Василий Тёркин (Твардовский)/О войне

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

🔥

Твардовский, Александр Трифонович

О войне

Суровая правда солдатских будней

1942

Краткое содержание главы
из цикла «Василий Тёркин»

Оригинал читается за 1 минут

Микропересказ

Простой солдат мечтал дожить до девяноста, но война разрушила планы. Он принял общую судьбу: нельзя отсидеться в стороне. Боец честно выполнял долг и шёл в огонь, готовый умереть ради жизни детей.

Деление пересказа на части — условное.

Прерванные планы: война требует отказаться от личного

Василий Тёркин, от лица которого велось повествование, признался, что был большим охотником жить — мечтал дотянуть до девяноста лет, строил планы на долгую жизнь и собирался в дальний путь. Однако грянула война, и все личные замыслы пришлось отставить в сторону. Тёркин говорил об этом просто и без лишних слов: война не спрашивает, чего ты хотел, она отдаёт приказ, и этот приказ не обсуждается.

🪖

Василий Тёркин (Рассказчик) — рассказчик; молодой солдат-мужчина, простой, жизнелюбивый, мечтал дожить до девяноста лет; честный, смелый, готовый к бою и к смерти.

Коллективная ответственность: мы — Россия, и некуда деться

Тёркин объяснял, почему каждый солдат несёт ответственность за происходящее. Пришёл черёд отвечать за Россию и за народ — за всё на свете. Он подчёркивал, что этот народ един: от Ивана до Фомы, мёртвые и живые — все вместе составляют одно целое.

Грянул год, пришёл черёд,
Нынче мы в ответе
За Россию, за народ
И за всё на свете.

От Ивана до Фомы,
Мёртвые ль, живые,
Все мы вместе – это мы,
Тот народ, Россия.

Именно потому, что все они вместе и есть Россия, Тёркин говорил братцам-солдатам: из этой кутерьмы некуда податься. Уклониться, притвориться посторонним — невозможно. Это была не угроза, а простая констатация общей судьбы.

От войны не спрятаться: нейтралитет невозможен

И поскольку это мы,
То скажу вам, братцы,
Нам из этой кутерьмы
Некуда податься.

Тут не скажешь: я – не я,
Ничего не знаю,
Не докажешь, что твоя
Нынче хата с краю.

Тёркин настаивал: нельзя сделать вид, что ты ни при чём, что твоя хата с краю. Война не позволяет оставаться в стороне — бомба не разбирает, кто думал отсидеться, а кто шёл в бой. Одиночные расчёты здесь не работают, и прятаться за незнанием бессмысленно.

Природа современной войны: честь, жестокость и беспощадность

Тёркин говорил о том, какова война на самом деле. На войне нужно забыть о себе, но помнить о чести. Когда доходит до дела — драться по-настоящему, грудь на грудь, без оглядки. Он давал свою оценку: нынешняя война — это не старинная схватка стенка на стенку и не кулачный бой, где можно поглядеть, чей верх.

И признать не премину,
Дам свою оценку,
Тут не то, что в старину, —
Стенкою на стенку.

Тут не то, что на кулак...
Я сказал бы даже так:
Тут гораздо хуже…

Тёркин признавал прямо: нынешняя война гораздо хуже всего, что было прежде. Рассуждать об этом долго он не стал — всё и так ясно до точки. Главный вывод был прост: надо бить врага, не давать ему отсрочки. Никаких промедлений, никаких сомнений — только действие. Война требовала от каждого полной отдачи, и Тёркин говорил об этом без пафоса, как о само собой разумеющемся деле.

Путь настоящего бойца: забудь себя, выполни задачу

Тёркин повторил свою главную мысль: раз война — про всё личное забудь, пенять не на кого. Собирался в долгий путь — дан приказ «Отставить!». Настоящий боец — тот, кто отпустил прошлое и стал свободен от лишних забот. Только тогда он годен к бою.

Сколько жил – на том конец,
От хлопот свободен.
И тогда ты – тот боец,
Что для боя годен.

И пойдёшь в огонь любой,
Выполнишь задачу.
И глядишь – ещё живой
Будешь сам в придачу.

Тёркин добавлял с солдатской усмешкой: пойдёшь в любой огонь, выполнишь задачу — и, глядишь, ещё останешься живым в придачу. Это не бравада, а трезвый взгляд бывалого солдата: кто не цепляется за жизнь из страха, тот и выживает чаще.

Принятие судьбы и надежда на будущее детей

В конце Тёркин говорил о смерти спокойно и без страха. Если застигнет смертный час — значит, номер вышел, ничего не поделаешь. После погибших останутся слова — что-нибудь напишут в рифму, пусть даже приврут во сто крат. Солдаты к этому готовы. Единственное, о чём они по-настоящему думали, — чтобы дети были здоровы. В этом простом пожелании сосредоточилась вся надежда людей, принявших войну как свою неизбежную судьбу.