Василий Тёркин (Твардовский)/Поединок

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

⚔️

Твардовский, Александр Трифонович

Поединок

Тяжелая рукопашная схватка с немцем

1942

Краткое содержание главы
из цикла «Василий Тёркин»

Оригинал читается за 5 минут

Микропересказ

Голодный и раненый боец вступил в рукопашную с сытым врагом. Сил было мало, но он выстоял, оглушил противника незаряженной гранатой и привёл пленного в часть. Там героя накормили и дали отоспаться.

Деление пересказа на части — условное.

Противники: сытый немец и голодный Тёркин

На заснеженном задворке у брошенной деревушки сошлись в рукопашной схватке двое — советский солдат Василий Тёркин и немецкий солдат.

👊

Немец (немецкий солдат) — немецкий солдат, мужчина; сытый, бритый, крепко сложённый, ловкий и сильный; жестокий, самонадеянный, дерётся бесчестно.

Немец был силён и ловок,
Ладно скроен, крепко сшит,
Он стоял, как на подковах,
Не пугай – не побежит.

Сытый, бритый, бережёный,
Дармовым добром кормлённый...

Тёркин же, напротив, шёл в бой голодным — таков был суровый закон наступления. Он трезво оценивал своё положение и понимал, что физически уступает противнику.

🪖

Василий Тёркин — молодой советский солдат-разведчик, мужчина; храбрый, стойкий, упрямый, с юмором; дерётся с немцем в рукопашной, несмотря на слабость и ранение.

Рукопашная схватка — удар за ударом

Тёркин знал, что в этой схватке
Он слабей: не те харчи.

Есть войны закон не новый:
В отступленье – ешь ты вдоволь,
В обороне – так ли сяк,
В наступленье – натощак.

Немец ударил первым — без предупреждения, наверняка. Тёркин получил удар в челюсть, но не растерялся и ответил — хряснул противника промеж глаз. Бойцы сошлись так близко, что оружие стало бесполезным. Автоматы, обоймы и диски были отброшены в сторону — в ход могли пойти только кулаки да нож.

Так сошлись, сцепились близко,
Что уже обоймы, диски,
Автоматы – к чёрту, прочь!
Только б нож и мог помочь.

Бьются двое в клубах пара,
Об ином уже не речь...

Немец бил тяжело и методично. Один из ударов пришёлся Тёркину под вздох — тот охнул и отлетел в сторону, едва устояв на ногах. Собравшись с силами, Тёркин ответил таким хлёстким ударом, что чуть не вывихнул себе руку. Оба бойца были уже основательно избиты: лица в крови, глаза заплыли. Немец лишился нормального зрения на левый глаз, Тёркин недосчитался нескольких зубов.

Кто ты есть? — монолог Тёркина о захватчике

В разгар схватки, когда противники сошлись нос к носу, Тёркин почувствовал запах изо рта немца и с горькой иронией подумал о чесноке. В этот момент в его голове промелькнули мысли о том, кем вообще является этот человек, явившийся на чужую землю.

Кто ты есть, что к нашей бабке
Заявился на порог,
Не спросясь, не скинув шапки
И не вытерши сапог?

Со старухой сладить в силе?
Подавай! Нет, кто ты есть...

Тёркин мысленно задавался вопросом: кто дал этому человеку право приходить в чужой дом, требовать еды и питья, устанавливать свои порядки? Ни заблудившийся путник, ни добрый гость — а самозваный хозяин с кулаком вместо закона. Вывод был один: не человек, а подлец.

Один против одного — Тёркин держит фронт

Схватка продолжалась. Двое кружили по снегу, как на ринге, — грудь в грудь, взгляд в взгляд. Позади у каждого оставались танки, самолёты и пушки, но до большой войны им сейчас не было дела. Здесь, на этом маленьком пятачке земли, всё решалось один на один.

Тёркин изнемогал. Правая рука плохо слушалась — давала о себе знать старая рана. Он глотал кровь, едва держался на ногах, но не отступал. Никто не видел этого боя — ни рота, ни страна. Но Тёркин и не дрался ради зрителей. Он просто держал свой фронт — один, в забытьи, на заснеженном задворке.

Немец тоже был уже не тот — весь избитый, с окровавленным лицом. Но гордость не давала ни одному из них остановиться. Оба стиснули зубы и продолжали биться.

Победа гранатой и возвращение в батальон

Когда немец схватился за каску, чтобы ударить ею, Тёркин собрал последние силы и с левой руки шарахнул его незаряженной гранатой. Немец охнул и обмяк. Поединок был окончен.

Тёркин сел на снег, расстегнул ворот, стал глотать снег и тяжело дышать. Он взял трофейный автомат, поднял на ноги пленного немца и погнал его впереди себя обратно в батальон. Возвращение было радостным: каждый встречный солдат был рад видеть его живым. Тёркин сдал пленного, получил от старшины чарку, поел и лёг спать у жаркой печки.

А потом у печки жаркой
Ляг, поспи. Война не вся.

Фронт налево, фронт направо,
И в февральской вьюжной мгле
Страшный бой идёт, кровавый,
Смертный бой не ради славы,
Ради жизни на земле.