Мастер и Маргарита (Булгаков)/Часть 1/Глава 18
из цикла «Мастер и Маргарита. Часть 1»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, ≈1930-е годы. В день похорон Берлиоза из Киева приехал его дядя, чтобы унаследовать московскую квартиру племянника.
Поплавский зашёл в домоуправление, однако перепуганный член правления ничем не смог ему помочь. Тогда дядя Берлиоза направился прямо в квартиру № 50. Дверь ему открыл огромный чёрный кот, а затем появился рыдающий помощник мага — Коровьев. Когда Поплавский спросил, кто прислал ему телеграмму о смерти племянника, Коровьев указал на кота. Кот встал на задние лапы, потребовал паспорт и, изучив его, объявил, что присутствие Поплавского на похоронах отменяется. По приказу кота появился рыжий одноглазый Азазелло, который вытолкал Поплавского на лестницу, вытряхнул его чемодан и ударил его жареной курицей по шее. Поплавский скатился вниз по ступенькам.
Придя в себя, Поплавский спрятался в каморке и стал наблюдать за другим визитёром — маленьким грустным человечком в чесунчовом костюме, который тоже шёл в квартиру № 50. Вскоре тот вылетел оттуда с безумным лицом и мокрыми штанами. Убедившись в опасности квартиры, Поплавский навсегда уехал в Киев.
Буфетчик пришёл к магу с жалобой: после сеанса в Варьете посетители расплачивались фальшивыми деньгами, и буфет потерял сто девять рублей. Маг упрекнул его за тухлую осетрину и угостил свежим мясом. Затем из соседней комнаты раздался голос, который сообщил о сбережениях буфетчика.
Ну да, неизвестно... подумаешь, бином Ньютона! Умрёт он через девять месяцев, в феврале будущего года, от рака печени в клинике Первого МГУ, в четвёртой палате. Буфетчик стал жёлт лицом.
Когда буфетчик развернул якобы фальшивые бумажки, оказалось, что это настоящие червонцы. Потрясённый, он ушёл, забыл шляпу, вернулся за ней и получил вместо неё берет, превратившийся в котёнка, который вцепился ему в лысину. Буфетчик бросился в аптеку, а затем к профессору-врачу. Тот не нашёл признаков болезни, но взял плату, которая обернулась этикетками от бутылок. Вечером профессора стали преследовать странные видения.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Поплавский приезжает в Москву; его настоящая цель — квартира покойного племянника[ред.]
Из киевского поезда, прибывшего в Москву, вышел солидный пассажир с небольшим фибровым чемоданчиком. Это был Максимилиан Андреевич Поплавский, дядя недавно погибшего редактора Берлиоза.
Поводом для приезда послужила странная телеграмма, полученная позавчера вечером. В ней сообщалось, что Берлиоза «только что зарезало трамваем на Патриарших», и приглашалось приехать на похороны в пятницу в три часа дня. Телеграмма поставила умного Поплавского в тупик: если человек сам телеграфирует, значит, он жив, — но тогда при чём же похороны? Поразмыслив, Максимилиан Андреевич решил, что произошла ошибка при передаче депеши: слово «меня» попало из другой телеграммы, а «Берлиоза» исказили. Смысл стал трагически ясен — племянник погиб.
Неизвестно почему, но Киев не нравился Максимилиану Андреевичу, и мысль о переезде в Москву настолько точила его в последнее время, что он стал даже худо спать... он хотел одного – переехать в Москву.
Объявления об обмене киевской квартиры на московскую не давали результата. И вот телеграмма открыла неожиданную возможность: нужно было срочно приехать и попытаться унаследовать три комнаты покойного племянника на Садовой улице. Первым шагом для этого требовалась хотя бы временная прописка. В пятницу днём Поплавский явился в домоуправление дома № 302-бис.
В узкой комнате правления за деревянным столом сидел в одиночестве небритый человек средних лет с тревожными глазами — член правления Пятнажко.
На все вопросы Поплавского о председателе и секретаре Пятнажко отвечал невнятно и с тоской. Едва Максимилиан Андреевич начал объяснять, что является единственным наследником квартиры № 50, как в комнату вошёл какой-то гражданин, шепнул что-то Пятнажко, и тот немедленно удалился. Поплавский остался один и, досадуя на осложнения, направился прямо к квартире № 50.
Поплавский в квартире №50: говорящий кот проверяет паспорт, Азазелло изгоняет гостя жареной курицей[ред.]
Когда Поплавский позвонил в дверь квартиры № 50, ему открыли, однако в полутёмной передней никого не оказалось — лишь на стуле сидел громадный чёрный кот. Вскоре из кабинета вышел Коровьев.
Едва Поплавский назвал себя дядей покойного Берлиоза, Коровьев разрыдался с показным горем и принялся в красках описывать гибель племянника.
Начисто! Я был свидетелем. Верите – раз! Голова – прочь! Правая нога – хрусть, пополам! Левая – хрусть, пополам! Вот до чего эти трамваи доводят! ... Коровьев клюнул носом в стену...
Поплавский спросил, кто прислал ему телеграмму. Коровьев указал пальцем на кота. Тот не заставил себя ждать.
Кот же шевельнулся, спрыгнул со стула, стал на задние лапы, подбоченился, раскрыл пасть и сказал: – Ну, я дал телеграмму. Дальше что? У Максимилиана Андреевича сразу закружилась голова...
Кот потребовал паспорт, надел очки в толстой чёрной оправе и принялся изучать документ. Он заявил, что отделение, выдавшее паспорт, раздаёт документы кому попало, и объявил, что присутствие Поплавского на похоронах отменяется, а сам он должен немедленно убираться в Киев. Затем кот вызвал Азазелло.
