На росстанях (Колас)/Книга 2/Часть 1

Материал из Народного Брифли
Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он ещё не прошёл редакторскую проверку. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.
🌲
На росстанях. Книга 2. В глубине Полесья. Часть 1. В родных краях
Краткое содержание части
из цикла «На росстанях. Книга 2. В глубине Полесья»
Оригинал читается за 138 минут
Микропересказ
Молодой учитель вернулся к родным, стыдился проигранных денег и пытался помочь крестьянам. Не сумев собрать их на ремонт дороги, он не сдался: договорился с друзьями о поддержке и уехал в новую школу.

Тематические заголовки глав — редакционные.

Глава 1. Ночная дорога из Тельшина[ред.]

Весенним вечером молодой учитель Андрей Лобанович уезжал на телеге из полесского Тельшина.

👨🏻‍🏫
Андрей Лобанович — молодой мужчина около 20 лет, сельский учитель, бывший семинарист, задумчивый, деятельный, стремится помогать крестьянам.

Он оглянулся на деревню и школу. После отъезда любимой девушки прежняя жизнь потеряла радость; теперь он не знал, вернётся ли сюда осенью. Рядом сидел его возница, местный крестьянин дядька Роман.

👨🏻
Дядька Роман — мужчина средних лет, местный крестьянин, возница Лобановича, широкоплечий, приветливый, знает народные предания.

Роман уговаривал учителя остаться: дети полюбили его, взрослые привыкли. В лесу разговор перешёл на название соседней горы. По преданию, жестокого владельца здешних земель после охоты нашли повешенным между осинами и похоронили там же. Сам ли он погиб или его убили, Роман не знал. Затем возница рассказал о страшных ночных звуках у железнодорожного мостика. Учитель объяснил ему происхождение страхов:

Страх и темнота — неразлучные приятели. Пока человек ничего не знает о причине тех или иных явлений и не может объяснить их, до тех пор он будет испытывать перед ними страх.

Телега пересекла пути и углубилась в лес. Лобанович сожалел об ушедшем, но думал и о новой жизни, которая ожидала его впереди.

Глава 2. Встреча друзей и поиски разумной жизни[ред.]

Ночь в душном поезде Лобанович провёл у открытого окна. Дорога постепенно ослабила его тревоги. Утром он сошёл на знакомой станции, оставил чемоданы у сторожа и решил идти домой пешком. Здесь его окликнул Алесь Садович, земляк и товарищ по учительской семинарии, тоже возвращавшийся к родным.

👨🏽‍🏫
Алесь Садович — молодой мужчина около 20 лет, сельский учитель, друг Лобановича, смуглый, с басистым голосом, горячий, увлекающийся.

Друзья обнялись и пошли вместе. Во время отдыха Садович признался, что запустил школу, перестал читать и проводил время за картами и выпивкой. Он хотел сменить место, порвать с компанией и готовиться по гимназической программе. Лобанович поддержал его и предложил переписываться, помогая друг другу не отступать от решений. Они искали полезную, осмысленную жизнь, но общественные причины своих бед понимали ещё смутно:

Они не видели, в чём причина того политического гнёта и социального зла, которые душили и глушили жизнь. Нужно было своими силами прокладывать путь, а для этого прежде всего нужно было встать на него.

Вспомнили однокашника, обменявшего школьную икону на водку и собиравшегося в Америку. В полдень друзья повернули к Панямони: там можно было отдохнуть, а Садович хотел получить карточный долг.

Глава 3. Встреча учителей в Панямони[ред.]

Панямонь стояла на Немане, неподалёку от станции. С горы открывался вид на реку, мост и луга; в местечке были церкви, синагога, школы и мельницы. Перейдя железнодорожный мост, друзья спустились к воде, искупались и отдохнули на нагретом песке. Затем их заметила компания на крыльце фельдшерского пункта. Среди сидевших был знакомый Садовичу заведующий местной школой Тарас Иванович Широкий.

👨🏻‍🏫
Тарас Иванович Широкий — мужчина средних лет, заведующий школой в Панямони, полный, шумный, гостеприимный, любит карты и учительское общество.

Он бросился обнимать гостей, объявил учителей лучшими людьми и заставил волостного старшину поклониться им. Тут же хозяин принялся высмеивать приятелей: старшину — за взыскание крестьянских долгов, фельдшера — за однообразное лечение. Приезд учителей обрадовал компанию ещё и возможностью собрать игроков. Хотя путники собирались домой, Широкий повёл их к себе.

