Рудин (Тургенев)
Очень краткое содержание[ред.]
Русская провинция, ≈1840-е годы. В богатый дом знатной вдовы тайного советника Дарьи Михайловны Ласунской, любившей окружать себя выдающимися людьми, вместо ожидаемого барона приехал его приятель. Гость сразу очаровал всех блеском речей, посрамив в споре местного желчного циника-женоненавистника и рассказав красивую легенду о человеческой жизни.
За два месяца Рудин стал незаменим в доме, занимая деньги у хозяйки и у соседа-дворянина, влюблённого в дочь Ласунской, семнадцатилетнюю серьёзную девушку. Рудин много времени проводил с ней, а вскоре в сиреневой беседке признался ей в любви и получил взаимность. Свидетелем стал приживал дома, который донёс обо всём хозяйке.
Мать категорически воспротивилась браку с безвестным гостем. На тайном свидании у заброшенного пруда девушка спросила Рудина, что он намерен делать. Растерявшись, тот ответил, что остаётся лишь покориться судьбе. Она с горечью упрекнула его в трусости: сама она была готова бежать с ним, но поняла, что ошиблась.
Рудин уехал, оставив прощальное письмо, которое девушка сожгла. Прошло два года: сестра дворянина вышла за старого приятеля Рудина, а сама девушка согласилась стать женой влюблённого соседа. Постаревший Рудин же скитался по России без цели. Ещё через несколько лет он погиб в Париже на баррикаде восстания 1848 года.
Tiens! — сказал один из убегавших insurgés другому, — on vient de tuer le Polonais. Этот Polonais был — Дмитрий Рудин.
Подробный пересказ по главам[ред.]
Названия глав и подзаголовок эпилога в пересказе — условные.
Глава 1. Александра Павловна навещает больную Матрену; встречи с Лежневым и Пандалевским[ред.]
Тихим летним утром молодая вдова, богатая помещица, шла по проселочной дороге в соседнюю деревеньку навестить больную старуху Матрену. Женщину звали Александра Павловна Липина, она была бездетна и жила с братом, отставным штаб-ротмистром.
В избе она нашла умирающую старуху, оставила ей чай и сахар, велела внучке ухаживать за бабкой. Выйдя на воздух, она встретила соседа-помещика на беговых дрожках, который язвительно пошутил над её благотворительностью и над влиянием на неё некой Дарьи Михайловны Ласунской.
На обратном пути Александру Павловну встретил её брат верхом, а рядом с ним шёл молодой человек небольшого роста в лёгком сюртучке — секретарь и приживал Ласунской, который передал приглашение к обеду и рассказал о новом госте, бароне-камер-юнкере.
Глава 2. Дом Дарьи Михайловны Ласунской; салон и остроты Пигасова[ред.]
Огромный каменный дом знатной и богатой вдовы тайного советника считался первым в губернии. В её гостиной в тот вечер собрались гости: гувернантка-француженка, учитель детей, и желчный старик, известный своими насмешками над женщинами.
Пигасов рассуждал о неестественности барышень, о трёх женских «коньках» — попрёке, намёке и упрёке, издевался над современной литературой и малороссийским языком. Учитель детей вступался за правду, но хозяйка обрывала спор.
Ожидаемый барон так и не приехал к обеду, но прислал вместо себя приятеля с письмом и своей статьёй, которую хотел представить на суд Дарьи Михайловны. Лакей доложил о прибытии этого гостя — Дмитрия Николаевича Рудина.
Глава 3. Появление Рудина и его триумф в споре с Пигасовым[ред.]
В гостиную вошёл высокий сутуловатый человек лет тридцати пяти в поношенном платье, с выразительным умным лицом и тонким голосом, не соответствовавшим его широкой груди.
Пигасов тут же вступил с ним в спор об общих рассуждениях и системах, отрицая пользу убеждений, но Рудин ловко подловил его на противоречии: сама позиция отрицания есть тоже убеждение. Пигасов был посрамлён и на время умолк.
Рудин продолжил рассуждать о значении самолюбия и служения общему благу, произнося речи, полные страсти и убеждённости.
Себялюбие — самоубийство. Себялюбивый человек засыхает словно одинокое, бесплодное дерево; но самолюбие, как деятельное стремление к совершенству, есть источник всего великого...
Вечером у окна, вдохновлённый вниманием слушателей и красотой ночи, Рудин рассказал скандинавскую легенду о птичке, влетевшей из тьмы в свет и вновь исчезнувшей во тьме, сравнив с ней человеческую жизнь. Все были очарованы его красноречием, особенно юная дочь хозяйки и молодой учитель.
Глава 4. Утренний чай у Дарьи Михайловны; визит Лежнева[ред.]
