Обломов (Гончаров)/Часть 2/Глава 3

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

🧭

Гончаров, Иван Александрович

Обломов. Часть 2. Глава 3

Штольц принимает решение

1859

Краткое содержание главы
из цикла «Обломов. Часть 2»

Оригинал читается за 12 минут

Микропересказ

К ленивому помещику приехал энергичный друг. Хозяин жаловался на своё здоровье и долги, но всё отвергал. Тогда друг велел слуге одевать барина и силой вытащил его из дома, чтобы вернуть к жизни.

Очень краткое содержание

Санкт-Петербург, ≈1850-е годы. К Обломову приехал его старый друг Штольц.

Илья Ильич Обломов — мужчина средних лет, дворянин, помещик, владелец Обломовки; апатичный, ленивый, добродушный, нерешительный; небрит, одет небрежно — чулки разные, рубашка наизнанку.

Андрей Иванович Штольц — мужчина средних лет, деятельный, энергичный, практичный; друг детства Обломова; путешествует, занимается делами конторы; решительный, прямолинейный.

Обломов жаловался на здоровье и два несчастья: доходы с имения падали из-за нечестного старосты, а хозяин требовал освободить квартиру. Штольц предлагал простые решения, но Обломов от всего отмахивался. Штольц звал друга за границу — доктор тоже советовал уехать, — однако Обломов отказывался.

Надо же выйти из этого сна. – Пробовал прежде, не удалось, а теперь… зачем? Ничто не вызывает, душа не рвётся, ум спит покойно! – с едва заметной горечью заключил он. – Полно об этом… Скажи лучше...

Штольц не сдался: велел слуге готовить одежду и силой вытащил Обломова из дома, чтобы встряхнуть друга и вернуть его к жизни.

Подробный пересказ

Деление пересказа на части — условное.

Приезд Штольца; жалобы Обломова на здоровье и отказ ехать за границу

К Обломову неожиданно приехал его давний друг Штольц. Илья Ильич встретил гостя вздохами: здоровье плохое, одолели ячмени, мучит изжога. Доктор и вовсе напугал его, велев ехать за границу, иначе грозит удар.

Штольц хладнокровно заметил, что до Египта две недели пути, до Америки — три, и ничего страшного в поездке нет. Обломов возмутился: в такие дали ездят только англичане или отчаянные люди, а он ехать не намерен.

Два несчастья: запустение имения и угроза выселения с квартиры

Штольц спросил о делах в имении. Обломов пожаловался на два несчастья. Первое — он совсем разорился. Он попросил слугу Захара найти письмо от старосты и прочёл его другу.

Захар — слуга Обломова, пожилой мужчина; нерадивый, ворчливый, грубоватый, но преданный; живёт на лежанке; не следит за порядком в доме.

Штольц пробежал письмо и засмеялся: плут-староста распустил мужиков, а сам жалуется. Он предложил дать крестьянам паспорта и отпустить на все четыре стороны. Обломов испугался такой идеи. Тут Штольц сообщил, что в Верхлёве собираются устроить пристань и провести шоссе, а в городе открыть ярмарку. Обломовка окажется совсем рядом с большой дорогой.

Этого ещё недоставало! Обломовка была в таком затишье, в стороне, а теперь ярмарка, большая дорога! Мужики повадятся в город, к нам будут таскаться купцы – всё пропало! Беда! ... Мужики были так себе...

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 202 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Штольц посоветовал открыть в деревне школу. Обломов засомневался: грамотный мужик, чего доброго, и пахать перестанет. Штольц настаивал, что Обломову нужно самому съездить в имение в этом году. Тот нехотя согласился, но сослался на незаконченный план. Второе несчастье оказалось проще: с квартиры гонят, велят съезжать. Обломов жаловался, что один, хлопот полно, деньги утекают неизвестно куда.

Поиски денег; разговор о Тарантьеве

Штольц попросил у Обломова пятьсот рублей — нужно срочно отправить, завтра вернёт из конторы. Обломов принялся шарить по ящикам, набрал около двухсот двадцати рублей и стал звать Захара, разыскивая ещё две гривны сдачи с апельсинов. Захар заявил, что никаких двух гривен на столе не лежало. Штольц посмеялся над обломовцами, которые не знают, сколько у них денег.

Тут Захар напомнил, что давеча Михею Андреичу отдавали деньги. Обломов вспомнил: Тарантьев взял ещё десять рублей. Штольц спросил, зачем Обломов пускает к себе это «животное». Захар вмешался: Тарантьев ходит как в свой дом, унёс барскую рубашку и жилет, теперь ещё за фраком явился.

Михей Андреич Тарантьев — знакомый Обломова, мужчина; бесцеремонный, нахальный, пользуется добротой Обломова — берёт деньги и вещи; в сцене не появляется лично, упоминается.

Штольц попросил листок бумаги написать записку — бумаги не нашлось. Попросил клочок — тоже нет. Визитных карточек у Обломова давно не было. Штольц с иронией поинтересовался, как же тот собирается вести дела и писать план.

Образ жизни Обломова; упрёки Штольца и разговор о сне души

Штольц заметил, что у Обломова нет ни газет, ни книг — лишь «Путешествие в Африку» с заплесневевшей страницей. Обломов ответил, что газеты не читает: печать мелкая, портит глаза, да и новости всё равно услышишь от других. На вопрос, где бывает и с кем видится, Обломов признался, что почти не выходит из дома. Из гостей — Тарантьев, Алексеев, изредка доктор, Пенкин, Судьбинский, Волков.

Помилуй, Илья! – сказал Штольц, обратив на Обломова изумлённый взгляд. – Сам-то ты что ж делаешь? Точно ком теста, свернулся и лежишь. – Правда, Андрей, как ком, – печально отозвался Обломов.

Штольц призвал друга выйти из этого сна. Обломов грустно ответил, что пробовал прежде — не вышло, а теперь ничто не вызывает, душа спит покойно. Штольц заметил, что один чулок на Обломове нитяный, другой бумажный, а рубашка надета наизнанку. Обломов смутился и свалил всё на Захара.

Штольц также расспросил о бывшем сослуживце Иване Герасимовиче, к которому Обломов любил захаживать. Тот описал уютный дом с глубокими диванами, плющами на окнах, дюжиной канареек и добрыми собаками — место, где можно сидеть, ни о чём не думая, рядом с простым и радушным человеком.

Штольц решает встряхнуть Обломова; сборы и бесконечные препятствия

Штольц объявил, что не оставит друга в таком состоянии: через неделю тот себя не узнает. Он велел Захару одевать барина — они немедленно выезжают. Обломов растерялся: вот-вот придут Тарантьев с Алексеевым обедать, да и он не брит. Штольц не слушал возражений и распорядился передать Тарантьеву, что Обломов всё лето дома обедать не будет.

Через десять минут Штольц вышел одетым и причёсанным, а Обломов всё ещё сидел на постели, не попадая пуговкой в петлю, пока Захар держал перед ним нечищеный сапог. Штольц торопил друга, но тот тоскливо спрашивал, куда и зачем ехать. Штольц не унимался и продолжал подгонять его.