Мёртвые души (Гоголь)/Том 2/Заключительная глава

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

🧥

Гоголь, Николай Васильевич

Мёртвые души. Том 2. Заключительная глава

1855

Краткое содержание главы

Оригинал читается за 62 минут

Микропересказ

Ловкий авантюрист попал под арест за множество афер. В тюрьме мудрый богач убедил его раскаяться и помог выйти на свободу. Но, откупившись от суда, мошенник тут же забыл о клятвах и покинул город.

Очень краткое содержание

Губернский город, середина XIX века. Чичиков закупал сукно наваринского пламени с дымом, когда столкнулся в лавке с разорившимся помещиком Хлобуевым и пожилым богачом Муразовым.

Афанасий Васильевич Муразов — пожилой богатый откупщик, мудрый, добродетельный, глубоко верующий, живёт скромно; наставляет других на путь истинный.

Муразов отвёл Хлобуева к себе и убедил его взяться за богоугодное дело — собирать пожертвования на строительство церкви, объехав несколько губерний. Хлобуев поначалу отказывался, ссылаясь на немощь и семью, но Муразов пообещал взять его близких на попечение и снарядить кибитку. Хлобуев согласился и почувствовал прилив сил.

Тем временем против Чичикова в судах накопились доносы: подлог завещания, покупка мёртвых душ, контрабанда. Довольный новым фраком, он был арестован и доставлен к генерал-губернатору, который в гневе велел бросить его в острог.

Павел Иванович Чичиков — мужчина средних лет, авантюрист и мошенник, тщеславный, хитрый, трусоватый; любит щегольски одеваться; переживает нравственный кризис.

В сырой камере Чичикова навестил Муразов. Он долго увещевал его подумать о душе, а не об имуществе, и пообещал похлопотать об освобождении. Потрясённый Чичиков дал слово начать честную жизнь. Вскоре пронырливый чиновник за тридцать тысяч вернул ему шкатулку с деньгами и бумагами, и мысли о деревенском уединении быстро сменились мечтами о театре.

Дело в том, что пришло нам спасать нашу землю, что гибнет уже земля наша не от нашествия двадцати иноплеменных языков, а от нас самих; что уже, мимо законного управленья, образовалось другое правленье...

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 203 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Муразов добился освобождения Чичикова и велел ему немедленно покинуть город. Чичиков купил новое сукно, заказал фрак и выехал — внутренне опустошённый, как разобранное здание, из которого ещё не начали строить новое. Тем же утром генерал-губернатор собрал всех чиновников и произнёс речь о том, что страна гибнет от внутренней неправды, призвав каждого вспомнить о долге.

Подробный пересказ

Деление пересказа на главы — условное.

Ярмарка в городе и нашествие заморских торговцев

В губернском городе завершилась конная ярмарка и началась новая — дворянская. Со всех сторон съехались торговцы заморскими товарами: французы с помадами и француженки со шляпками. Автор называл их «египетской саранчой», пожирающей деньги, добытые кровью и трудом. Чиновники, не страдавшие от неурожая, охотно тратились, а их жёны, начитавшись модных книг, жаждали новых наслаждений. Открылся невиданный прежде в губернии воксал с ужином по якобы дешёвой цене. Щегольские коляски сновали по слякотным улицам, купцы и приказчики с бритыми подбородками зазывали покупателей на европейский манер, пренебрежительно поглядывая на мальчишек-зазывал.

Ведь всякой из нас чем-нибудь попользуется: тот казённым лесом, тот экономическими суммами, тот крадёт у детей своих ради какой-нибудь приезжей актрисы, тот у крестьян ради мебелей Гамбса или кареты.

Чичиков покупает сукно; встреча с Хлобуевым и Муразовым в лавке

В одной из лавок Чичиков выбирал сукно. Он попросил показать ткань брусничного цвета с искрой, сославшись на свою прежнюю службу на таможне и знание лучших сортов. Торговец с готовностью развернул штуку за штукой, вышел на улицу, прищурился к свету и торжественно объявил: «Отличный цвет. Сукно наваринского дыму с пламенем». Сукно понравилось, цену согласовали, и покупка была ловко завёрнута в бумагу.

Купец — торговец сукном, мужчина, подражает европейским манерам, льстивый, говорит смесью русских и иностранных слов, самодовольный.

Неожиданно в лавку вошёл Хлобуев. Чичиков попытался уклониться от разговора, однако тот уже заметил его и стал добиваться серьёзного объяснения по делу о наследстве. В этот момент появился Муразов. Чичиков с показной радостью приветствовал старика, но тот, не вступая в беседу с Чичиковым, обратился к Хлобуеву и пригласил его к себе для важного разговора. Хлобуев поспешно согласился и вышел вместе с Муразовым. Следом в лавку явился Леницын с бледным, встревоженным лицом и срочно попросил Чичикова приехать к нему для переговоров.

Семён Семёнович Хлобуев — дворянин средних лет, разорившийся помещик, безвольный, праздный, но искренне верующий; получает наследство и запутывается в долгах.

Муразов убеждает Хлобуева взяться за богоугодное дело — сбор на церковь

В своей скромной комнатке Муразов принял Хлобуева и спросил, как обстоят его дела после смерти тётушки. Хлобуев признался, что получил лишь пятьдесят душ крестьян и тридцать тысяч рублей, которые тут же ушли на погашение части долгов, так что он снова остался ни с чем. Вдобавок само завещание, по его словам, было нечистым делом, и он собирался рассказать о мошенничестве Чичикова. Однако Муразов остановил его и спросил, сколько денег нужно Хлобуеву, чтобы полностью выпутаться из долгов. Тот назвал сумму не менее ста тысяч и добавил, что карьера его кончена и сам он никуда не годится.

Муразов стал убеждать Хлобуева, что праздность его губит, и напомнил, что даже камень служит делу. Хлобуев возражал: он стар, болит поясница, в службу идти стыдно — в сорок пять лет садиться за один стол с начинающими канцелярскими чиновниками невозможно. Муразов возразил, что воспитывать детей, не воспитав себя, тоже нельзя, и предложил отдать детей ему на попечение. Он рассказал историю купца Ивана Потапыча, который разорился из-за праздности, стал приказчиком, начал всё сызнова и теперь живёт здорово и молится усерднее всех.

Взгляните на всякое творенье божье: всякое чему-нибудь да служит, имеет своё отправление. Даже камень, и тот затем, чтобы употреблять на дело, а человек, разумнейшее существо, чтобы оставался без пользы.

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 203 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Затем Муразов открыл Хлобуеву удивительное совпадение: монастырский затворник, которому старик описал положение некоего приятеля, не называя имени, неожиданно прервал его словами о том, что прежде нужно заняться божьим делом — собирать пожертвования на строительство церкви. А архимандрит в тот же день спросил у Муразова, нет ли воспитанного дворянина или купца, которому можно поручить этот сбор. Муразов увидел в этом указание свыше именно для Хлобуева. Такая дорога, по его словам, была бы полезна и для здоровья: обходя с книгой помещиков, крестьян и мещан, Хлобуев узнает, как живут люди, что им нужно, и станет незаменимым знатоком края. Хлобуев поначалу смутился, сослался на жену и детей, которым нечего есть. Муразов пообещал взять семью на своё попечение, дать кибитку и деньги на дорогу. В конце концов Хлобуев покорился, назвав это указанием божьим, и почувствовал, как бодрость и надежда стали проникать в его душу.

Судебные неприятности Чичикова нарастают; он любуется собой в новом фраке

Тем временем в судах против Чичикова нарастала лавина дел. Объявились родственники умершей старухи, посыпались доносы о подложности завещания, об утаении сумм, о покупке мёртвых душ и о контрабанде в бытность его на таможне. Казалось, что о его прежних делах знали все, хотя он был уверен, что тайны его известны лишь ему самому да четырём стенам. Юрисконсульт прислал краткую записку: дело будет шумным, но тревожиться не следует — главное спокойствие, всё уладится. Эта записка совершенно успокоила Чичикова, и он с восторгом назвал юрисконсульта гением.

Юрисконсульт — опытный правовед, действует тайно; хитрый, изворотливый, мастер запутывать судебные дела; невидимо управляет всем механизмом интриги.

В довершение хорошего настроения портной принёс новый фрак. Чичиков натянул чудесно сшитые штаны, надел фрак наваринского пламени с дымом и долго любовался собой в зеркале. Щёчки казались интереснее, подбородок заманчивее, белые воротнички, атласный галстук, бархатный жилет и блестящий фрак складывались в безупречную картину. Он даже совершил лёгкий прыжок от удовольствия, отчего склянка с одеколоном упала на пол. Чичиков уже раздумывал, к кому нанести визит первым, как вдруг в переднюю ввалился жандарм с усами и палашом и объявил, что его немедленно требует к себе генерал-губернатор.

Арест и суровый разговор с князем-губернатором

Дрожа всем телом, Чичиков в своём щегольском фраке был доставлен к генерал-губернатору. Князь встретил его с гневом: он напомнил, что пощадил Чичикова и позволил остаться в городе, а тот запятнал себя новым бесчестным мошенничеством. Оказалось, что женщина, подписавшая завещание по диктовке Чичикова, была схвачена и готова к очной ставке.

Князь (генерал-губернатор) — высокопоставленный чиновник, генерал-губернатор, справедливый, строгий, непреклонный в вопросах закона, гневный, но способный к состраданию.

Чичиков упал на колени, рыдал, уверял, что всю жизнь хотел иметь семью и жить честно, но обстоятельства и соблазны не давали покоя. Он обхватил сапог князя и проехался по полу, умоляя о пощаде. Князь с отвращением пытался вырвать ногу, велел солдатам оттащить Чичикова. Тот, бледный и убитый, был выведен через все комнаты. На лестнице ему навстречу попался Муразов. Чичиков из последних сил вырвался из рук жандармов и бросился к ногам старика с криком о спасении, но солдаты схватили его и повели дальше — в острог.

Кровью, ваше сиятельство, кровью нужно было добывать насущное существование. На всяком шагу соблазны и искушенье… враги, и губители, и похитители. Вся жизнь была точно вихорь буйный или судно среди волн...

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 205 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Чичиков в тюрьме; Муразов призывает к покаянию и нравственному возрождению

Чичикова поместили в промозглый сырой чулан с запахом солдатских онуч, некрашеным столом и дымящей печью. Шкатулку с деньгами и все бумаги забрали чиновники. Он повалился на землю, и безнадёжная грусть, словно плотоядный червь, стала точить его сердце. Казалось, ещё один такой день — и Чичикова не стало бы на свете.

Час спустя дверь тюрьмы отворилась, и вошёл Муразов. Чичиков вскочил с пола, поцеловал руку старика и залился слезами. Муразов смотрел на него скорбно и говорил лишь: «Ах, Павел Иванович, что вы сделали?» Чичиков принялся причитать о шкатулке, об имуществе, нажитом кровью и трудами, и в отчаянии разорвал на себе фрак наваринского пламени с дымом. Муразов мягко укорил его: из-за имущества он не видит страшного своего положения.

Ведь с терпеньем, можно сказать, кровавым добывал копейку, трудами, трудами, не то, чтобы кого ограбил или казну обворовал, как делают. Зачем добывал копейку? Затем, чтобы в довольстве остаток дней прожить...

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 208 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Муразов говорил, что не в силах освободить его, ибо тот подпал под неумолимый закон. Чичиков рыдал, бился головой о стену, разбил кулак в кровь. Тогда старик произнёс слова, задевшие самую глубину его души: какой великий человек мог бы из него выйти, если бы он направил своё железное терпение и волю на доброе дело.

Боже мой, сколько бы вы наделали добра! Если бы хоть кто-нибудь из тех людей, которые любят добро, да употребили бы столько усилий для него, как вы для добыванья своей копейки... как процветала бы наша земля!

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 208 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Эти слова потрясли Чичикова. Он признался, что сам чувствует: жизнь ведёт не такую, но нет в нём любви к добру — огрубела натура, пример отца, который учил нравственности, а сам крал у соседей, сделал своё дело. Муразов не отступал: лекарство горько, но больной принимает его. Пусть делает добро без любви к нему — потом придёт и любовь. Чичиков наконец твёрдо пообещал: если старик вымолит ему свободу, он купит деревеньку, станет хозяином, будет помогать другим и забудет городские соблазны. Муразов обрадовался и обещал немедленно идти к князю.

Самосвистов предлагает за взятку уладить дело; шкатулка и бумаги возвращены

Едва Муразов ушёл, в чулан явился Самосвистов — статный, плечистый чиновник, известный среди сослуживцев как кутила и продувная бестия. Он сообщил, что всё известно и всё можно поправить за тридцать тысяч на всех — и своим, и губернаторским, и секретарю. Чичиков изумился: неужели он будет полностью оправдан? Самосвистов заверил, что ещё и вознаграждение получит за убытки. Через час шкатулка, бумаги и деньги были доставлены в полном порядке. Самосвистов действовал с дерзостью неслыханной: явился к часовым как начальник, подменил стражу, переоделся жандармом, подставил вместо схваченной женщины другую, ничего не знавшую, а прежнюю спрятал так, что никто не узнал, куда она делась. Чичиков, получив шкатулку, воспрял духом, и мысли его вновь потянулись к театру и городским удовольствиям.

Самосвистов — чиновник, молодой, статный, плечистый; беспринципный авантюрист, эпикуреец, кутила; ловкий и дерзкий, помогает Чичикову за взятку.

Муразов беседует с князем о справедливости, чиновниках и деле Чичикова

Муразов пришёл к князю. Тот был раздражён: в одной части губернии голод, в другой — раскольники, в третьей — взбунтовавшиеся мужики. Князь с негодованием говорил, что все чиновники — мерзавцы. Муразов мягко возразил: люди они, имеют достоинства, и от греха всяк близок. Затем он осторожно указал, что и сам князь допустил несправедливость — в деле Дерпенникова юношу, обольщённого другими, осудили наравне с зачинщиками. Князь взволновался и признал, что, возможно, поспешил. Муразов посоветовал расспрашивать людей с участием, как брат брата, — тогда и признание будет искренним, и ожесточения не останется. Наконец старик попросил отпустить Чичикова. Князь ответил, что тот может убираться из города как можно скорее и как можно дальше.

Муразов нашёл Чичикова уже в добром расположении духа за порядочным обедом. Старик сразу понял, что тот успел переговорить с чиновниками-казусниками и что здесь не обошлось без юрисконсульта. Он предупредил Чичикова: открывается ещё одно дело, от которого никакие силы не спасут, и посоветовал немедленно уезжать, не думать о мёртвых душах, а подумать о живой душе своей.

Чичиков выходит на свободу и покидает город

Слова Муразова подействовали. Чичиков согласился: пора на другую дорогу. Он вышел из тюрьмы, велел Селифану ставить коляску на полозки и готовиться к отъезду.

Селифан — кучер Чичикова, простой крестьянин; немногословный, преданный барину, радуется его освобождению.

Зайдя к тому же купцу, Чичиков купил новое сукно наваринского пламени с дымом и заказал портному фрак за двойную цену — тот засадил всё портновское народонаселение за работу при свечах, и к утру фрак был готов. Примерив его, Чичиков с грустью заметил, что на голове уже белеет что-то гладкое, и пожалел, что так сильно рвал волосы в отчаянии. Он выехал из города в странном состоянии: это был не прежний Чичиков, а какая-то развалина его, словно разобранное строение, из которого собираются строить новое, но план архитектора ещё не пришёл.

Речь князя к чиновникам о коррупции, правосудии и долге перед отечеством

Вскоре после отъезда Чичикова всё чиновное сословие города было созвано в большой зал генерал-губернаторского дома. Собрались все — от губернатора до титулярного советника, бравшие и не бравшие взятки, кривившие душой и честные. Князь вышел с твёрдым взором и начал речь. Он объявил, что уезжает в Петербург, но прежде счёл нужным объясниться. Дело, завязавшееся в городе, повлекло за собой открытие других бесчестных дел, в которые оказались втянуты даже те, кого он считал честными людьми. Князь намеревался вести следствие военным судом, минуя обычный бумажный порядок, ибо шкафы с делами горели, а ложные доносы запутывали и без того тёмное дело.

Затем тон его переменился. Князь признал, что, возможно, сам виноват: слишком сурово принял чиновников вначале и оттолкнул тех, кто искренне хотел помочь. Он обратился к тем, у кого ещё есть в груди русское сердце, и призвал вспомнить долг перед отечеством. Неправда укоренилась слишком глубоко, и никакие наказания не искоренят её, пока каждый не восстанет против неё в себе самом, как народ восстаёт против врага. Речь осталась незаконченной — рукопись обрывалась на полуслове, оставив зал чиновников в напряжённом молчании перед этим призывом к совести и гражданскому долгу.