На следующее утро хозяйка дома долго беседовала с Рудиным о своей молодости и знакомствах со знаменитыми людьми, а он терпеливо и с добродушием слушал её. Разговор коснулся соседей, и она упомянула помещика, в которого была неравнодушна Александра Павловна.
Оказалось, что этим соседом был давний знакомый Рудина. Вскоре он и сам приехал по делам размежевания земли. Встреча двух старых знакомцев была холодной: они обменялись сдержанными репликами и разошлись, не выказав друг другу тепла.
После его отъезда Рудин отозвался о нём как о человеке, играющем роль циника от эгоизма, хотя признал, что когда-то любил его как друга, но они расстались из-за недоразумений.
Глава 5. Наталья Ласунская; разговор с Рудиным в саду; начало рассказа Лежнева о молодости Рудина[ред.]
Дочь хозяйки была серьёзной и задумчивой семнадцатилетней девушкой, которая много читала и глубоко чувствовала, хотя и скрывала свои переживания.
Гуляя с ней по саду, Рудин рассуждал о поэзии и красоте жизни, а затем неожиданно упрекнул себя за пассивность и заговорил о необходимости действовать, чем глубоко тронул девушку. В саду появился и другой поклонник Натальи — сосед-дворянин, искренне влюблённый в неё, но ревнующий к новому гостю.
В тот же день Лежнев начал рассказывать Александре Павловне о студенческой молодости Рудина — как в Москве он попал в кружок замечательного человека по имени Покорский и как там сформировался его характер, полный блеска, но лишённый твёрдой натуры.
Глава 6. Два месяца Рудина у Ласунской; исповедь Лежнева о кружке Покорского[ред.]
За два месяца Рудин стал незаменим в доме Ласунской: занимал хозяйку разговорами, влиял на все домашние дела, занимал деньги у неё и у Волынцева. Особенно много времени он проводил с Натальей, читая ей немецких поэтов и философов, толкуя непонятные места.
Лежнев продолжил свой рассказ Александре Павловне: он поведал, как в юности сам влюбился в девушку, и как Рудин, узнав об этом, вмешался в их отношения с советами и наставлениями, доведя дело до разрыва влюблённых и уведомления её отца.
Слова его так и остаются словами и никогда не станут поступком — а между тем эти самые слова могут смутить, погубить молодое сердце.
Лежнев вспоминал вдохновенные ночные споры молодости, влияние речей Рудина на юные умы того времени, признавая, что многим они с товарищами были обязаны ему, хотя истинным душевным светочем кружка оставался умерший Покорский.
Тем временем Волынцев тревожился всё больше: он чувствовал, что Наталья отдаляется от него, а Лежнев после разговора обещал присмотреться к Рудину внимательнее и составить окончательное мнение о нём.
Глава 7. Взаимное признание Рудина и Натальи в сиреневой беседке[ред.]
Гуляя в саду, Рудин расспрашивал Наталью о её сердце и намекнул, что заметил в ней перемену. Смутившись, девушка убежала, но Рудин догнал её и признался, что подразумевал под сравнением со сломанной яблоней собственное новое чувство к ней.
Их разговор случайно услышал Волынцев, застав момент, когда Наталья вырвала руку у Рудина. За обедом произошла напряжённая сцена, а вечером Рудин передал Наталье записку с просьбой прийти на свидание в сиреневую беседку.
В условленный час Рудин признался ей в любви, и она ответила ему взаимностью, произнеся решительные слова.
Знайте же, — сказала она, — я буду ваша.
Однако свидетелем этой сцены из кустов оказался приживал Ласунской, тайно наблюдавший за влюблёнными и решивший непременно донести обо всём хозяйке дома.
Глава 8. Откровенный визит Рудина к Волынцеву; записка Натальи[ред.]
На следующий день Рудин, желая быть честным, сам приехал к Волынцеву и объявил ему о своей взаимной любви с Натальей, называя себя человеком, уважающим соперника и не желающим разыгрывать комедию. Волынцев был глубоко оскорблён такой откровенностью и отказал ему в дружбе и рукопожатии.
Вернувшись домой в смятении, Рудин упрекал себя за опрометчивый поступок. Вечером он узнал, что Дарье Михайловне уже всё известно о свидании в беседке — приживал успел донести обо всём хозяйке, и её отношение к Рудину резко переменилось.
Ночью в коридоре кто-то вложил Рудину в руку записку от Натальи с просьбой прийти рано утром к заброшенному Авдюхину пруду для последнего решающего разговора.
Глава 9. Свидание у Авдюхина пруда: покориться — разрыв Натальи с Рудиным[ред.]
У заброшенного пруда Наталья сообщила Рудину, что мать всё узнала об их отношениях и категорически против брака, скорее готова видеть дочь мёртвой, чем женой безвестного гостя. Она спросила его напрямую, что он намерен теперь делать.
Рудин, растерявшись, ответил, что остаётся только покориться судьбе, ссылаясь на бедность и невозможность насильственного разрыва с её семьёй.
