Пропажа Дурата (Тахмасиб)
из цикла «Кёроглу»
Очень краткое содержание[ред.]
Ченлибель, стародавние времена. Весной Кёроглу выпустил своего любимого коня Дурата в табун, но тот взбесился, разогнал всех лошадей и погнал табун прочь с гор на равнину — прямо на пастбища жестокого и алчного правителя Гара-хана.
Гара-хан велел пригнать табун к своему дворцу. Узнав о пропаже, Кёроглу отправил удальцов на поиски, но те вернулись ни с чем. Вскоре в Ченлибель пришёл молодой конюший Гара-хана и сообщил, что табун уже три дня стоит у хана. Кёроглу переоделся табунщиком и отправился в Баллыджу.
Гара-хан принял его за настоящего табунщика и предложил присматривать за табуном. Кёроглу притворился простаком, выведал, что табун действительно у хана, а затем открыто стал дерзить ему. Когда хан попытался уйти, Кёроглу не дал ему скрыться.
Не дав опомниться, он схватил его за ворот. Сбросив с себя одежду табунщика, издал он свой боевой клич... Египетский меч сверкнул в воздухе и рассёк череп Гара-хана так, будто молния врезалась в землю.
Войско хана разбежалось. Удальцы забрали табун вместе с Дуратом и вернулись в Ченлибель. Молодого конюшего Гара-хана Кёроглу наградил конём и мечом и принял в свою дружину.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на части — условное.
Дурат в табуне: весенние бесчинства коня и бегство всего табуна к владениям Гара-хана[ред.]
Снова пришла весна. Хорошо было в Ченлибеле. Всё покрылось цветами и зеленью. Роза звала розу... Голос Кёроглу сливался с трелью соловьёв... Этой весной Кёроглу пустил в табун и Дурата.
Кёроглу — мужчина средних лет, легендарный удалец и предводитель вольной дружины в Ченлибеле — той весной выпустил своего коня Дурата пастись вместе со всем табуном.
Наевшись сочной травы, Дурат стал бешеным и неукротимым: налетал на других лошадей, лягал и бил копытами, переполошив весь табун. Однажды он совсем разошёлся — погнал всех лошадей вниз с горы, и табун помчался по равнинам, перевалил через горы, пронёсся по долинам и добрался до пастбищ жестокого правителя Гара-хана.
Гара-хан был лютым и алчным правителем, который разорял народ и хвастался родством с иранским шахом. Узнав о пришедшем табуне, он тотчас приказал пригнать его к своему дворцу.
Кероглу узнаёт о пропаже: тщетные поиски и горе от потери Дурата[ред.]
Вдруг вбегает, запыхавшись, главный табунщик и кричит, что табун пропал. Кёроглу спокойно было встретил эту весть. Но когда узнал, что с табуном пропал и Дурат, разгневался... весь Ченлибель содрогнулся.
Все удальцы бросились к предводителю. Дели-Мехтер немедля вскочил на коня и вместе с несколькими воинами и табунщиками отправился на поиски.
Объехав все окрестности Ченлибеля и заглянув в каждую щель, удальцы вернулись ни с чем — усталые и опечаленные. Кёроглу не находил себе места. Нигяр-ханум пыталась успокоить его, говоря, что табун найдётся, но Кёроглу не слушал никаких утешений. В песне он признался, что Дурат ему дороже, чем даже Гырат, и что насмешки врагов страшнее клинков.
Вестник из Баллыджи и сборы в поход[ред.]
Пока Кёроглу готовился к выступлению, дозорные привели рослого здоровенного юношу с дубиной в руке. Тот отказывался говорить с кем-либо, кроме самого Кёроглу.
Отдышавшись, юноша сообщил, что он конюший Гара-хана из Баллыджи и что уже три дня, как хан держит у себя табун Кёроглу вместе с Дуратом — именно по этому коню он и догадался, чей это табун. Кёроглу велел Дели-Гасану не спускать с юноши глаз до своего возвращения, а сам запел боевую песню и поднял удальцов в поход.
Кёроглу птицей взвился на своего боевого коня Гырата, и отряд помчался в сторону Баллыджи.
Кероглу под видом табунщика у Гара-хана: словесное противостояние и разоблачение[ред.]
Оставив удальцов в окрестностях, Кёроглу переоделся табунщиком, спрятал под полу египетский меч и вошёл в город. Гара-хан как раз искал смельчака, который взялся бы смотреть за табуном Кёроглу: все его конюхи и табунщики, прознав, чьи это кони, отказывались к ним подходить. Увидев рослого незнакомца, хан обрадовался и заговорил с ним.
Кёроглу прикинулся бывшим табунщиком Кёроглу, которого тот якобы прогнал. Хан предложил ему присматривать за захваченным табуном и похвастался, что не боится самого Кёроглу. Тогда Кёроглу не удержался и пропел хану угрозу: пообещал разнести его край, отнять всё нажитое и воздать за дерзость. Гара-хан рассердился, назвал Кёроглу проходимцем без роду и племени и заявил, что сам приходится роднёй иранскому шаху.
В ответ Кёроглу спел о своих верных соратниках — Эйвазе, Белли-Ахмеде и других удальцах — и о том, что у него есть и богатство, и щедрость, и сила. Хан занервничал, почуяв неладное, и велел незнакомцу убираться. Видя, что Гара-хан вот-вот ускользнёт, Кёроглу схватил его за ворот, сбросил одежду табунщика и издал боевой клич.
Гибель Гара-хана, возвращение табуна и пир в Ченлибеле[ред.]
Услышав клич предводителя, удальцы с обнажёнными мечами ворвались в город. Завязался жаркий бой. Кёроглу бросился на Гара-хана и египетским мечом срубил ему голову. Войско хана не выдержало — одни пали, другие разбежались. Удальцы захватили добычу, забрали весь табун вместе с Дуратом и двинулись в обратный путь.
Вернувшись в Ченлибель, Кёроглу подарил молодому конюшему Гара-хана коня и меч и принял его в свою дружину. Начался пир. Нигяр-ханум с чашей в руке попросила Кёроглу рассказать о походе в Баллыджу. Он взял саз и запел о том, как враг дрожал в бою, как удальцы ворвались в стан противника и как его клинок решил исход сражения.
Эту битву не забудешь.
Я в бою страшнее чудищ,
С булавою не пошутишь.
Кровь рекой, моя Нигяр.
Лик врага не прояснится.
Кёроглу им будет сниться.
И никем не повторится
Подвиг мой, моя Нигяр.









