Удушье (Паланик)
Очень краткое содержание[ред.]
Америка, ≈2000-е годы. Виктор Манчини работал в музее живой истории, воссоздающем жизнь 1734 года.
Его мать Ида Манчини лежала в больнице с деменцией, почти не узнавала сына, и Виктор приходил к ней под видом бывших адвокатов.
Чтобы оплачивать лечение, Виктор притворялся задыхающимся в дорогих ресторанах — спасители потом присылали ему деньги. Его лучший друг Денни работал в той же колонии.
Они познакомились на собрании сексоголиков. Борясь с зависимостью, Денни начал собирать камни и строить из них башню на пустыре.
Врач больницы прочла дневник Иды и сообщила Виктору, что он якобы клон Иисуса Христа, созданный из генетического материала украденной церковной реликвии. Поверив, Виктор пришёл спасти мать, но, кормя её пудингом, случайно задушил.
Выяснилось, что врач сама была пациенткой, а Ида не была настоящей матерью — она украла Виктора из коляски в младенчестве. Он не был ни итальянцем, ни сыном Божьим.
Виктора арестовали. Обманутые им люди собрались у башни, но вместо расправы бросали камни к его ногам — башня рухнула. Когда все разошлись, Виктор, Денни и Пейдж начали складывать камни заново в темноте.
Мы искали, метались, бросались из крайности в крайность — и где оказались в итоге? Здесь. Но может быть, знать — это не обязательно.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Детские воспоминания: мать рисует тень мальчика на скале[ред.]
Роман начинался с предупреждения читателю: лучше не читать эту историю о глупом мальчишке, противном и гадком ребёнке. Это была история про маленького засранца с жиденькими светлыми волосами, обкусанными ногтями и в идиотском свитере в синюю с жёлтым полоску. Однажды холодной ночью мать привезла его на украденном школьном автобусе к подножию скалистой горы. Она велела ему раздеться и встать перед автобусом в свете фар, чтобы его тень легла на скалу. Мальчик дрожал от холода, а мать обводила баллончиком с чёрной краской контур его тени на скале.
Мать рассказывала ему древнегреческую легенду о девушке, которая обвела на стене тень своего возлюбленного перед разлукой — так появилось искусство.
Искусство рождается только от горя. И никогда — от радости.
Мать обещала мальчику, что когда-нибудь он станет врачом, будет спасать людей и все его будут уважать. Глупый мальчик верил ей, хотя уже знал, что Пасхального Зайца и Санта-Клауса не существует.
Работа в колонии Дансборо и группа сексоголиков[ред.]
Спустя годы Виктор Манчини работал в музее живой истории — колонии Дансборо, где воссоздавали жизнь 1734 года.
Он носил короткие штаны, сюртук и парик, изображая слугу-ирландца. Его лучший друг Денни тоже работал в колонии и постоянно попадал в неприятности из-за нарушений исторической достоверности — за жевание табака, бритую голову, эспаньолку. В наказание его регулярно сажали в колодки на городской площади.
Виктор и Денни познакомились на собрании сексоголиков — группе для людей с сексуальной зависимостью, работающей по двенадцатиступенчатой программе реабилитации. Туда приходили проститутки, эксгибиционисты, вуайеристы — все те, кто стал героями городских легенд. Для Виктора эти собрания были не столько лечением, сколько курсами повышения квалификации и местом знакомства с девушками из тюрьмы, которых выпускали на три часа для групповой терапии. Среди них была Нико, с которой он встречался по средам.
Виктор встречался также с Таней по пятницам и Лизой по воскресеньям. Для него это была не любовь, а очередная благоприятная возможность получить дозу эндорфинов.
Визиты к матери в больнице Святого Антония[ред.]
Мать Виктора лежала в больнице Святого Антония с деменцией. Она стремительно худела и уже почти ничего не весила.
Когда Виктор приходил к ней как её сын, она почти сразу просила его уйти. Но однажды она приняла его за Фреда Хастингса, своего бывшего адвоката, и проговорила с ним полчаса. С тех пор Виктор стал приходить к матери под видом разных адвокатов, которые защищали её в прошлом. Он записывал все детали вымышленной жизни Фреда Хастингса: где живёт, сколько детей, какая машина. Мать давала ему советы по обустройству дома и жизни. Виктор всё записывал, составляя опись того, что осталось от матери.
В больнице он познакомился с доктором Пейдж Маршалл — женщиной с длинными тёмными волосами, собранными в пучок, в очках в чёрной оправе.
