Севастополь в мае 1855 (Толстой)/Глава 10

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

💣

Толстой, Лев Николаевич

Севастополь в мае. Глава 10

Передвижение войск под огнем

1855

Краткое содержание главы
из цикла «Севастополь в мае 1855»

Оригинал читается за 5 минут

Микропересказ

Солдаты тяжело отступали под жутким обстрелом. Два офицера изо всех сил скрывали свой страх. Вскоре им попался штабист: он расспросил их, чтобы избежать риска. Хитрец выжил, а один офицер пропал.

Деление пересказа на части — условное.

Приказ об отступлении. Михайлов выводит батальон из ложементов

Праскухин прибежал к позициям и разыскал второй батальон М. полка. Солдаты в это время носили землю в мешках, укрепляя ложементы под непрерывным огнём противника.

😰

Праскухин — мужчина, офицер; трусливый, тщеславный, боится прослыть трусом, передаёт приказы генерала; в конце главы пропадает.

Михайлов, решив, что спрашивают ротного командира, вылез из своей ямки и подошёл к Праскухину, держа руку у козырька. Праскухин передал приказ генерала: батальону следовало как можно скорее и тише отойти к резерву. Михайлов понял суть приказа, передал его солдатам, и батальон зашевелился: разобрали ружья, надели шинели и двинулись прочь из ложементов.

🪖

Михайлов — мужчина средних лет, офицер, командир роты; трусоватый, суеверный, но исполнительный; молился перед образами, с трудом сдерживал страх.

Марш под огнём. Внутренние монологи Михайлова и Праскухина

Кто не испытал, тот не может вообразить себе того наслаждения, которое ощущает человек, уходя после трёх часов бомбардированья из такого опасного места, как ложементы.

За три часа под бомбардировкой Михайлов несколько раз считал свою гибель неизбежной и успел мысленно проститься с жизнью, перецеловав все образа, которые были при нём. В конце концов он почти смирился с мыслью, что его непременно убьют, и это странным образом немного успокоило его. Тем не менее ему стоило большого труда удержаться и не побежать, когда рота наконец вышла из ложементов.

Командир другого батальона, остававшийся в ложементах, — майор, с которым Михайлов незадолго до этого закусывал мыльным сыром в ямке у бруствера, — пожелал ему счастливого пути. Михайлов ответил пожеланием удачи и заметил, что огонь, кажется, немного затих. Но едва он произнёс эти слова, как противник, заметив движение в ложементах, открыл всё более частый огонь. Наши ответили, и снова разгорелась сильная канонада.

👨‍✈️

Майор (командир другого батальона) — мужчина, майор, командир батальона, остающегося в ложементах; сдержанный, немногословный; закусывал с Михайловым мыльным сыром.

Звёзды высоко, но не ярко блестели на небе; ночь была темна – хоть глаз выколи, – только огни выстрелов и разрыва бомб мгновенно освещали предметы.

Солдаты шли быстро и молча, невольно обгоняя друг друга. За непрерывными раскатами выстрелов слышались мерный звук шагов по сухой дороге, звон столкнувшихся штыков, вздохи и молитвы робких солдат. Иногда раздавался стон раненого и крики о носилках. В роте Михайлова за одну ночь от артиллерийского огня выбыло двадцать шесть человек. Вспыхивала молния на горизонте, часовой с бастиона кричал: «Пу-ушка!» — и ядро, жужжа над ротой, взрывало землю и разбрасывало камни.

Чёрт возьми! как они тихо идут, – думал Праскухин... право, лучше побегу вперёд... Впрочем, нет, ведь эта скотина может рассказать потом, что я трус... Что будет, то будет...

Михайлов, в свою очередь, думал о том, зачем Праскухин вообще идёт рядом с ним: по его наблюдениям, тот всегда приносил несчастье. Оба офицера шагали бок о бок, терзаясь собственными страхами и тщеславием, но не решаясь ни ускориться, ни отстать.

Встреча с Калугиным. Офицер предпочитает расспросить, а не идти под огонь

Пройдя несколько сот шагов, Михайлов и Праскухин столкнулись с Калугиным, который бодро побрякивал саблей и направлялся к ложементам — по приказу генерала узнать, как продвигаются там работы.

🎖️

Калугин — мужчина, офицер; внешне бодрый и храбрый, но на деле избегает опасности под благовидными предлогами; лицемерный, самолюбивый.

Встретив Михайлова, Калугин решил, что вместо того, чтобы самому идти под страшным огнём к ложементам — чего ему, строго говоря, и не было приказано, — можно расспросить обо всём офицера, который только что оттуда вышел. Михайлов подробно доложил о ходе работ. При этом он немало позабавил Калугина: при каждом снаряде, даже падавшем вдалеке, Михайлов приседал, пригибал голову и уверял, что снаряд летит прямо сюда. Калугин, напротив, демонстративно держался невозмутимо и даже подшучивал над Праскухиным, указывая на очередной снаряд. Получив нужные сведения, Калугин свернул в траншею, ведущую к блиндажу, и мысленно заключил, что капитан не слишком храбр.

Калугин в блиндаже. Возвращение генерала без Праскухина

В блиндаже Калугина встретил офицер, в одиночестве ужинавший во время боя.

🍽️

Офицер в блиндаже — мужчина, офицер; сидит один в блиндаже и ужинает во время боя; спокойный, информирует Калугина об обстановке.

Офицер сообщил, что бой ещё не закончен: генерал снова поднялся на вышку, подошёл ещё один полк и снова началась ружейная стрельба. Калугин было двинулся к выходу, но тут же остановился. Он подумал, что и так уже достаточно рисковал в этот день и что его ценность не сводится к роли пушечного мяса. Вслух он сказал, что лучше подождёт здесь. Примерно через двадцать минут генерал вернулся вместе с офицерами, среди которых был юнкер барон Пест. Праскухина среди вернувшихся не оказалось. Ложементы были отбиты и заняты русскими войсками. Получив подробный доклад о произошедшем, Калугин вместе с Пестом вышел из блиндажа.