Азазелло вывел Поплавского на лестничную площадку, открыл чемодан и выбросил в пролёт всё его содержимое, оставив лишь жареную курицу. Затем последовала расправа.
Затем рыжий разбойник ухватил за ногу курицу и всей этой курицей плашмя, крепко и страшно так ударил по шее Поплавского... Всё смешалось в доме Облонских, как справедливо выразился знаменитый писатель...
Поплавский кубарем полетел вниз по лестнице, выбил ногой стекло в окне и едва перевёл дух на ступеньке. Безногая курица пропрыгала мимо него и свалилась в пролёт. Азазелло же невозмутимо обглодал куриную ногу, сунул кость в карман и вернулся в квартиру.
Поплавский из засады наблюдает за перепуганным буфетчиком и навсегда уезжает в Киев[ред.]
Спускаясь вниз, Поплавский столкнулся с маленьким пожилым человечком в чесунчовом костюме и соломенной шляпе с зелёной лентой, который спрашивал, где находится квартира № 50. Поплавский указал наверх и, вместо того чтобы уйти, спрятался в каморке у выходной двери — ему захотелось проверить, что произойдёт с незнакомцем. Вскоре сверху донеслись звуки двери, шаги, отчаянный крик и мяуканье кошки. Затем человечек — без шляпы, с исцарапанной лысиной и в совершенно мокрых штанах — стремглав пронёсся мимо и вылетел во двор. Проверка квартиры была завершена. Не думая больше ни о племяннике, ни о наследстве, Поплавский выбежал следом и через несколько минут уже ехал в троллейбусе к Киевскому вокзалу, шепча только: «Всё понятно! Всё понятно!»
Буфетчик Соков у Воланда: разговор о тухлой осетрине, предсказание смерти от рака и деньги, превращающиеся в этикетки[ред.]
Тем человечком в чесунчовом костюме оказался Андрей Фокич Соков, буфетчик театра Варьете.
Пока шло следствие по делу о сеансе чёрной магии в Варьете, Соков держался в стороне, но разузнал, где остановился иностранный маг, и явился к нему с жалобой. Горничная Гелла — рыжая, совершенно обнажённая, лишь в кружевном фартучке и золотых туфельках, с багровым шрамом на шее — впустила его в квартиру.
В гостиной буфетчика принял сам хозяин — Воланд, раскинувшийся на огромном диване в чёрном белье. Едва Соков заикнулся о своём деле, маг немедленно обрушился на него с упрёками: осетрина в буфете Варьете — тухлая, брынза — зелёная, чай — помои.
Вторая свежесть – вот что вздор! Свежесть бывает только одна – первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая! ... Извинить не могу, – твёрдо сказал тот.
Наконец Соков изложил суть дела: после сеанса посетители буфета расплачивались бумажками, оказавшимися резаной бумагой, — буфет потерял сто девять рублей. Воланд велел показать «резаную бумагу», и та оказалась настоящими червонцами. Пока маг рассуждал об этом, из соседней комнаты раздался голос, сообщивший, что у Сокова в пяти сберкассах лежат двести сорок девять тысяч рублей и двести золотых монет под полом дома. Тот же голос объявил, что буфетчик умрёт через девять месяцев от рака печени в четвёртой палате клиники Первого МГУ. Воланд иронично посоветовал Сокову не ложиться в больницу, а потратить сбережения на пир. Совершенно убитый, буфетчик поднялся и ушёл.
Буфетчик у профессора Кузьмина; нечистая сила продолжает свои проделки в доме врача[ред.]
На лестнице Соков обнаружил, что вместо шляпы на голове у него оказался бархатный берет с петушьим пером, который тут же мяукнул, превратился в чёрного котёнка и вцепился когтями в лысину. Вырвавшись на улицу, буфетчик забежал в аптеку, где ему перевязали голову, и узнал, что лучший специалист по болезням печени — профессор Кузьмин — живёт буквально через двор.
Соков попал к профессору вне очереди, сославшись на смертельную болезнь. Он заявил, что из достоверных источников узнал о своей скорой гибели от рака печени, и умолял остановить болезнь. Кузьмин осмотрел пациента, никаких признаков рака не обнаружил и решил, что перед ним шизофреник. Он выписал направления на анализы и записку к невропатологу. Буфетчик расплатился червонцами и, положив сверху столбик золотых монет, попросил не брезговать. Профессор гордо отказался от золота. Соков ушёл.
Когда вечером ушёл последний пациент, профессор взглянул на стол и обнаружил, что вместо червонцев там лежат три этикетки от бутылок «Абрау-Дюрсо».
Снимая халат, профессор глянул на то место, где буфетчик оставил червонцы, и увидел, что никаких червонцев там нет, а лежат три этикетки... – Чёрт знает что такое! – пробормотал Кузьмин...
Кузьмин бросился проверять пальто — всё оказалось на месте. Вернувшись к столу, он обнаружил на нём чёрного котёнка с блюдечком молока. Помощница профессора Ксения Никитишна успокоила его, предположив, что котёнка подбросил кто-то из пациентов. Но странности на этом не закончились. Во дворе пробежала дама в одной рубашке. На столе появился воробей, который приплясывал под звуки фокстрота из соседней комнаты, нагадил в чернильницу и разбил стекло фотографии. Когда профессор позвонил в бюро пиявок, у стола уже сидела «сестра милосердия» с мужским кривым ртом до ушей и мёртвыми глазами — она сгребла этикетки птичьей лапой и растворилась в воздухе. Потрясённый Кузьмин лёг в постель с пиявками на висках, а рядом сидел его коллега и утешал его, что всё это вздор. За окном уже стояла ночь.


