Самогонное озеро (Булгаков)
Очень краткое содержание[ред.]
Москва, ≈1923 год. Накануне Пасхи в коридоре коммунальной квартиры №50 появился пьяный сосед с петухом в руках.
Рассказчик выбил птицу из рук дебошира. Выяснилось, что управдом угостил соседа самогоном, и тот решил, что у него хотят украсть петуха. Ночью управдом перебил стёкла и избил жену, а председатель правления, явившийся на шум, сам едва не пострадал. Под утро заявился пьяный сосед-эсперантист с просьбой написать о нём заметку в газету.
На следующий день праздник продолжился: гармонь, пляски, пьяные дворники. Управдом донёс на торговку самогоном, ту закрыли, но тут же открылся новый источник через два дома. Вечером рассказчик разнял дерущихся супругов-соседей. Жена рассказчика в отчаянии заявила, что готова принять морфий.
Я ответил, и голос мой был полон металла: — Морфию ты не примешь, потому что я тебе этого не позволю. А роман я допишу, и, смею уверить, это будет такой роман, что от него небу станет жарко.
Рассказчик увёз жену к сестре на три дня. В заключении он предложил властям план по осушению Москвы от самогона за два месяца — при условии неограниченных полномочий, хорошего жалованья помощникам и отдельной квартиры для себя.
Подробный пересказ[ред.]
Подзаголовки разделов — условные.
Повествование. Пасхальная ночь в квартире №50: самогон, дебоши и хаос[ред.]
Накануне Пасхи, в десять часов вечера, в коридоре коммунальной квартиры №50 неожиданно наступила тишина. Рассказчик с облегчением сел в кресло и открыл томик Марка Твена.
В десять часов вечера под Светлое Воскресенье утих наш проклятый коридор. В блаженной тишине родилась у меня жгучая мысль о том, что исполнилось моё мечтанье и бабка Павловна... умерла.
Бабка Павловна, торговавшая папиросами, была жива — тишина оказалась обманчивой. Вскоре в коридоре трижды пропел петух, а затем раздался нечеловеческий вой.
Вслед за вступительной петушиной фанфарой начался непрерывный вопль петуха. Затем завыл мужской голос. Но как! Это был непрерывный басовый вой в до-диез, вой душевной боли и отчаяния...
Рассказчик выбежал в коридор и увидел незнакомого гражданина, который стоял, покачиваясь, и на глазах у изумлённых соседей драл перья из хвоста живого петуха. Сосед Иван Гаврилович рыдал и кричал, что петуха у него хотят отнять.
Квартхоз Василий Иванович пытался вырвать птицу из рук буяна и уговаривал его опомниться. Рассказчик выбил петуха из рук Гаврилыча, и тот мгновенно затих.
Катерина Ивановна объяснила произошедшее: Василий Иванович купил у соседки-самогонщицы четверть самогона и пригласил Гаврилыча выпить. Захмелевший Гаврилыч решил, что у него хотят украсть петуха, и впал в буйство.
В два часа ночи Василий Иванович, разговевшись, выбил в квартире все стёкла и избил жену. Вызванный председатель правления явился с блестящими глазами и красный, как флаг, — сам явно выпивший. Он попытался усовестить квартхоза, но неосторожно сказал, что тот не может совладать с бабой. После этого Василий Иванович схватил кухонный нож. Председателю, шофёру и соседу пришлось его обезоруживать. Катерину Ивановну заперли в кладовке, а квартхоза убедили, что жена сбежала. Тот заснул, пообещав зарезать её завтра.
В три часа ночи к рассказчику заявился влиятельный член правления Иван Сидорыч — пьяный, качавшийся как былинка. Он потребовал написать статью об эсперанто и даже заговорил на этом языке, но, прочитав что-то в глазах рассказчика, смутился и ушёл.
Утром праздник продолжился: квартхоз играл на гармонике, Катерина Ивановна плясала, пьяный сосед произносил речи. Один за другим являлись дворники и истопник — все навеселе. Самогонщица Сидоровна нахально недолила Василию Ивановичу самогон, и тот отправился жаловаться властям. Самогонщицу закрыли, но ненадолго — через полчаса забил новый источник у соседнего торговца.
Вечером рассказчик разнял соседа-пекаря, избивавшего жену. Когда грянула очередная пляска, жена рассказчика встала с дивана и заявила, что больше не может так жить.
Я не о себе, — ответила жена. — Но ты никогда не допишешь романа. Никогда. Жизнь безнадёжна. Я приму морфий. При этих словах я почувствовал, что я стал железным.
Рассказчик твёрдо ответил, что не позволит жене принять морфий, а роман непременно допишет. Он помог ей одеться и на три праздничных дня увёз к сестре на Никитскую.
Заключение. Проект рассказчика по осушению Москвы от самогона[ред.]
В заключение рассказчик изложил свой проект: за два месяца он брался осушить Москву от самогона на девяносто процентов. Для этого он просил неограниченных полномочий, штат из ста студентов-помощников, квартиру в три комнаты и тысячу рублей золотом. Он обещал разгромить всех самогонщиков, а вместо них оставить лишь лёгкое вино в приличных заведениях.