Линия связи (Кассиль)
Очень краткое содержание[ред.]
Великая Отечественная война. Во время боя оборвалась телефонная связь между командным пунктом и передовой частью, окружённой врагом. Связисту нужно было срочно передать приказ об отходе на другой рубеж, иначе бойцов ждала гибель.
Боец-связист, который накануне под огнём проложил кабель через всю равнину, отправился устранять обрыв.
Он полз по заснеженной равнине под пулемётным и миномётным огнём. Осколки ранили его, но он продолжал ползти. Найдя место обрыва, связист стал искать второй конец провода. Ещё одно ранение придавило его к земле, но он нашёл оборванный кабель и попытался соединить концы. Силы покидали его, а немцы приближались.
Тогда связист зажал один конец провода зубами, а другой подтянул руками ко рту. Сомкнув челюсти, он восстановил линию связи. Командный пункт смог передать приказ, и передовая часть ушла от окружения.
Мёртвый, он остался в строю, на линии. Он продолжал быть проводником для живых... Но, пробиваясь слабым током сквозь стиснутые его зубы, из конца в конец поля сражения неслись слова...
После боя связисты нашли героя мёртвым, с зажатыми в зубах проводами. Рядом лежали четверо убитых немцев — он успел выстрелить в них перед смертью. Зубы были сжаты так крепко, что провод пришлось обрезать.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на главы — условное.
Вступление: о газетной заметке и решение рассказать о подвиге[ред.]
В газетах появилось короткое сообщение о подвиге связиста. Все, кто прочитал эту заметку, запомнили её навсегда. Подробности жизни героя остались неизвестны.
Нам неизвестны подробности, мы не знаем, как жил человек... Мы знаем только, как кончилась его жизнь. Товарищам его в лихорадочной спешке боя некогда было записывать все обстоятельства того дня.
Рассказчик решил воссоздать события того дня по своему воображению, взволнованному газетной заметкой.
Обстановка боя и разрыв связи[ред.]
Рассказчик представил просторную снежную равнину, белые холмы и редкие перелески, сквозь которые мчался морозный ветер. На командном пункте штабной телефонист отчаянно пытался связаться с частью, занимавшей отдалённый рубеж.
Враг окружал эту часть. Требовалось срочно сообщить о начавшемся обходном движении противника и передать приказ о занятии другого рубежа. Пробраться туда было невозможно — немецкие миномёты били по всей равнине, взметая снег вместе с комьями земли. Накануне ночью связисты проложили через эту смертную зону кабель. Командный пункт слал по проводу указания и получал сообщения о ходе операции. Но внезапно связь прекратилась. Телефонист безуспешно вызывал передовую, дул в трубку, выкрикивал позывные. Связи не было. Он констатировал обрыв.
Миссия связиста: путь под огнём противника[ред.]
Тогда человек, который только вчера под огнём прополз всю равнину, прокладывая телефонный кабель, поднялся, запахнул белый халат, взял винтовку и сумку с инструментами.
И вот тогда человек... поднялся, запахнул белый халат... и сказал очень просто: – Я пошёл. Обрыв. Ясно. Разрешите? Я не знаю, что говорили ему товарищи... Все понимали, на что решился человек...
Провод шёл сквозь редкие ёлочки и кусты. Человек полз. Немцы вскоре заметили его. Пулемётные очереди затанцевали вокруг, снежные смерчи разрывов подбирались к связисту. Его обдавало снежным прахом, горячие осколки мин взвизгивали над головой, шевеля волосы, и, шипя, плавили снег рядом. Он почувствовал страшное онемение в правом боку и увидел, что за ним по снегу тянется розовый след. Больше он не оглядывался. Метров через триста он нащупал среди вывороченных комьев земли колючий конец провода.
Ранение и восстановление линии ценой жизни[ред.]
Здесь прерывалась линия. Близко упавшая мина порвала провод и далеко отбросила другой конец кабеля. Ложбинка вся простреливалась миномётами, но надо было отыскать второй конец и срастить разомкнутую линию. Грохнуло совсем близко. Стопудовая боль обрушилась на человека, придавила его к земле. Он выбрался из-под навалившихся комьев, повёл плечами, но боль не стряхивалась. Удушливая тяжесть наваливалась на него.
Ему показалось, что там... на пропитанном кровью снегу, осталось всё, что было в нём живого, а он двигается уже отдельно от самого себя. Но как одержимый он карабкался дальше по склону холма.
Он помнил только одно: надо отыскать висящий в кустах конец провода, добраться до него, подтянуть, связать. Он нашёл оборванный провод. Два раза падал, прежде чем смог приподняться. Что-то жгуче стегнуло его по груди, он повалился, но опять привстал и схватился за провод. Он увидел, что немцы приближаются. Отстреливаться он не мог: руки были заняты. Он стал тянуть проволоку на себя, отползая назад, но кабель запутался в кустах. Тогда связист стал подтягивать другой конец. Дышать становилось всё труднее. Он спешил. Пальцы коченели.
Он лежал неловко, боком на снегу, держа в раскинутых, костенеющих руках концы оборванной линии. Он силился сблизить руки, свести концы провода вместе. Всего несколько сантиметров разделяли концы провода. Неужели не хватит жизни соединить их? Человек в тоске грыз снег зубами. Он силился встать, опираясь на локти. Потом зубами зажал один конец кабеля и в исступлённом усилии, перехватив обеими руками другой провод, подтаскивал его ко рту. Теперь не хватало не больше сантиметра. Человек уже ничего не видел. Искристая тьма выжигала ему глаза.
Он последним рывком дёргает провод и успевает закусить его, до боли, до хруста сжимая челюсти. Он чувствует знакомый кисловато-солёный вкус и лёгкое покалывание языка. Есть ток!
Нашарив винтовку помертвевшими, но теперь свободными руками, он валился лицом в снег, неистово стискивая зубы. Только бы не разжать. Немцы с криком набегали на него. Но он приподнялся в последний раз и выпустил в близко сунувшихся врагов всю обойму. На командном пункте просиявший телефонист закричал в трубку, что слышит передовую. Человек не вернулся обратно. Мёртвый, он остался в строю, на линии. Он продолжал быть проводником для живых. Навсегда онемел его рот, но, пробиваясь слабым током сквозь стиснутые зубы, из конца в конец поля сражения неслись слова, от которых зависели жизни сотен людей и результат боя.
Обнаружение героя и понимание подвига[ред.]
Когда в конце боя передовая часть, получив нужные указания, ударила немцам во фланг и ушла от окружения, связисты, сматывая кабель, наткнулись на человека, полузанесённого позёмкой.
Он лежал ничком, уткнувшись лицом в снег. В руке его была винтовка, окоченевший палец застыл на спуске. Обойма была пуста. Поблизости в снегу нашли четырёх убитых немцев.
Его приподняли, и за ним, вспарывая белизну сугроба, потащился прикушенный им провод. Тогда поняли, как была восстановлена линия связи... Так крепко были стиснуты зубы, зажавшие концы кабеля...
Зубы были стиснуты так крепко, что пришлось обрезать провод в углах окоченевшего рта. Иначе не освободить было человека, который и после смерти стойко нёс службу связи.
И все вокруг молчали... как умеют молчать в горе русские люди... наши люди, у которых никакой мукой, никакими пытками не разжать стиснутых зубов, не вырвать ни слова, ни стона, ни закушенного провода.