Возле кузницы Лобанович вспомнил детские поездки с дядей: прежде местечко казалось ему гораздо внушительнее. Широкий по дороге жаловался на скуку и мелочные интересы местных образованных людей. Дома его маленький сын попросил у Лобановича сказку, а приветливая жена хозяина пригласила всех в комнаты.

Глава 4. Весёлый вечер у Широкого[ред.]

Пока жена Широкого готовила угощение, Лобанович посадил мальчика на колени и рассказывал ему сказку. Хозяин запел, заглушая рассказ, ребёнок закричал, и матери пришлось унимать мужа. За столом она подала припрятанную наливку. Широкий восторгался напитком, хвалил хороших жён и смешил домашних и гостей. За разговорами друзья не заметили, как прошло время.

Когда учителя собрались уходить, хозяйка предложила познакомить их с новой учительницей. Широкий принялся восхищаться её красотой, а жена шутливо пригрозила ему ложкой. Садович захотел остаться. Лобанович предостерёг приятеля от любви, но на расспросы о собственном сердце отвечал уклончиво. В конце концов и он согласился задержаться до вечернего сбора.

Весть о приезжих уже разошлась по местечку. У дома появился бедный неграмотный парень, который выполнял мелкие поручения, передавал новости и жил случайными подачками. Он ожидал распоряжений хозяев. Тем временем к Широкому стали приходить гости.

Среди них был пожилой местный житель, прежде богатый, но растративший состояние. Подвыпивший гость долго приветствовал молодых учителей, а затем подсел к Лобановичу. Сходство Андрея с покойным отцом растрогало его: он со слезами вспоминал их давнюю дружбу.

Глава 5. Знакомство с учительницей и карточная игра[ред.]

В доме собрались старшина, помощник писаря, церковный дьячок и другие знакомые хозяина. Общая беседа не складывалась, и гости перешли в школьный класс играть в карты. Старые колоды показались им помеченными, поэтому Широкий послал за новыми. Вскоре под руку с нарядным фельдшером пришла молодая учительница Тамара Алексеевна.

👩🏻‍🏫
Тамара Алексеевна — молодая женщина около 20 лет, сельская учительница, с тёмно-каштановыми волосами, приветливая, игривая, обаятельная.

Широкий представил ей приезжих и под общий смех стал говорить, будто красота гостьи заставит их принять язычество. Тамара взяла Садовича за ухо и повела вокруг стола. Лобанович от неё увернулся, и началась погоня по классу и партам. Хозяин поймал Андрея сзади, а тот схватил учительницу за руки. Вырываясь, она разорвала рукав блузки, рассердилась и ушла к хозяйке зашивать его.

За столом начали игру на деньги: право держать банк определили жребием. Звон монет увлёк Садовича, и он достал свой скудный кошелёк. Лобанович тоже заинтересовался незнакомой игрой, но пока остался в стороне. Ему вспомнились Тельшино и любимая девушка; снова вернулись боль и обида. Глядя на жадные лица игроков, он думал, что напрасно тратил время на такие развлечения.

Глава 6. Азартная игра в школьном классе[ред.]

Тамара вернулась с зашитым рукавом и села рядом с удачливым Садовичем. Лобанович хотел извиниться, но она не смотрела на него и весело разговаривала с его другом. Тем временем пожилой знакомый отца уговорил Андрея взять карты и принялся советовать, сколько ставить. Первые выигрыши ободрили Лобановича, и он тоже втянулся в игру.

Игроки надеялись на приметы и счастливые карты. Фельдшер поставил на даму, напоминавшую ему Тамару, а проиграв, попытался забрать ставку, но хозяин банка потребовал деньги. Садович уже потерял выигрыш и начал тратить свои средства. Лобанович послушался советчика, поставил всё выигранное и лишился этих денег в последней сдаче.

Садович напомнил Широкому о трёх рублях долга, но тот попросил подождать: сам он тоже проиграл. Затем хозяин выхватил карты и открыл новый банк. Из-за этого вспыхнула ссора с дьячком, которую удалось прекратить. Первый банкомёт купил на часть выигрыша пиво, а остальные продолжали надеяться отыграться.

Потеряв десять рублей, Садович отошёл пить пиво с другом. Андрей предложил уйти: лица игроков казались ему хищными, даже Тамара словно постарела. Но Садович попросил ещё рубль, уверяя, что вернёт потерянное. Оба снова взяли карты. В это время вошёл незнакомец в поношенной шляпе и насмешливо приветствовал компанию.

Глава 7. Редактор обличает игроков и готовит рукописную газету[ред.]

Пришедшим оказался Бухберг, бывший учитель, которого в местечке называли редактором.

👨🏻‍🦲
Бухберг — мужчина около 50 лет, бывший учитель, редактор рукописной газеты, лысый, сутуловатый, с густой бородой, непримиримый.

Из-за борьбы с суевериями и косностью он рассорился с ортодоксальными членами еврейской общины и оставил преподавание. Теперь он один составлял рукописную газету, переписывал несколько экземпляров и разносил подписчикам. У карточного стола Бухберг стал упрекать собравшихся за жадность:

Рука жадности кладёт на них свою печать и выпускает зверя из глубины вашего существа. Бессонные ночи записывают на них долг свой, и вы отдадите его преждевременной старостью и болью измученного тела…

Гости отшучивались и следили за картами; только Лобанович болезненно почувствовал справедливость упрёков. Редактор незаметно ушёл домой дополнять очередной номер. В передовой он требовал открыть гимназию: молодёжь бедного местечка стремилась учиться, но вынуждена была искать школы далеко от дома и часто получала отказ.

Другие заметки рассказывали о кражах, земельной тяжбе крестьян, драке и фельдшере, недоступном для больных из-за свиданий. Свеча погасла. Бухберг долго сидел у окна, думая о своей бедности и безнадёжном положении.

Глава 8. После карточного поражения[ред.]

На рассвете Лобанович и Садович тайком ушли из Панямони, не простившись с компанией. После бессонной ночи и проигрыша они едва держались на ногах:

В их карманах была пустота, в голове — молотилка, в глазах мелькали разные фигуры карт, а на душе, как говорится, кошки скребли.

— А, чтоб оно, брат, сгорело! — проговорил наконец Садович.

Андрея мучили не столько потерянные деньги, сколько слабость собственной воли: оба понимали, что поступали дурно, но продолжали играть. Он спросил, раскаивались бы они после выигрыша. Садович признал, что тогда они торжествовали бы. Лобановича тревожило, что их оценка поступка зависела от результата.

Постепенно свежесть утра облегчила их состояние. Садович закричал, радуясь эху над Неманом. Друзья разулись и пошли босиком по мягкой дороге. Лобанович любовался дубами, песчаными холмами и светлеющим небом. Песня жаворонка так взволновала его, что ради такого утра он согласился бы не спать ещё ночь.

Перед Микутичами Садович решил проситься в родную школу: жить у отца, экономить и учиться вдали от прежних соблазнов. Андрей сомневался, стоило ли спасаться от них бегством, но спорить не стал. Друг уже предлагал собрать товарищей, нанять общего репетитора и готовиться к дальнейшей учёбе. Лобанович обещал обдумать этот план.

Глава 9. Возвращение Лобановича на родной хутор[ред.]

Простившись с Садовичем, Андрей свернул к семейному хутору у Немана. После пожара родные поселились здесь на арендованной земле. Узнавшая его собака радостно завизжала, и навстречу племяннику вышел дядя Мартин.

👨🏻‍🌾
Дядя Мартин — мужчина средних лет, крестьянин, плотник и рыболов, дядя Лобановича, трудолюбивый, тревожится за будущее семьи.

Он крепко обнял Андрея. Следом поспешила мать, Ганна, которой ночью приснился приезд сына.

👩🏻
Ганна — женщина средних лет, крестьянка, мать Андрея Лобановича, добрая, работящая, жалеет детей и берёт их работу на себя.

Дома начинались утренние хлопоты. Мартин упрекал мать за то, что она баловала дочерей, а та жалела их молодость. Особенно дядя хвалил за готовность помогать младшего племянника Якуба.

👦🏻
Якуб — мальчик 6 лет, младший брат Андрея Лобановича, живой, разговорчивый, любит рыбалку и старается помогать дяде.

Мать рассказала о высокой аренде, угрозе штрафов за выпас и скудных заработках старшего сына. Андрею стало стыдно за проигранные деньги. Он решил получить через знакомого лавочника задержанное жалованье и отдать двадцать рублей на хозяйство. После этого на душе стало спокойнее.

Якуб проводил брата на приготовленную дядей лежанку в гумне. Под знакомые голоса и деревенские звуки Андрей наконец крепко уснул.

Глава 10. Летние размышления учителя о деревенской жизни[ред.]

Летом родные обращались с Андреем как с человеком другого круга: готовили отдельно, отговаривали работать, скрывали нужды. Только Якуб держался свободно. Осматривая посевы, Лобанович мечтал улучшить песчаную землю болотным грунтом. Его огорчил и ценный дуб, прежде извлечённый ими из Немана: древесина растрескалась без дела.

Мартин объяснил, что вкладывать силы в чужую землю опасно: княжеское управление могло отнять участок, и семье пришлось бы бросить постройки. Он жаловался на бесправие крестьян. Слушая дядю, Андрей вспоминал семинарские уверения, будто царь и правительство заботились о народе:

Тяжело было слушать эти жалобы, ведь в них была неприкрытая и горькая правда. И как примирить всё это с тем, что вбивалось в их головы в семинарии?

Лобанович продолжал ждать письма от любимой девушки и попросил знакомого пересылать почту. В Панямони он оформил доверенность на жалованье, взял ссуду под проценты и принёс домой двадцать рублей. Затем читал, гулял и навещал учителей в Микутичах.

Учительская молодёжь спорила со старшими и отвергала религию. Один товарищ особенно мучил этим богобоязненную мать: деньги, которые она дала ему на церковную свечу, он пропил с друзьями, а потом открыто признался ей в своём поступке.

Глава 11. Неудачная попытка поднять село на ремонт гати[ред.]

За бродом через Неман лежала разбитая гать — дорога по сырому лугу. На ней ломались телеги и вязли лошади. По преданию, прежде здесь стоял мост, сожжённый во время шведского нашествия. Жители постоянно жаловались на дорогу, но ограничивались мелкими поправками. Лобанович считал, что песка, камней и рабочих рук хватало для общего ремонта.

Он предложил учителям организовать крестьян, но поддержки не получил. Один советовал не вмешиваться в жизнь, другой уверял, что без приказа начальства никто не послушается. Андрей решил действовать самостоятельно. Встретив крестьян у знакомой хаты, он сначала рассказал им смешные случаи из жизни полешуков.

Когда слушатели стали осуждать чужую отсталость, учитель напомнил об их собственной дороге. Он предложил разделить работу: одним возить камни и песок, другим выйти с лопатами и топорами. Возникли сомнения, не смоет ли всё половодье. Андрей убеждал собравшихся:

— Вы никогда не принимались за работу дружно, сообща, и не знаете, какая вы сила. Кто же за вас делать будет? И для кого вы будете делать?

— Мы это, брат, знаем, да вот ничего поделать не можем.

Старик добавил, что собрать всех смог бы лишь пристав с нагайкой. Разговор ушёл в прежние обиды. О ремонте не договорились; Андрей стал избегать насмешек друзей.

Глава 12. Союз трёх учителей и отъезд в Полесье[ред.]

В конце лета Лобанович получил назначение в Выгоны. Долгожданного личного письма в пересланной почте не оказалось. Андрей пошёл к Садовичу поделиться новостью и встретил у него ещё одного семинарского товарища — Янку Тукалу.

👨🏼‍🏫
Янка Тукала — молодой мужчина около 20 лет, учитель, друг Лобановича и Садовича, белёсый, сероглазый, скрытный, ищет правду.

Янка рассказал о поездке на Валаам: одиночество и религиозные книги привели его в монастыри, но правды он там не нашёл. Теперь он хотел жить ближе к друзьям. В разговоре о жизненных поисках Янка напомнил Андрею неудачу с гатью. Тот ответил, что полезное дело следовало пробовать снова.

Лобанович считал обязанностью учителя будить людей и приучать их защищать общие интересы. Садович согласился: постоянная опека лишила народ инициативы. Друзья договорились переписываться, делиться мыслями и поддерживать друг друга. Янка назвал их союз триумвиратом.

Выгонов на карте Андрей не нашёл и узнал лишь, что ехать следовало через Пинск. Перед отъездом он простился с любимыми лесами, снова вспоминая оставленную девушку. В сентябрьский вечер Мартин повёз его на станцию. Последние семь рублей Андрей отдал матери, а Якубу обещал забрать его зимой. Оглянувшись у леса, он увидел, как скрылся хутор.

За основу пересказа взято издание части в переводе Е. Мозолькова (Мн.: Юнацтва, 1989).