальсонах и начнёт рассказывать про Понтия Пилата. Иван понял, что его немедленно вернут обратно. Воля поэта словно надломилась, и он робко спросил, что же ему делать. Стравинский мягко объяснил: вчера кто-то сильно напугал и расстроил Ивана, и теперь ему необходим полный покой. Вместо того чтобы бегать по городу, лучше изложить все подозрения на бумаге и переслать куда следует. Иван согласился и попросил бумагу и карандаш. Профессор велел их выдать, но посоветовал не торопиться с написанием и заверил, что консультант никуда не денется. Затем он взял руки Ивана в свои и, глядя ему в глаза, несколько раз повторил, что здесь ему помогут и что здесь тихо и спокойно. Иван неожиданно зевнул, лицо его смягчилось, и он тихо согласился. Стравинский попрощался и вышел вместе со свитой. За окном в полуденном солнце сиял весенний бор на другом берегу реки.