Дорогая собака (Чехов)
Деление пересказа на разделы — условное.
Поручик Дубов выпивал со своим приятелем, вольноопределяющимся Кнапсом. Дубов показывал ему свою собаку Милку и восхищался ею.
Поручик расхваливал Милку[ред.]
Дубов уверял Кнапса, что знаток дал бы двести рублей за одну только морду Милки. Он называл её чистокровным английским сеттером, хвалил её охотничью стойку и нюх. По его словам, ещё щенком она стоила ему сто рублей. Поручик подозвал Милку, поцеловал между ушей и со слезами заговорил, что никому её не отдаст.
Однако, когда собака полезла грязными лапами на его мундир, Дубов закричал на неё. Затем он сказал, что заплатил за щенка уже полтораста рублей, и предложил Кнапсу купить Милку: самому поручику было некогда охотиться, а потому собака пропадала без дела. Он согласился уступить её за пятьдесят рублей.
Кнапс ответил, что, возможно, купил бы Милку, будь она кобелём. Дубов изумился и стал смеяться над ним, уверяя, что собака мужского пола. Кнапс обиделся: он считал, что поручик принимает его за дурака. Наконец Дубов велел приятелю не покупать собаку и позвал денщика Вахрамеева с коньяком. После этого оба выпили и полчаса молчали.
Кнапс отказался от собаки[ред.]
Прервав молчание, Дубов допустил, что Милка всё-таки может быть сукой. Теперь он уверял Кнапса, что так даже лучше: она принесёт щенков, которых можно будет выгодно продать. Поручик снизил цену до двадцати пяти рублей, но Кнапс объяснил свой отказ:
Ни копейки не дам. Во-первых, собака мне не нужна, а во-вторых, денег нет.
Дубов велел Милке уйти. Вахрамеев подал яичницу, и приятели молча съели её. После еды поручик назвал Кнапса честным человеком и предложил ему собаку даром. Но тот снова отказался: ему было некуда её взять, да и некому было бы за ней ухаживать.
Кнапс встал, взял шапку и собрался домой. Дубов сначала просил его остаться, а затем решил проводить.
Поручик решил отправить Милку к живодёрам[ред.]
Выйдя на улицу, приятели сначала шли молча. Затем Дубов спросил, нет ли у Кнапса знакомых, которым можно отдать собаку. Он снова назвал Милку хорошей и породистой, но признался, что она ему совершенно не нужна. Кнапс никого не мог ему посоветовать.
До квартиры Кнапса они больше не разговаривали. У калитки, уже прощаясь, Дубов нерешительно спросил, принимают ли собак местные живодёры. Кнапс предположил, что принимают, но точно не знал. Тогда поручик объявил о своём намерении:
Пошлю завтра с Вахромеевым… Чёрт с ней, пусть с нее кожу сдерут… Мерзкая собака! Отвратительная!
Дубов пожаловался, что Милка пачкала комнаты и накануне съела всё мясо на кухне. Теперь он называл её не породистым сеттером, а помесью дворняжки со свиньёй. Приятели попрощались, калитка захлопнулась, и поручик остался один.