Она предложила поставить матери зонд для искусственного кормления, иначе та умрёт от голода. Виктор не хотел этого — зонд стоил дорого, а главное, он не хотел, чтобы мать выздоравливала и снова стала сильной женщиной. Другие пациентки больницы — старые женщины вроде Евы — обвиняли Виктора во всех мыслимых преступлениях.
Виктор признавался во всех грехах, чтобы старушки обрели покой. Он стал для них козлом отпущения, принимая на себя чужую вину.
Схема с удушением в ресторанах и семья спасателей[ред.]
Чтобы оплачивать пребывание матери в больнице — три тысячи долларов в месяц, — Виктор разработал особую схему. Он приходил в дорогие рестораны и притворялся, что подавился едой. Кто-то из посетителей неизменно бросался ему на помощь, спасал его жизнь. После этого спасители чувствовали себя героями и начинали присылать Виктору деньги, поздравительные открытки, чеки.
Казалось, что это продлится вечность. Все было так, как будто надо почти умереть, чтобы тебя полюбили. Как будто надо зависнуть на самом краю — чтобы спастись.
Виктор вёл подробные записи: кто его спас, где, когда и сколько денег прислал. У него была целая книга героев — более трёхсот человек. Он писал им благодарственные письма, рассказывая о своих выдуманных проблемах. Притворяясь слабым, он получал власть над людьми.
То, что я делаю, я делаю потому, что каждому хочется спасти чью-то жизнь на глазах у восторженной публики.
Денни критиковал эту схему, называя её инфантильной. Виктор же считал, что даёт людям возможность проявить героизм. Каждый вечер он выбирал в телефонном справочнике новый ресторан, зачёркивая красным фломастером те места, где уже «умирал». С каждым днём выбор становился всё меньше.
Прошлое матери: гипноз, сексуальные сеансы и криминал[ред.]
В детстве Виктор постоянно переезжал с матерью из города в город. Она неоднократно попадала в тюрьму за различные преступления: подмену бутылочек с краской для волос в магазинах, угон школьного автобуса, нападение на животных в зоопарке. Мать учила мальчика тайным кодам, которые используют в отелях и больницах: «Вальс Голубого Дуная» означал эвакуацию, сестра Фламинго — пожар, доктор Блейз — тоже пожар. Она считала, что эти знания важнее школьной программы и когда-нибудь спасут ему жизнь.
После очередного освобождения из тюрьмы мать зарабатывала на жизнь необычным способом. Она проводила сеансы гипноза для мужчин, погружая их в транс и позволяя им в воображении заниматься сексом с историческими личностями — Мэрилин Монро, Клеопатрой, Елизаветой Тюдор. Клиенты платили по двести долларов за сеанс. Мать утверждала, что это не секс, а лишь символы, проекции фантазий.
Нереальное сильнее реальности. Потому что в реальном мире совершенства не существует. Совершенно лишь то, что ты придумываешь для себя.
Однажды мать повезла маленького Виктора в зоопарк и накормила животных таблетками ЛСД. Это был её способ борьбы с системой — она хотела вернуть людям приключения и волнение в упорядоченном безопасном мире. За это её снова посадили в тюрьму. Мать постоянно говорила, что её цель — найти лекарство от знания, упростить себя, вернуть людям невежество, которое равно невинности.
Моя цель — не в том, чтобы упростить себе жизнь. Моя цель — упростить себя.
Доктор Пейдж Маршалл и её теория о происхождении Виктора[ред.]
Пейдж Маршалл предложила Виктору необычный способ спасти мать — она хотела, чтобы он оплодотворил её, а затем использовала бы эмбриональную ткань для трансплантации в мозг матери. Виктор отказался. Тогда Пейдж прочла материнский дневник, написанный по-итальянски, и рассказала Виктору шокирующую историю.
Согласно дневнику, мать приехала из Италии в Америку уже беременной Виктором. Она участвовала в эксперименте по искусственному оплодотворению. Кто-то украл из церкви религиозную реликвию — крайнюю плоть Иисуса Христа, и генетический материал от неё использовали для создания эмбрионов. Шестерым женщинам предложили участвовать в эксперименте, пятеро отказались. Мать согласилась. Таким образом, по утверждению Пейдж, Виктор был клоном Иисуса Христа, вторым пришествием.
Пейдж проверила информацию из дневника — больницы, врачи, даты — всё подтвердилось. Она призналась Виктору, что не знает, верить ли в эту историю, но видела, как он помогает пациенткам больницы обрести покой, признаваясь в их воображаемых обидах. Виктор отказывался верить в то, что он сын Божий. Пейдж призналась, что влюблена в него, но Виктор не мог ответить взаимностью — для него она была слишком особенной, чтобы стать просто одной из многих.
