Ионыч (Чехов)/Глава 2

Этот пересказ создан с помощью искусственного интеллекта. Он может содержать ошибки. Вы можете помочь проекту, сверив его с оригинальным текстом, исправив ошибки и убрав этот шаблон.

В этом пересказе не указан источник, взятый за основу пересказа. См. руководство по поиску и указанию источника.

🪦

Чехов, Антон Павлович

Ионыч. Глава 2

Старцев влюбляется в Екатерину

1898

Краткое содержание главы
из цикла «Ионыч»

Оригинал читается за 7 минут

Микропересказ

Врач влюбился в дочь пациентов. Она назначила ему свидание на кладбище. Влюблённый приехал, долго ждал среди могил, но девушка так и не пришла. Измотанный врач вернулся домой, жалея, что полнеет.

Очень краткое содержание

Уездный город С., конец XIX века. Земский доктор Старцев больше года не бывал у семьи Туркиных, пока мать семейства не написала ему письмо с просьбой помочь при мигрени. После визита он стал приходить к Туркиным всё чаще — но уже не ради больной.

Дмитрий Ионыч Старцев — земский доктор, молодой мужчина, влюблённый, романтичный, но склонный к самоанализу и рефлексии; уже начинает полнеть.

В один из праздничных дней Старцев улучил момент и попросил дочь хозяев Екатерину Ивановну выйти с ним в сад.

Екатерина Ивановна Туркина (Котик) — молодая девушка, дочь Туркиных; свежая, наивная, начитанная, играет на рояле, кокетлива и непоследовательна.

На скамье под старым клёном он признался, что не видел её целую неделю и страстно хочет слышать её голос. Девушка отвечала сухо, вдруг вскочила и убежала в дом, но перед этим сунула ему в руку записку. В ней говорилось: прийти ночью на кладбище, к памятнику Деметти.

Старцев решил, что это глупая шутка, и всё же поехал. На кладбище при лунном свете его охватило странное чувство: мир мёртвых казался ему прекрасным и таинственным.

Старцев думал так, и в то же время ему хотелось закричать, что он хочет, что он ждёт любви во что бы то ни стало; перед ним белели уже не куски мрамора, а прекрасные тела... и это томление становилось тягостным…

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 211 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Котик так и не пришла. Луна скрылась за облаками, стало темно. Старцев долго блуждал в поисках лошадей и добрался до кучера совершенно измотанным. Садясь в коляску, он с досадой подумал, что не надо бы полнеть.

Подробный пересказ

Деление пересказа на части — условное.

Письмо с просьбой о помощи и возобновление визитов к Туркиным

Больше года Старцев не бывал у Туркиных — работа в больнице не оставляла свободного времени. Но однажды из города пришло письмо в голубом конверте.

Вера Иосифовна давно уже страдала мигренью, но в последнее время, когда Котик каждый день пугала, что уедет в консерваторию, припадки стали повторяться всё чаще. У Туркиных перебывали все городские врачи...

⚠️ Эта цитата слишком длинная: 206 зн. Максимальный размер: 200 знаков. См. руководство.

Наконец очередь дошла до земского доктора. Вера Иосифовна написала ему трогательное письмо с просьбой приехать и облегчить её страдания.

Вера Иосифовна Туркина — мать Котика, средних лет женщина, страдает мигренью, гостеприимная хозяйка.

Старцев приехал, действительно немного помог хозяйке дома и с тех пор стал бывать у Туркиных часто — хотя причиной его визитов была вовсе не мигрень.

Праздничный вечер: разговор в саду и записка с приглашением на кладбище

В один из праздничных дней Екатерина Ивановна закончила долгие упражнения на рояле. Семья сидела в столовой, пила чай, отец семейства что-то весело рассказывал.

Иван Петрович Туркин — отец семейства Туркиных, мужчина средних лет, весёлый, любит рассказывать смешные истории.

Когда в прихожей раздался звонок и все отвлеклись на гостя, Старцев воспользовался минутой замешательства и шёпотом попросил Екатерину Ивановну выйти с ним в сад. Она пожала плечами, словно не понимая, что ему нужно, но всё же встала и пошла.

В старом саду уже чувствовалось приближение осени: на аллеях лежали тёмные листья, рано смеркалось. Старцев жаловался, что не видел её целую неделю, и умолял выслушать его. Они сели на любимую скамью под широким клёном. Екатерина Ивановна сухо спросила, что ему угодно.

Она восхищала его своею свежестью, наивным выражением глаз и щёк. Даже в том, как сидело на ней платье, он видел что-то необыкновенно милое, трогательное своей простотой и наивной грацией.

Старцев спросил, что она читала на этой неделе. Котик ответила, что читала Писемского — «Тысячу душ», — и тут же засмеялась, заметив, какое смешное у писателя имя-отчество. Внезапно она встала и направилась к дому. Старцев в ужасе остановил её, умоляя побыть ещё хоть пять минут. Тогда Котик неловко сунула ему в руку записку и убежала в дом, где снова села за рояль. В записке было написано: «Сегодня, в одиннадцать часов вечера, будьте на кладбище возле памятника Деметти».

Размышления Старцева и ночная поездка на кладбище

Прочитав записку, Старцев растерялся. Он решил, что Котик просто дурачится: кому придёт в голову назначать свидание ночью на кладбище, когда это можно устроить в городском саду или на улице?

Кому в самом деле придёт серьёзно в голову назначать свидание ночью, далеко за городом, на кладбище... И к лицу ли ему, земскому доктору, умному, солидному человеку, вздыхать, получать записочки...

Бродя в клубе около столов, Старцев убеждал себя, что ехать не стоит. Но в половине одиннадцатого всё же велел кучеру Пантелеймону запрягать. Лошадей он оставил на краю города в переулке, а сам пошёл на кладбище пешком, отдавшись слабой, но пьянящей надежде, что Котик всё же придёт.

Пантелеймон — кучер Старцева, мужчина, носит бархатную жилетку; роль эпизодическая.

Ожидание на кладбище: лунная красота, мысли о смерти и одинокое возвращение

Светила луна. Пройдя полем, Старцев вошёл в кладбищенские ворота. Белые кресты и памятники, чёрные тени от тополей, лунный свет на жёлтом песке аллей — всё это поразило его как нечто совершенно особенное, виденное впервые.

Кладбище казалось миром, не похожим ни на что другое: тихим, прекрасным и таинственным. От плит и увядших цветов веяло покоем и прощением. Но когда в церкви стали бить часы и Старцев вообразил себя мёртвым, зарытым здесь навеки, покой обернулся глухой тоской небытия.

Он нашёл памятник Деметти — часовню с ангелом наверху, поставленную в память об итальянской певице, умершей здесь проездом. Котик не пришла. Старцев ждал около получаса, бродил по боковым аллеям, думал о женщинах и девушках, похороненных в этих могилах, о быстротечности жизни и любви. Страсть и тоска нарастали в нём.

Внезапно луна ушла за облака, и кладбище погрузилось во тьму. Старцев едва нашёл ворота, а потом ещё полтора часа блуждал в поисках переулка, где оставил лошадей. Усталый, он наконец добрался до коляски и с наслаждением опустился на сиденье. Единственная мысль, которая пришла ему в голову после всего пережитого, была проста и прозаична: «Ох, не надо бы полнеть!»