Обломов (Гончаров)/Часть 1/Глава 7
Очень краткое содержание[ред.]
Санкт-Петербург, ≈1850-е годы. Илья Ильич Обломов жил в полной зависимости от помощи своего крепостного слуги.
Хозяйством заведовал Захар, который служил в этом доме всю жизнь. Он соединял в себе черты старинного верного слуги и развращённость столичной прислуги.
Захар был крайне неловок, постоянно бил дорогие вещи и посуду. Кроме того, он часто присваивал сдачу и сочинял небылицы о кутежах хозяина. Он ленился делать уборку, считая себя лишь украшением аристократического дома, и часто вступал с барином в перепалки.
Несмотря на внешнюю грубость и взаимное раздражение, слуга в душе боготворил всё обломовское. Они были связаны общим прошлым и привычкой, став друг для друга неизбежностью.
Как Илья Ильич не умел ни встать... без помощи Захара, так Захар не умел представить себе другого барина... другого существования... и в то же время внутренне благоговеть перед ним.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Рыцарь сo страхом и упреком: двойственная натура Захара[ред.]
Захару было уже более пятидесяти лет. Он не являлся прямым наследником тех идеальных слуг прошлого, что не ведали страха и упрека, но принадлежал одновременно двум эпохам, каждая из которых оставила на нём свой отпечаток.
От старины ему досталась безграничная преданность дому Обломовых, а от нового времени — утончённость пороков. Страстно преданный своему господину, он тем не менее редко проводил день без того, чтобы не солгать ему.
Если прежние слуги берегли казну хозяина пуще собственной жизни и удерживали барина от расточительности, то этот любил выпить с приятелями за чужой счёт. Он старался присвоить себе любую медную монету, оставленную на столе, или утаить сдачу, однако на крупные суммы никогда не покушался, измеряя свои потребности гривенниками.
Склонность к сплетням и фантастическим выдумкам о барине[ред.]
Помимо мелкого воровства, слуга отличался любовью к пересудам. Часто болтая с Анисьей или людьми во дворе, он постоянно сетовал на свою тяжёлую долю.
В кухне... он каждый день жалуется, что житья нет, что этакого дурного барина ещё и не слыхано: и капризен-то он, и скуп... что, словом, лучше умереть, чем жить у него.
Делал он это не со зла, а по наследственной привычке ругать барина. Иногда от скуки он распускал небылицы, утверждая, что хозяин — картёжник, пьяница и ходит к вдове, хотя на самом деле Илья Ильич вёл тишайший образ жизни.
Разрушительная неловкость, неопрятность и битье посуды[ред.]
Захар был крайне неопрятен и неловок. Руки его, даже после бани, оставались чёрными, а брился он редко. Любое его движение грозило разрушением: он не мог открыть ворота, не закрыв при этом другую створку, и постоянно ронял вещи, поднимая их лишь с четвёртой попытки. Когда он нёс поднос с посудой, предметы начинали падать, и он, застыв от удивления с разинутым ртом, лишь усугублял ситуацию, роняя всё остальное, иногда даже с бранью швыряя уцелевшее. В кабинете Обломова почти все мелкие вещи были перебиты.
С деликатными предметами он обращался с той же силой, что и с тяжёлыми воротами. Особенно страшно становилось, когда слугу охватывало внезапное усердие навести порядок.
Не дай бог, когда Захар... вздумает всё убрать... Бедам и убыткам не бывало конца: едва ли неприятельский солдат, ворвавшись в дом, нанесёт столько вреда.
Причиной тому было его деревенское воспитание, где он привык работать с лопатой и ломом на просторе, а не в тесноте кабинетов. Если вещь ломалась в его руках, он искренне удивлялся этому, либо тайком ставил обломки на место, а позже уверял барина, что предмет разбился сам или от ветхости, настаивая на своей правоте до последнего.
Незыблемый круг обязанностей и сопротивление приказам[ред.]
Слуга очертил для себя строгий круг обязанностей, за пределы которого добровольно не выходил. Утром он ставил самовар, чистил сапоги и требуемую одежду, иногда подметал середину комнаты, не трогая углов, чтобы не переставлять вещи. Остальное время он считал своим законным правом на сон или болтовню. Любое приказание сверх этого встречало с его стороны упорное сопротивление, споры и доказательства бесполезности поручения. Если его всё же заставляли сделать что-то новое, на следующий день он снова отказывался это выполнять без повторного приказа.
Парадокс характера: лень в мелочах и героическая преданность[ред.]
Несмотря на пьянство, лень и вороватость, слуга был глубоко предан своему господину. Это чувство не было результатом размышлений, а перешло к нему от предков, став частью плоти и крови.
Захар умер бы вместо барина... просто бросился бы на смерть, точно так же как собака, которая при встрече с зверем в лесу бросается на него, не рассуждая...
Однако эта жертвенность сочеталась с поразительной беспечностью в быту: если бы жизнь барина зависела от того, чтобы слуга не спал ночь у его постели, тот непременно бы уснул. Его преданность относилась скорее к роду Обломовых в целом, чем к личности Ильи Ильича, с которым он часто вёл себя грубо и фамильярно.
Отношение к окружающим: барская гордость и снисходительность[ред.]
Захар любил всё, что было связано с Обломовкой. У него были свои привязанности: он симпатизировал кучеру и особенно скотнице Варваре.
Буфетчика Тараску он терпеть не мог, но считал его лучше любого чужого человека только потому, что тот был «свой», обломовский.
К гостям барина слуга относился свысока, подавая им чай с видом одолжения. Иногда, желая запугать дворника или управляющего, он преувеличивал могущество и богатство своего хозяина, не зная на свете авторитета сильнее. Внутренне он осознавал превосходство натуры барина над своей и подчас смотрел на него с благоговением, доходящим до слёз умиления.
Тягость совместной жизни и взгляд Захара на свою роль[ред.]
Внешние отношения между ними были враждебными, они надоели друг другу годами тесного сожительства. Илья Ильич ценил преданность слуги, но не мог терпеть его недостатков. Сам же слуга, с тех пор как был произведён из лакеев в дядьки, стал считать себя аристократической принадлежностью дома, предметом роскоши, а не работником. Он полагал, что его дело — только одеть и раздеть барина, а остальное время проводил в ленивой дремоте или созерцании. Необходимость убирать и бегать по поручениям вызывала у него угрюмость и ворчание.
Мягкое сердце слуги и неразрывность судьбы с Обломовым[ред.]
При всей внешней дикости, Захар обладал добрым сердцем. Он любил возиться с детьми во дворе, мирил их и развлекал. Его связь с Обломовым была неистребима: он нянчил Илью Ильича на руках, а барин помнил его молодым и проворным. Они не могли существовать друг без друга. Барин был беспомощен без услуг, а слуга не мыслил иного бытия, кроме как одевать, кормить, обманывать и в то же время благоговеть перед своим хозяином.