Позже выяснилось, что Пейдж сама была пациенткой больницы с навязчивой идеей, что она врач из будущего, из 2556 года. Она утверждала, что перенеслась в прошлое, чтобы забеременеть от типичного мужчины нашего времени для спасения человечества от чумы в будущем.
Денни, его камни и строительство башни[ред.]
Денни, борясь с сексуальной зависимостью, начал собирать камни — по одному за каждый день воздержания. Он мыл их, приносил домой к Виктору и складировал повсюду: в подвале, в холодильнике, в духовке, в шкафах. Вскоре дом оказался завален камнями. Денни объяснял, что каждый камень — это памятник дню, прожитому не зря, маленькое надгробие времени, которое не испарилось впустую.
Затем Денни начал строить из камней башню на пустыре, где когда-то жил его дядя. Он работал день и ночь, возводя стены, колонны, лестницы. К нему присоединилась Бет — стриптизёрша из бара, которую Виктор когда-то предупредил о подозрительной родинке.
После того как Денни показали по телевизору, к нему стали приходить люди с камнями, желая помочь в строительстве. Виктор, пытаясь стать нужным другу, сам позвонил в городской совет и на телевидение, жалуясь на незаконную стройку. Он хотел создать проблему, чтобы потом помочь её решить. В телевизионном репортаже Виктор выглядел как безумец, размахивающий руками и кричащий на камеру. Он призывал людей приносить камни и помогать, говоря, что важен не результат, а процесс.
Попытка спасти мать пудингом. Её смерть[ред.]
Виктор решил, что он действительно Иисус и должен спасти мать. Он пришёл в больницу рано утром с пакетом шоколадного пудинга. Мать узнала его как Виктора — впервые за долгое время. Он начал кормить её, говоря, что знает правду о своём происхождении и что он пришёл её спасти. Мать пыталась что-то сказать, но Виктор продолжал запихивать ей в рот пудинг.
Внезапно она начала задыхаться — пудинг пошёл не в то горло. Её лицо посинело, она хваталась за горло. Появилась Пейдж и начала делать искусственное дыхание и массаж сердца. Виктор пытался совершить чудо, положив руки на грудь матери и приказывая ей жить. Но сердце остановилось. В этот момент с руки Пейдж упал пластиковый браслет — она тоже была пациенткой больницы.
Пейдж велела Виктору бежать, обещая взять вину на себя. Она сказала, что его здесь не было. Уходя, Виктор услышал объявление о вызове медсестры в палату 158 — там обнаружили тело. Позже выяснилось, что женщина, которую он считал матерью, на самом деле украла его из коляски в Айове, когда он был младенцем. Она хотела спасти его от той жизни, которую для него приготовили настоящие родители.
Виктор был сиротой. Он не был итальянцем. Он не был сыном Божьим. Всё, во что он начал верить, оказалось ложью.
Разоблачение, арест и разрушение башни. Новое начало[ред.]
Вскоре Виктора арестовали. Дочь пациентки Евы заявила на него в полицию за изнасилование её матери. Полицейские нашли его записи по четвёртой ступени — подробную опись всех его сексуальных связей. В участке Виктор снова попытался притвориться задыхающимся, проглотив крышечку от бутылки с кетчупом, но следователи не поверили — они читали его записи и знали о его трюке. Однако в последний момент один из них всё же бросился спасать Виктора.
Той же ночью около тысячи людей, которых Виктор обманул, собрались у башни Денни. Они узнали правду о его схеме с удушением. Виктор ожидал расправы, но вместо этого люди начали бросать камни к его ногам — не в него, а под ноги. Башня Денни обрушилась под весом камней. Всё, что они строили, превратилось в руины.
Когда все разошлись, осталась только Пейдж. Она не исчезла в будущее, как обещала, — значит, она действительно была сумасшедшей. Виктор попросил её снять браслет. Вместе с Денни и Бет они начали разгребать камни в темноте, на ощупь, просто чтобы положить один камень на другой. Пейдж вспомнила легенду о девушке, обведшей тень возлюбленного, и добавила, что та девушка благополучно о нём забыла и изобрела обои.
Виктор понял, что не знает, что они строят в темноте на руинах, но, может быть, знать это и не обязательно. Прошлое не воссоздашь, его можно только придумать. Можно жить, позволяя другим решать, кто ты, а можно решать самим. Может быть, это и есть их работа — изобрести что-то получше.