Война и мир (Толстой)/Том 1/Часть 2/Глава 12
Очень краткое содержание[ред.]
Брюнн, ≈1805 год. Император Франц принял князя Андрея Болконского на аудиенции и задавал простые вопросы о сражении, не слушая ответов. После аудиенции Болконского окружили придворные, вручили орден Марии-Терезии.
Вернувшись к Билибину, князь Андрей узнал: французы хитростью захватили Таборский мост в Вене. Маршалы обманули австрийского генерала, уверив в перемирии. Русская армия оказалась под угрозой окружения.
Известие взволновало князя Андрея:
Как только он узнал, что русская армия находится в... безнадёжном положении... ему пришло в голову... что вот он, тот Тулон, который выведет его из рядов неизвестных офицеров и откроет ему первый путь к славе!
Билибин уговаривал остаться, но князь Андрей тотчас уехал в армию.
Подробный пересказ[ред.]
Деление пересказа на разделы — условное.
Аудиенция у императора Франца: формальные вопросы и разочарование[ред.]
На выходе император Франц только пристально вгляделся в лицо князя Андрея, стоявшего в назначенном месте между австрийскими офицерами, и кивнул ему своей длинной головой. Но после выхода вчерашний флигель-адъютант с учтивостью передал желание императора дать ему аудиенцию.
Император Франц принял его, стоя посредине комнаты. Перед тем как начинать разговор, князя Андрея поразило то, что император как будто смешался, не зная, что сказать, и покраснел. Он спросил поспешно, когда началось сражение. Князь Андрей отвечал.
После этого вопроса следовали другие, столь же простые: здоров ли Кутузов, как давно выехал он из Кремса и тому подобное.
Император говорил с таким выражением, как будто вся цель его состояла только в том, чтобы сделать известное количество вопросов. Ответы же на эти вопросы, как было слишком очевидно, не могли интересовать его.
Награды и торжественный приём при дворе[ред.]
Когда император спросил, в котором часу началось сражение, князь Андрей оживился. Он не мог донести точно, в котором часу началось сражение с фронта, но в Дюренштейне, где он находился, войско начало атаку в шесть часов вечера. Болконский предполагал, что ему удастся представить уже готовое в его голове правдивое описание всего того, что он знал и видел. Но император улыбнулся и перебил его вопросом о расстоянии.
Император продолжал задавать формальные вопросы: оставили ли французы левый берег, достаточно ли фуража в Кремсе. Узнав, что генерал Шмит убит в семь часов, император сказал: «Очень печально!» Затем он поблагодарил и поклонился. Князь Андрей вышел и тотчас же со всех сторон был окружён придворными. Со всех сторон глядели на него ласковые глаза и слышались ласковые слова.
Вопреки словам дипломата, известие, привезённое князем Андреем, было принято радостно. Назначено было благодарственное молебствие. Кутузов был награждён Марией-Терезией большого креста, и вся армия получила награды.
Тревожная весть: французы взяли мост через Дунай[ред.]
Болконский получал приглашения со всех сторон и всё утро должен был делать визиты главным сановникам Австрии. Окончив свои визиты в пятом часу вечера, мысленно сочиняя письмо отцу о сражении и о своей поездке в Брюнн, князь Андрей возвращался домой к дипломату.
У крыльца дома, занимаемого Билибиным, стояла до половины уложенная вещами бричка, и слуга с трудом таща чемодан, вышел из двери. На вопрос Болконского слуга ответил по-немецки, что они едут дальше, что злодей опять за ними по пятам. Билибин вышел навстречу Болконскому. На всегда спокойном лице Билибина было волнение.
Он сообщил, что французы перешли мост через Дунай в Вене без боя. Князь Андрей ничего не понимал. Билибин объяснил, что французы перешли мост, который защищал Ауэрсперг, и мост не взорвали, так что Мюрат бежит теперь по дороге к Брюнну, и нынче-завтра они будут здесь.
Рассказ Билибина о хитрости французских маршалов[ред.]
Болконский пожал плечами. Если мост перейден, значит, и армия погибла: она будет отрезана. Билибин начал рассказывать. Французские маршалы Мюрат, Ланн и Бельяр, все трое гасконцы, решили взять Таборский мост. Они приехали на мост одни и подняли белые платки, уверяя, что перемирие, и что они едут для переговоров с князем Ауэрспергом.
Дежурный офицер пустил их. Они рассказывали ему тысячу гасконских глупостей: говорили, что война кончена, что император Франц назначил свидание Бонапарту. Офицеры обнимали их, шутили, садились на пушки, а между тем французский батальон незамеченный входил на мост и подходил к укреплению.
Наконец, явился сам генерал-лейтенант князь Ауэрсперг фон-Маутерн. Гасконцы так забросали Ауэрсперга прекрасными словами, он так прельщён был своею столь быстро установившеюся интимностью с французскими маршалами, так ослеплён видом мантии и страусовых перьев Мюрата, что не видел огня и забыл о том, который должен был сделать на неприятеля.
Французский батальон вбежал в укрепление, заколотили пушки, и мост был взят. Сержант, приставленный к пушке, по сигналу которой должно было зажигать мины, хотел стрелять, но Ланн отвёл его руку. Сержант подошёл к Ауэрспергу и сказал, что князя обманывают, вот французы. Но Мюрат с притворным удивлением обратился к Ауэрспергу, сказав, что не узнаёт столь хваленую австрийскую дисциплину, и Ауэрсперг велел арестовать сержанта.
Решение князя Андрея ехать в армию[ред.]
Известие это было горестно и вместе с тем приятно князю Андрею. Как только он узнал, что русская армия находится в таком безнадёжном положении, ему пришло в голову, что ему-то именно предназначено вывести русскую армию из этого положения, что вот он, тот Тулон, который выведет его из рядов неизвестных офицеров и откроет ему первый путь к славе.
Билибин пытался отговорить князя Андрея ехать в армию. Он говорил, что долг Болконского — беречь себя, предоставить это другим. Вам не велено приезжать назад, и отсюда вас не отпустили, стало быть, вы можете остаться и ехать с нами, куда нас повлечёт наша несчастная судьба. Но князь Андрей сделал распоряжение об отъезде и ушёл в свою комнату. Он думал: еду для того, чтобы спасти армию.