Капитанская дочка (Пушкин)/Пропущенная глава
из цикла «Капитанская дочка»
Деление пересказа на главы — условное.
«Пропущенная глава» сохранилась в черновике и не вошла в окончательную редакцию романа. В рукописи Пётр Гринёв назван Буланиным, а Зурин — Гринёвым. В этом пересказе использованы имена окончательной редакции, чтобы они совпадали с остальными главами; прямые цитаты сохранены по тексту черновика.
Ночная переправа через Волгу и встреча с плывущей виселицей[ред.]
Полк остановился на ночлег в деревне у Волги. Староста сообщил, что деревни на другом берегу взбунтовались и повсюду бродят пугачёвские шайки. Пётр Андреевич Гринёв встревожился: отцовское имение находилось всего в тридцати верстах за рекой.
Гринёв нашёл лодку и сообщил командиру, что намерен немедленно переправиться. Зурин предупредил: ехать одному опасно. Он советовал дождаться утра и обещал привести к родителям офицера пятьдесят гусар.
Гринёв настоял на своём и ночью отплыл с двумя гребцами. На середине Волги они заметили неясный предмет, который приближался к лодке. Луна вышла из-за облака, и путники увидели плывущую на плоту виселицу с тремя телами.
Вдруг луна вышла из-за облака и озарила зрелище ужасное. К нам навстречу плыла виселица, утвержденная на плоту, 3 тела висели на перекладине. Болезненное любопытство овладело мною.
Гринёв велел зацепить плот багром и узнал в одном из казнённых Ваньку, который по глупости примкнул к Пугачёву. Затем он вернулся в лодку и достиг противоположного берега.
Возвращение в деревню и встреча с семьёй в анбаре[ред.]
На берегу Гринёв попросил у деревенского выборного лошадей. Тот сперва принял его грубо, но после слов лодочника быстро запряг тройку. У офицера были пропуск от Пугачёва и приказ Зурина; в пути его никто не остановил. На въезде в родное село дорогу преградила застава с караульным.
Караульный рассказал, что земский Андрюшка запер господ в хлебном анбаре. Гринёв ударил медлившего караульного, сам отодвинул рогатку и помчался к барскому двору. Двое сторожей у анбара разбежались, но дверь оказалась слишком крепкой, чтобы её взломать.
Гринёв заставил земского Андрея Афанасьевича открыть анбар. Внутри он нашёл связанных родителей в колодках и связанную невесту Марью Ивановну Миронову. Родители не сразу узнали сына, которого не видели три года.
Осада в анбаре: Швабрин грозит поджогом[ред.]
В полумраке хлебного помещения томился Андрей Петрович Гринёв.
Рядом с ним находилась его супруга Авдотья Васильевна.
Гринёв разрезал верёвки саблей, но земский снова запер дверь снаружи. У узников оставались сабля и два пистолета; они надеялись продержаться до прихода гусар. Около полудня во дворе поднялась тревога. Через отверстие в стене появился Савельич и сообщил, что в село вошли бунтовщики.
Савельич назвал предводителя мятежников: Алексей Иванович Швабрин. Гринёв велел послать гонца навстречу полку, но все лошади были захвачены. Вскоре бунтовщики подошли к анбару.
Мятежники открыли дверь. Гринёв ударил показавшегося в проёме земского саблей, а его отец выстрелил из пистолета. Толпа отступила, и осаждённые заперлись изнутри. Тогда Швабрин пригрозил поджечь анбар.
Не стану ни сам соваться по-пустому, ни своих людей тратить. А велю поджечь анбар, и тогда посмотрим, что ты станешь делать, Дон-Кишот Белогорский.
Отчаянная вылазка и своевременное спасение гусарами[ред.]
Швабрин велел принести солому и поджечь анбар. Когда дым проник внутрь, Марья Ивановна предложила выйти к нему, чтобы спасти остальных, но отец Гринёва не позволил ей этого. Он открыл дверь, выстрелил в Швабрина и повёл семью наружу. Гринёв получил удар кирпичом в грудь и ненадолго потерял сознание. Очнувшись, он увидел раненого Швабрина, который приказал повесить всех, кроме Марьи Ивановны. В этот момент во двор въехал Зурин с эскадроном гусар, и бунтовщики разбежались.
Бунтовщики утекали во все стороны; гусары их преследовали, рубили и хватали в плен. Гринев соскочил с лошади, поклонился батюшке и матушке и крепко пожал мне руку.
Прощение крестьян и отправка раненого Швабрина в Казань[ред.]
Семью спас Савельич: во время суматохи он оседлал коня Швабрина, встретил гусарский полк у переправы и сообщил об опасности. Зурин велел перевязать раненого Швабрина и отправить его для следствия в Казань. Дом не был разграблен, и вечером семья спокойно собралась за чаем. На следующий день взбунтовавшиеся крестьяне пришли с повинной. Отец Гринёва простил их в честь возвращения сына и велел идти на сенокос. Рана Швабрина оказалась несмертельной; его отправили в Казань под конвоем.
Благословение на брак и размышления о русском бунте[ред.]
Перед уходом полка Гринёв попросил у родителей благословения на брак с Марьей Ивановной. Они с радостью согласились. Молодой человек простился с невестой и вновь отправился в поход, хотя его тревожило мрачное предчувствие. Полк проходил через разорённые селения; военные забирали у бедных жителей даже оставшиеся припасы. Рассказчик видел безвластие, разбой и самоуправство карательных отрядов и осуждал жестокость бунта. Позже пришла весть о поимке Пугачёва, и Гринёву разрешили ехать домой. Радость омрачало странное чувство: он опасался новых несчастий.
Не приведи бог видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный.