Знак беды (Быков)/Глава 19
из цикла «Знак беды»
Очень краткое содержание[ред.]
Белоруссия, хутор Яхимовщина, время немецкой оккупации. Петрок Богатько гнал самогон в лесу, в укромном овражке за барсучьей норой.
Он делал это для полицая Гужа, который постоянно докучал ему и его жене Степаниде. Петрок вспоминал, как немцы разорили их хозяйство и убили подростка-сироту. Первую, самую крепкую порцию самогона — первач — Петрок спрятал в земле, а три бутылки приготовил для полицаев.
Вернувшись на хутор, Петрок обнаружил дома полицая Недосеку, который забрал две бутылки. Измученный Петрок поел и прилёг отдохнуть, но вскоре приехал ещё один полицай — Колонденок. Он потребовал ещё две бутылки, угрожая репрессией — повешением. Петрок отдал последнюю третью бутылку.
Петрок помолчал, подумал и почти с предельной очевидностью понял, что и водка — не выход. Нет, не спасёт его самогон, как бы ещё не погубил, и скорее, чем что другое.
Степанида предупредила мужа, что полицаи будут приезжать снова.
Подробный пересказ[ред.]
Деление на главы — условное.
Перегонка самогона в лесном овраге[ред.]
Петрок гнал водку. Он выбрал самый укромный закуток... в котором было затишно, глухо и скрытно... жадные языки пламени начали резво лизать старый закопчённый казан.
Ранним осенним утром пожилой хуторянин занимался опасным, но необходимым делом. Он развёл костёр под казаном с брагой, стараясь, чтобы дым не был заметен издалека. Место он выбрал тихое, скрытое молодым ельником, но сырость от ручья пробирала до костей. Петрок грелся у огня и размышлял о своей жизни. Опыт в самогоноварении у него имелся ещё с довоенных времён, хотя в последние годы перед войной было не до этого — заботились лишь о пропитании.
Глядя на огонь, он с горечью думал о неудачном расположении своего хутора — слишком близко к дороге. В мирное время это было удобно, но сейчас приносило одни беды. В других деревнях, спрятанных за болотами, люди жили спокойнее, а здесь немцы успели разорить хозяйство. Но страшнее потери имущества была гибель пастушка Янки.
Немцы уехали, но остался местный полицай, который таил злобу на семью Петрока и постоянно придирался к ним. Этот человек, когда-то раскулаченный, теперь пользовался своей властью, чтобы мстить. Петрок надеялся задобрить его самогоном, чтобы тот перестал гонять их на работы и угрожать.
Мысли старика перекинулись на жену, которая в прошлом была активисткой, и на односельчан. Вспомнил он и своего родственника, который когда-то голосовал за колхоз назло Гужу, а с началом войны сразу же сбежал, оставив Петрока отдуваться за всех.
Встреча с Рудькой и возвращение на хутор[ред.]
Пока капал первач, Петрок заметил тревожное поведение сороки в ельнике и насторожился. Он опасался, что кто-то крадётся к его костру. Пробравшись сквозь чащу, он обнаружил нежданного гостя — собаку погибшего пастушка. Пёс, оставшись без хозяина, бродил по лесу и выглядел голодным. Петрок ласково заговорил с ним, но угостить животное было нечем.
Набрав первую бутылку самой крепкой водки, Петрок решил припрятать её для себя. Он закопал бутылку в ямку у куста шиповника, рассудив, что жалко отдавать такой качественный продукт врагам. Когда процесс завершился, у него вышло ещё три бутылки мутноватой жидкости. Он погасил костёр, спрятал громоздкий казан и кадку в кустах, а ценный змеевик забрал с собой. Старик побрёл к хутору, собака увязалась за ним, но во двор заходить не стала. Почуяв неладное и услышав голоса из хаты, Петрок решил не заносить всё в дом. Он спрятал змеевик и все три бутылки в дровяном сарае, полагая, что там будет надёжнее.
Первый визит полицая Недосеки[ред.]
Войдя в избу, хозяин увидел, что его опасения подтвердились: его поджидал полицай. Тот сразу спросил про самогон, зная, чем занимался Петрок в лесу. Отпираться было бессмысленно.
Петрок сходил в сарай и принёс две бутылки, оставив одну в тайнике. Полицай охотно принял подношение, философски заметив, что власти всегда нужно угождать — хоть советской, хоть немецкой. Когда незваный гость ушёл, Степанида с ехидцей заметила, что этого мало и они не отстанут. Она рассказала мужу, что в округе ищут пропавшую бомбу, подозревая в краже одного хозяйственного мужика.
Чувствовал он себя вконец усталым... но впервые за последние дни появилась удовлетворённость в душе, что сделал дело и тем немного откупился ради покоя, надолго вот только или нет...
Второй визит полицая Колонденка[ред.]
Поев щей, Петрок прилёг отдохнуть в тёплой хате и задремал, несмотря на тревожные разговоры жены. Его разбудил лай собаки. Выглянув в окно, он увидел другого полицая, который привязывал лошадь. Рудька, защищая территорию, облаивал пришельца, и тот уже вскинул винтовку, готовый выстрелить. Петрок выбежал на крыльцо и отогнал пса, спасая ему жизнь. Прибывший потребовал ещё водки, ссылаясь на приказ Гужа, и пригрозил страшными последствиями в случае отказа.
Гуж сказал: ещё две бутылки. Иначе завтра будет репрессия. ...Ну, это, будет тебя вешать. Или, может, стрелять? ...Нет, вешать, кажется. Ага, вспомнил — вешать. Репрессия — значит повешение.
Угроза подействовала. Поняв, что сопротивление бесполезно и опасно для жизни, Петрок понуро побрёл к дровяному сараю. Ему пришлось достать из тайника последнюю, третью бутылку, которую он надеялся сберечь. Колонденок выхватил водку, злобно потребовал ещё, но, убедившись, что больше ничего нет, уехал. Степанида с горечью констатировала, что теперь они будут ездить постоянно, и Петрок, хоть и пытался возразить, в глубине души чувствовал её правоту.