Покориться, — медленно повторила Наталья, и губы её побледнели.
Наталья с горечью упрекнула его в трусости и малодушии, напомнив все его прежние речи о самопожертвовании и решительности.
Она заявила, что была готова бежать с ним, если бы он только позвал её, но теперь поняла, что ошиблась в нём, и, потрясённая, ушла домой, где без чувств упала на руки горничной.
Глава 10. Письмо Рудина Волынцеву; Лежнев делает предложение Александре Павловне[ред.]
Возвращаясь домой после встречи с расстроенным Рудиным, Лежнев решил вернуться к Волынцеву вместо того, чтобы ехать к себе. Вскоре Волынцеву доставили письмо от Рудина, в котором тот сообщал о своём немедленном отъезде навсегда и желал ему счастья, объясняя это тем, что был неверно понят.
Лежнев иронично отметил, что даже это прощальное письмо Рудин написал из чувства долга. После разговора он отправился навестить Александру Павловну и неожиданно для неё самой сделал ей предложение руки и сердца, после чего смущённо удалился, ожидая её решения.
Вскоре горничная передала ему, что барыня зовёт его к себе, и Лежнев, поцеловав её от радости, поспешил на встречу со своей избранницей.
Глава 11. Отъезд Рудина из дома Ласунской; его письмо Наталье[ред.]
Рудин пришёл к Дарье Михайловне объявить об отъезде якобы из-за дел в своей деревне. Хозяйка, знавшая истинную причину, холодно приняла новость, и весь разговор носил отпечаток заранее заготовленных светских фраз. Рудин почувствовал себя брошенным, как ненужную вещь.
Перед отъездом он успел передать Наталье прощальное письмо, в котором признавался, что не сумел оценить её честную и прямую натуру, что боялся ответственности и оказался недостоин её любви, и желал ей счастья с другим человеком.
Прочитав письмо, Наталья сожгла его на свече, а пепел выбросила в окно. Прошло тяжёлое время слёз и молчаливого горя, но постепенно жизнь взяла своё, и девушка стала возвращаться к обычному существованию, скрывая пережитое от матери.
Глава 12. Два года спустя: семья Лежневых, помолвка Волынцева и Натальи; скитания Рудина[ред.]
Прошло два года. Александра Павловна стала женой Лежнева, у них родился сын. Однажды в гости приехал бывший учитель детей Ласунской с радостной вестью: Волынцев сделал предложение Наталье, и она согласилась. За ужином собравшиеся вспоминали Рудина, и Пигасов, всё такой же язвительный, рассказывал о нём насмешливые истории.
Лежнев неожиданно горячо заступился за старого приятеля, признав в нём недостаток настоящей натуры, но отдав должное его энтузиазму и способности пробуждать в молодых душах стремление к истине.
Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без неё не может обойтись. Горе тому, кто это думает, двойное горе тому, кто действительно без неё обходится!
В тот же вечер где-то на дороге России, в потрёпанной кибитке, ехал сам Рудин — постаревший, поседевший, безуспешно перебираясь с места на место в поисках лошадей и не находя себе покоя.
Эпилог. Встреча Лежнева и Рудина в гостинице; гибель Рудина на парижской баррикаде[ред.]
Спустя ещё несколько лет Лежнев случайно встретил Рудина, совершенно постаревшего и обедневшего, в провинциальной гостинице. Они пообедали вместе, вспоминая молодость и выпив на «ты». Рудин рассказал о своих неудачных попытках найти применение силам: он служил у чудаковатого помещика-учёного, участвовал в провальном инженерном проекте, преподавал в гимназии, откуда его выгнали за конфликт с начальством.
Я родился перекати-полем, — продолжал Рудин с унылой усмешкой. — Я не могу остановиться.
Лежнев пытался утешить старого товарища, признавая в нём искренний огонь любви к истине, несмотря на все неудачи, и предложил ему всегда считать его дом своим пристанищем. Рудин, тронутый этими словами, тем не менее уехал в тот же вечер, произнеся на прощание горькие слова о своей загубленной жизни.
Смерть, брат, должна примирить наконец... Испортил я свою жизнь и не служил мысли, как следует...
Спустя время, в разгар парижского восстания 1848 года, во время подавления баррикадных боёв, высокий седой человек в старом сюртуке с красным знаменем в руке появился на вершине баррикады, призывая последних защитников не сдаваться. Пуля венсенского стрелка настигла его прямо в сердце, и он упал замертво. Отступавшие повстанцы, пробегая мимо, назвали убитого «поляком», не узнав в нём русского скитальца Дмитрия Рудина.
За основу пересказа взято издание романа из 5-го тома Полного собрания сочинений и писем Тургенева в 30 томах (М.: Наука, 1980). Иллюстрации созданы с помощью ИИ.









