Жалгыз (Бодеш)
Очень краткое содержание[ред.]
Охотники говорили, что раненый архар не падает сразу, а долго стоит на скале, опираясь на смерть. Рассказчик сравнил себя с таким архаром.
Он прошёл через пески в Сары-Арку, вынес жару и мороз. Одинокими он назвал луну, солнце, поэтов Абая и Шакарима-отшельника, родные горы, домбру и Родину. Земля вокруг была продана, хоронить его было негде, и он превратился в песню.
Сороки, вороны и стервятники клевали раненого сокола. Рассказчик отогнал их, но сокол разбил голову о камень, не желая милости от мира. Рассказчик признался, что боится не одиночества, а толпы, и призвал друзей-поэтов терпеть. Во дворе он посадил дуб и яблоню, а потом поднялся к звёздам.
В конце архар всё ещё стоял на скале, а дух погибшего сокола сидел на вершине горы Хан-Тенгри.
Уже расправивший крылья сокол завтра непременно взмоет в небо — это ясно как день. О, Создатель, мой единый Господь-Тәңри, благослови одиноких, похожих на Тебя!
Подробный пересказ по частям[ред.]
Названия частей, вступления и постскриптума в пересказе — условные.
Одинокий архар, опёршийся на пулю, и духовные опоры человека[ред.]
Охотники били архаров осенью. Получив пулю в сердце, зверь часами и сутками стоял неподвижно. Так описывался архар, опёршийся на смерть:
Одинокий архар.
Одинокая пуля.
На вершине одинокой скалы —
Не вздрогнет от бурана,
Не дрогнет от молнии.
То вспыхнет, то погаснет печальный тёмно-карий взгляд,
Опершись на смерть, застыл, окаменев.
Тополь держался железными корнями, защитник народа опирался на копьё, родной дом — на дух. Родной язык рвал путы. Мать качала колыбель, отец пас овец, опираясь на белый посох.
Часть 1. Тяжёлый жизненный путь поэта и одиночество архара[ред.]
Рассказчик-поэт прошёл от Джунгарских песков до Сары-Арки, пережив зной, холод и изнеможение.
Он сравнил себя с одиноким архаром: стихи облегчали тоску, но несли смертельный яд. Судить его должны были потомки.
Часть 2. Одиночество великих: от звёзд и Абая до Шакарима[ред.]
Поэт называл одинокими Луну, Солнце и звёзды. Среди людей таким был великий поэт Абай Кунанбаев.
Он вспоминал других поэтов, хана, его советника и воинов. Самые тяжёлые муки одиночества выпали мыслителю Шакариму Кудайбердиеву.
Тот жил в горах, сам подковывал коня, молился пять раз в день. В каменном доме было по одной лампе, постели, подушке, книге Корана и каждой кухонной вещи. Снаружи выл волк, замерзала вода, дверь охранял замок. Его тело осталось в одиноком колодце. Поэт считал одиночество не уделом труса или стяжателя, а мудростью и неповторимостью и просил его жить вечно.
Часть 3. Одинокая земля, одинокие горы и одинокая Родина[ред.]
Земля была единственной и незаменимой. Поэт вспоминал богатые родные края, но видел, что земля, птицы и рыбы уже проданы, а участки обнесены колючей проволокой. Ему не осталось места даже для могилы. Тогда он говорил о своём превращении:
Раз не осталось клочка любимой земли, где похоронить мои кости, —
Ноги и руки рифмуются, сердце звенит напевом —
Уши мои ревут, как кыл-кобыз, —
Сознание встрепенулось птицей — и я обратился в стих, обратился в искусство.
Он вспоминал муки музыкантов, называл одинокими домбру, кобыз, родные язык и душу. Он обращался к Алатау, Алтаю и другим горам, чьи вершины не могли соединиться. Одиночество разделяли народы, материки, свобода, правда и истина. Родина оставалась одной: к ней он обещал вернуться, чтобы защищать её и судить предателей.
Часть 4. Раненый белый сокол: гордое одиночество против стаи[ред.]
Раненого белого сокола терзали сороки, вороны и грифы. Поэт вступился за него: остриём пера поразил глаз грифа, ремнём разогнал остальных птиц. Сокол отказался ждать милости от лживого мира, ударился головой о камень и погиб. Поэт боялся не одиночества, а толпы, разбитой на враждующие группы. Он противопоставлял стаям одиноких орлов, львов, рысей и барсов, полагавшихся на себя. Сам он готовился умереть, подобно соколу, от оскорблённой чести. Он обещал смеяться и плакать один, не выпрашивать утешения; если падёт, его кости найдут в глубоком колодце.
Часть 5. Одинокие поэты: Нурланжан, Темирхан, Фариза и призыв вытерпеть[ред.]
Поэт обращался к современникам, называя их одинокими и неповторимыми, отмечая огонь их стихов и силу тюркского духа. Он вспоминал поэтессу Фаризу Онгарсынову.
Он просил Бога уберечь собратьев от безысходной тревоги, призывал их терпеть одиночество даже в седине, быть светом во тьме и водой для жаждущих: жизнь была лишь мигом.
Часть 6. Широкий двор поэта: дуб, колодец и наследие для народа[ред.]
В просторном дворе поэт посадил дуб и ночевал под ним при луне, уподобляя себя его стойкости. Он вырастил яблоню, чтобы потомки ели её плоды, выкопал глубокий колодец с чистой водой, завёл ловчую птицу и коня. Затем двор стал ему тесен: он выехал в степь, а с птицей поднялся к звёздам, где путь указывали небесные кони. Крылатые стихи дали ему бескрайнее пространство. Он зажёг неугасимый огонь поэзии, вокруг которого собрался для общего снимка весь казахский народ, включая правителей.
Постскриптум. Замерший на скале архар и молитва о одиноких[ред.]
Архар ещё стоял. Дух сокола ждал взлёта на Хан-Тенгри. Поэт молил единого Бога благословить одиноких, подобных ему.