Мастер и Маргарита (Булгаков)/Часть 1/Глава 14
из цикла «Мастер и Маргарита. Часть 1»
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, ≈1930-е годы. После скандального сеанса чёрной магии в театре Варьете финансовый директор Григорий Данилович Римский остался один в кабинете.
В окно он увидел дам, лишившихся одежды прямо на улице после фокусов мага, и понял, что скандал неизбежно затронет театр. Вдруг телефон зазвонил сам, и тихий женский голос предупредил его никуда не звонить. Римский оцепенел от страха.
В полночь в кабинет вошёл администратор Варенуха и стал рассказывать о директоре театра Лиходееве, якобы найденном пьяным в пригороде. Однако Римский заметил странности: синяк на лице администратора, нездоровая бледность, изменившийся голос. Главное — Варенуха не отбрасывал тени. Римский понял, что перед ним нечистая сила.
Варенуха запер дверь, а в окне появилась голая девица, пытавшаяся открыть раму. Когда ей это почти удалось, спасение пришло неожиданно.
И в это время радостный неожиданный крик петуха долетел из сада, из того низкого здания за тиром... Горластый дрессированный петух трубил, возвещая, что к Москве с востока катится рассвет.
Нечисть исчезла. Римский, поседевший за эту ночь, выбежал из театра, сел в такси и помчался на вокзал. Там он купил билет на первый же поезд и бежал из Москвы.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Скандал у Варьете: раздетые дамы на улице и нарастающая тревога финдиректора[ред.]
После скандального сеанса чёрной магии финансовый директор театра Варьете Григорий Данилович Римский сидел в своём кабинете, глядя на лежавшие перед ним магические червонцы.
Публика потоками выливалась из здания Варьете на улицу. До чрезвычайно обострившегося слуха финдиректора вдруг донеслась отчётливая милицейская трель. Сама по себе она уж никогда не сулит ничего приятного.
Выглянув в окно, Римский увидел на тротуаре двух дам — жертв магического сеанса. Первая оказалась на улице в одной сорочке и фиолетовых панталонах, со шляпкой на голове и зонтиком в руках. Вокруг неё волновалась хохочущая толпа, а рядом метался какой-то гражданин, пытавшийся снять с себя пальто, чтобы прикрыть несчастную. Вторая дама в розовом белье пыталась скрыться в подъезде, но вытекавшая из театра публика преграждала ей путь. К ней уже мчался милиционер. Римский стукнул себя кулаком по голове и отскочил от окна.
Угрожающий звонок: таинственный голос предупреждает Римского молчать[ред.]
Римский понимал, что необходимо звонить и сообщать о случившемся, однако никак не решался взяться за трубку. Внезапно телефон зазвонил сам. Финдиректор поднял трубку — и тут же отшатнулся.
Тотчас он отшатнулся от неё и стал белее бумаги. Тихий, в то же время вкрадчивый и развратный женский голос шепнул в трубку:
– Не звони, Римский, никуда, худо будет…
Трубка тут же опустела.
Охваченный страхом, Римский оглянулся на окно и долго смотрел на ветви клёна в лунном свете, чувствуя, как страх всё сильнее овладевает им. Мысль о том, чтобы куда-то звонить, окончательно оставила его — теперь он думал лишь о том, как поскорее покинуть театр.
Ночной визит Варенухи и подозрительный рассказ о Лиходееве в Пушкине[ред.]
В мёртвой тишине кабинета пробили полночные часы, и Римский услышал, как в замке двери тихонько поворачивается ключ. Дверь отворилась, и в кабинет бесшумно вошёл администратор театра Варенуха.
Варенуха сел в кресло по другую сторону стола и начал рассказывать. По его словам, директор театра Степан Богданович Лиходеев никуда не уезжал в Ялту — его нашли в пушкинском трактире, где он напоил местного телеграфиста и вместе с ним безобразничал, рассылая телеграммы с пометкой «Ялта».
Варенуха живописно описывал бесчинства Лиходеева: пьяную пляску с телеграфистом, погоню за гражданками, драку в трактире, разбитые бутылки и сломанный счётчик у таксиста. Римский поначалу обрадовался — это давало повод избавиться от Лиходеева. Однако чем красочнее и подробнее становился рассказ, тем меньше финдиректор ему верил. Наконец он твёрдо понял: всё, что говорит Варенуха, — ложь от первого до последнего слова. Варенуха не ездил в Пушкино, и Лиходеева там не было.
Разоблачение: Варенуха не отбрасывает тени[ред.]
Страх снова пополз по телу Римского. Он всматривался в администратора и замечал всё более тревожные детали: громадный синяк на лице, меловая нездоровая бледность, старое кашне на шее в душную ночь, глухой грубый голос, вороватый взгляд. Варенуха всё время старался не выходить из-под тени настольной лампы и прикрывался газетой. Что-то неуловимое, невиданное и неестественное было в облике администратора.
Сзади кресла, на полу, лежали две перекрещённые тени... Отчётливо была видна на полу теневая спинка кресла и его заострённые ножки, но над спинкою на полу не было теневой головы Варенухи...
Римский в ужасе осознал: Варенуха не отбрасывает тени. Администратор понял, что разоблачён. Он вскочил с кресла, запер дверь на замок и злобно ухмыльнулся финдиректору.
Нападение вампиров, крик петуха и бегство Римского на Ленинградский вокзал[ред.]
Римский отступил к окну — и увидел за стеклом голую рыжеволосую девицу, которая просовывала руку в форточку, пытаясь открыть задвижку.
Рука девицы удлинялась, как резиновая, покрываясь трупной зеленью. Зелёные пальцы мертвеца повернули шпингалет, и рама распахнулась. Вместо ночной свежести в комнату ворвался запах погреба, и покойница шагнула на подоконник. Римский видел пятна тления на её груди и понимал, что пришла его гибель. Но в этот момент из сада донёсся радостный крик петуха, возвещавшего рассвет. Дикая ярость исказила лицо девицы, Варенуха взвизгнул и рухнул на пол. С третьим криком петуха девица повернулась и вылетела вон, а следом за ней медленно выплыл в окно и Варенуха.
Римский, мгновенно поседевший до последнего волоса, бросился бежать по тёмным коридорам. В вестибюле он прокрался мимо задремавшего ночного дежурного и выскользнул на улицу. Не заходя за шляпой, он добежал до стоявшего у кинотеатра такси и предложил шофёру деньги, чтобы тот отвёз его к ленинградскому курьерскому поезду. Шофёр поначалу грубо отказал, но взял пятьдесят рублей и помчал седока по Садовой. На вокзале Римский сунул червонцы человеку в белом фартуке с бляхой и потребовал билет любого класса. Через несколько минут курьерский поезд унёс финдиректора прочь из Москвы.